— Лорд Коллингвуд! — позвала Изабелл, зайдя в кофейню. Это заведение было неподходящим местом для леди, тем более для герцогини, но у нее было здесь дело, как и у всех мужчин, которые сидели за столами и серьезно что-то обсуждали.

Она увидела, как он повернул голову. Мужчина узнал ее и встал. Он упер руки в бока, и на его физиономии появилась неприятная улыбка. Весьма вероятно, он вообще не умел улыбаться приятно, но, тем не менее, сейчас на его лице была гримаса. Ну и пусть.

Николас хотел сделать это сам, но она уговорила его уступить эту честь ей, и потому он молча стоял за ее спиной, позволяя ей сделать это самой. Он понимал, что это для нее очень важно.

Грум Майкл и кучер Джон ждали на улице с каретой.

— Чем могу вам помочь, ваша светлость? — Мужчина выговорил титул пренебрежительно и одновременно надменно. Получилось весьма выразительно. Изабелл не могла этого не признать. Интересно, он долго тренировался?

— Насколько мне известно, вы всем рассказываете, что моя сестра не подходит на роль вашей жены. — Она буквально дрожала от ярости. Маргарет было все равно, или, по крайней мере, она утверждала, что ей все равно, и она счастлива, что ей не придется выходить замуж за «этого урода», но сплетни все равно распространились. Хорошо, что хоть королева пока их не слышала. — Хотя на самом деле это моя сестра наотрез отказалась выходить за вас замуж. И еще… — Она оглянулась на Николаса, словно желая убедиться, что он там. Он, разумеется, был на месте. — Брат моего мужа раскопал кое-что весьма интересное, относящееся к тому периоду, когда вы были герцогом.

Мужчина вздернул подбородок.

— Что вы хотите сказать?

Он не собирался облегчать ей задачу. И его можно было понять. У него отобрали титул, свадьба с богатой наследницей расстроилась, да еще Грифф нашел достаточно финансовых афер, чтобы заставить его прекратить судебные разбирательства. Так что лорд Коллингвуд оказался в весьма неприятной ситуации.

Будь Изабелл на его месте, она тоже была бы расстроена. Но она, слава богу, оставалась на своем месте, а этот тип сказал о Маргарет то, что терпеть было нельзя. И она убедила Николаса разрешить ей это сделать.

«Шмяк!» Она отвела руку назад, сжала кулак, размахнулась и нанесла ему удар прямо в челюсть, причем в то самое место, куда хотела. Голова мужчины откинулась назад, глаза стали круглыми, как тарелки, рот открылся.

Разумеется, Изабелл не могла свалить его с ног. Для этого она была недостаточно сильна. Но у нее вполне хватило сил, чтобы у него появился большой синяк, а у нее — осознание, что она своими руками сделала кое-что полезное.

— Это тебе за Маргарет, — сказала она и, очень довольная, потерла руки.

В кофейне воцарилась мертвая тишина. Взгляды всех мужчин были обращены на нее. Но впервые в жизни на нее смотрели не потому, что она красива, а потому что она опасна. Непредсказуема. Несовершенна.

Она надменно кивнула собравшимся, развернулась и взяла протянутую ей мужем руку.

— Хорошая работа, дорогая, — негромко сказал Николас. — Только в следующий раз держи кулак сжатым, пока не нанесешь удар. Тогда результат будет более впечатляющим. — И он повел ее к выходу.

— Я люблю тебя, — проговорила она. — Ты это знаешь?

— Знаю.