Я попал в яблочко с третьей попытки. Десять долларов превратили портье в искреннего друга. Они сняли «Императорские апартаменты» на восемнадцатом этаже, поведал он мне. Мистер и миссис Лабланш и мистер Ньюсон. В этих апартаментах три спальни, сказал он и искоса посмотрел на меня. Но, возможно, они уединяются втроем и потому обходятся одной спальней. А жена – просто нечто! Он выразительно закатил глаза. Какая фигура! Всякий раз, как она проходила через вестибюль, все просто замирало.

Я поблагодарил его и направился к лифту.

Вход в «Императорские апартаменты» украшал поддельный римский декоративный диск, покрытый самой настоящей позолотой. Я громко постучал и стал ждать. Ждал я долго. Потом дверь открылась, и на меня холодно уставились ярко-синие глаза.

– Какого черта вам здесь нужно? – спросила она.

Ее длинные пшеничные волосы в беспорядке спадали на плечи. Она была одета в черный шелк. Это одеяние, туго перетянутое пояском на талии, закрывало бедра лишь до середины. Высокие груди имели коническую форму. Плотно прилегающий тонкий шелк четко обрисовывал большие соски.

– Меня зовут Бойд, – сказал я. – Я хотел бы поговорить с мистером Лабланшем.

– Его здесь нет, – сказала она и начала закрывать дверь перед моим носом.

– Когда он вернется? – спросил я быстро.

– Понятия не имею. – В ее голосе угадывался арктический холод, плохо вязавшийся с климатом Санта-Байи.

– Проблемы, миссис Лабланш? – спросил мужской голос где-то позади нее.

– Какой-то мужчина по имени Бойд, – ответила она. – Якобы хочет поговорить с Дэнни.

– Может, я могу разобраться с этим вместо вас?

– Буду рада, если вы это сделаете, – холодно сказала она. – Он глазеет на меня так, что можно подумать, будто я одевалась совершенно напрасно.

Она отвернулась, и я несколько волнующих секунд, пока она не исчезла из вида, наблюдал за колыханием ее высоко поднятого задика, обтянутого тонким шелком. Вместо нее появился обладатель мужского голоса. Он был молод, лет двадцати пяти, с короткими вьющимися каштановыми волосами – возможно, на пару дюймов короче, чем у меня, – и одет был явно в первую попавшуюся рубашку и слаксы. У этого парня было тело атлета, даже без скидок на габариты. Во взгляде карих глаз читалась смутная заинтересованность, а тонкие усы казались намеком на проблеск запоздалой мысли.

– Я – Хэнк Ньюсон, – сказал он. – Личный помощник мистера Лабланша.

– Дэнни Бойд, – сказал я. – Частный детектив.

– Славненько!

– Мой клиент хочет, чтобы я определил местонахождение Тины Джексон, – сказал я. – Мой клиент также полагает, что, возможно, мистер Лабланш поможет мне найти ее.

– Захватывающе! – Он старательно зевнул. – Вашего клиента зовут случайно не Эд Карлин?

– Сведения о личности моего клиента не подлежат разглашению.

– Конечно, – сказал он серьезно. – Тайна исповеди для священника, частного детектива и сутенера. Почему бы вам не зайти на минуточку, мистер Бойд?

Я последовал за ним через прихожую в гостиную. Сквозь распахнутые стеклянные двери, ведущие на балкон, открывался вид на залитую светом закатного солнца Саблайм-Пойнт, фешенебельную часть Санта-Байи, во всей ее славе. Златовласая миссис Лабланш скрылась, по-видимому, в одной из спальных комнат.

– Мистер Лабланш чрезвычайно необщителен, – сказал Ньюсон, поворачиваясь ко мне лицом. – Не думаю, что он с вами встретится.

Я пожал плечами:

– В таком случае, возможно, вы в силах помочь мне, мистер Ньюсон?

– Едва ли, – ответил он коротко. – У вас есть какие-нибудь доказательства тому, что вы говорите правду и что вы мистер Бойд?

Я открыл бумажник и продемонстрировал ему свою лицензию. Похоже, его это не впечатлило.

– Давайте не будем еще раз проходить ту унылую рутину, – сказал он. – Итак, я предполагаю, что ваш клиент Эд Карлин, какие бы разговоры вы ни вели для отвода глаз. Договорились?

– Как скажете, мистер Ньюсон.

– Хорошо. – Он одарил меня медленной мечтательной улыбкой. – В таком случае можете кое-что передать вашему клиенту. Я буду говорить и от себя, и от имени мистера Лабланша.

– Прекрасно, – сказал я.

– Мистер Лабланш не желает, чтобы его беспокоил Эд Карлин или кто-либо из его партнеров, особенно всякие ничтожные частные сыщики, нанятые упомянутым Эдом Карлином. Конец сообщения.

– Я передам это клиенту, – пообещал я. – А как насчет Тины Джексон?

– То же касается Тины Джексон.

– Я хотел бы услышать это от нее. – Я вернул ему улыбку, но моя была вдобавок теплой и солнечной. – Вы знаете, как это бывает, мистер Ньюсон. Мой клиент платит хорошие деньги и поэтому ожидает реальных результатов, не просто слухов.

– Пожалуйста, не упрямьтесь, мистер Бойд, – произнес он мягко. – Я сказал все, что собирался.

– А миссис Лабланш? – спросил я. – Ее следует считать второй или третьей миссис Лабланш?

– Первой, – произнес голос за моей спиной.

Я повернул голову и увидел блондинку. Черный шелк сменил длинный разноцветный халат, который так облегал изгибы ее тела, что от этой картины любой нормальный мужик сразу возбудился бы.

– Забавно, – сказал я. – По моим сведениям, первой миссис Лабланш была сестра Тины Джексон.

– Я думала, вы сами справитесь, Хэнк, – сказала она с напряжением в голосе.

– Мистер Бойд как раз собирался уходить, – отозвался он.

– Тина Джексон, – сказал я. – Как бы мне узнать, жива ли она еще?

– Уходите! – Хэнк взял меня за локоть и повел к двери. – Ваше время истекло, Бойд.

Я двинулся с ним в сторону двери. Но почти сразу резко лягнул правой ногой, и мой каблук врезался в его берцовую кость. Он страдальчески вскрикнул и запрыгал на одной ноге, обхватив обеими руками голень. По моему представлению, он нуждался в немедленном приеме болеутоляющего. Поэтому я резко ударил ребром ладони в основание его шеи у плеча. Он распластался на полу и замер.

– Ублюдок! – сказала блондинка. – Ты убил его!

Она кинулась на меня, выставив вперед руки и нацелив мне в лицо скрюченные пальцы с длинными ногтями. Я редко бью женщин, но самозащита – мать всех грязных приемов борьбы. Так что я ударил миссис Лабланш кулаком в солнечное сплетение – достаточно сильно. Она мучительно выдохнула и упала мне на руки. Пока она пыталась отдышаться, я крепко обхватил ее, но не пытался причинять ей боль. Ее полная грудь прижалась к моей груди. Затем миссис Лабланш попробовала ударить меня коленом в пах. Я зажал ее ногу между бедрами. Блондинка так отчаянно извивалась, прижимаясь ко мне, что у меня неизбежно появилась эрекция. Я пресек попытку схватить меня рукой за лицо, затем моя свободная рука скользнула к ее правой груди, нашла под халатом крепкий сосок и предостерегающе ущипнула.

– Успокойтесь, – сказал я мягко.

– Прекрати! – Она тяжело дышала. – Как ты смеешь!

– Смею что? – Я ущипнул ее за другой сосок. – Вот это?

– Сволочь! – простонала она. – Я убью тебя за это.

Я так увлекся рукопашным боем, что, похоже, не услышал, как вошел еще кто-то. О перемене обстоятельств я узнал, лишь услышав за спиной низкий голос.

– Оргия? – пророкотал он. – Почему ты не сказала мне, Лора? Ты же знаешь, что я стараюсь не пропускать оргий.

Я почти рефлекторно отстранил блондинку. Она отпрыгнула на одной ноге, не удержала равновесия и упала навзничь. Обе ее ноги высоко задрались, халат сполз с бедер и позволил мне ненадолго увидеть вблизи другие ее губы, застенчиво проглядывающие сквозь мягкий золотистый пушок. К сожалению, у меня не было времени насладиться этим зрелищем – я резко обернулся.

Парень был крупным, полным, но вовсе не казался добродушным. Волосы у него были темные, прямые и длинные, а плечи спортивного пиджака припорошены перхотью. Темно-карие глаза тонули в валиках жира, нос тоже был мясистый. Рот казался еще более мясистым: толстые, разбухшие губы, странно красные. Он посмотрел на лежащего без чувств Ньюсона, затем на старающуюся подняться жену и снова перевел взгляд на меня.

– Возможно, это не оргия, – сказал он. – Попытка двойного убийства?

– Мистер Лабланш? – вежливо поинтересовался я.

– Да, – сказал он. – А вы, похоже, наш сосед, дружелюбный насильник?

– Дэнни Бойд, – сказал я. – Частный детектив.

Ньюсон на полу застонал и пошевелился. Блондинка, шипя сквозь зубы, поднялась. Ее лицо было пунцовым.

– Ньюсон пытался выставить меня из вашего номера, – объяснил я, – поэтому я ударил его. Ваша жена кинулась ему на помощь. Верите или нет, я всего лишь защищался.

– Я могу поверить в это, мистер Бойд, – сказал он беспечно. – Лора – настоящая фурия, когда вспылит. – Он нежно улыбнулся ей. – Разве не так, милая?

– Ты должен убить его, – с напором сказала она. – За то, что этот грязный сексуальный маньяк сделал со мной!

– Исключительно по причине самозащиты, без сомнения, – сказал Лабланш бодро.

Ньюсон поднялся на колени, затем с трудом встал на ноги. Он с яростью смотрел на меня.

– Я сейчас убью вас за это, Бойд, – сообщил он. – Переломаю все чертовы кости в вашем идиотском теле и…

– Очень неприятно, мистер Бойд, – сказал Лабланш, загораживая меня от своего помощника, – ощущать себя нелюбимым. – Он посмотрел на блондинку. – Уведи Хэнка в его комнату, дорогая, и успокой. Пожалуй, на сегодня нам достаточно насилия.

– Ты боишься его! – сказала она высокомерно.

– Всего лишь проявляю благоразумие, любовь моя.

– Ты испугался этого говнюка!

Лабланш шел к ней, невероятно быстро и проворно перебирая пухлыми ногами.

– Я уже предупреждал тебя: в моем присутствии никаких грязных ругательств, – сказал он мягко. – Тебе следовало запомнить, мой ангел.

– Испугался говнюка! – повторила она ядовито.

Его ладонь хлестнула ее по щеке звонко, словно выстрелили из винтовки. Лора пошатнулась от этого удара.

– Теперь делай, как я говорю, – сказал он мягко.

Она ошеломленно застыла, медленно потирая щеку. Ньюсон подошел к ней, взял за руку и осторожно вывел из комнаты.

– Хорошо, – радушно сказал Лабланш. – Уверен, мистер Бойд, что теперь мы можем спокойно выпить.

– Ржаное виски со льдом, – согласился я.

Он подошел к бару, приготовил нам напитки и возвратился.

– А теперь, – сказал Лабланш, вручив мне порцию спиртного, – может, расскажете мне, в чем дело?

Я поведал ему, что у меня есть клиент, желающий определить местонахождение Тины Джексон. Он слушал с торжественным лицом, словно я рассказывал ему, что президент решил заново отстроить Белый дом, используя арахисовое масло.

– Я понимаю. – Он спокойно кивнул, когда я закончил. – Конечно, ваш клиент, несомненно, Эд Карлин, но вы не скажете этого по соображениям профессиональной этики и прочей чепухи. Хорошо. Последнее, что я слышал о Тине Джексон, – что она со своей подружкой-лесбиянкой заказала апартаменты в «Хрустальном фонтане». Не знаю, прибыла ли она туда во плоти, потому что, честное слово, меня не интересует Тина Джексон.

– А Келли Джексон?

– Келли Джексон? – Казалось, он искренне удивлен. – До сего момента я никогда не слышал ни о какой Келли Джексон, мистер Бойд. Возможно, сестра?

– Возможно, – согласился я.

– Вот все, что я могу рассказать вам, мистер Бойд. Передайте от меня Эду Карлину, что между нами все кончено. И если он побеспокоит меня, пока я в Санта-Байе, я миндальничать не стану. А напоследок хочу дать вам совет, мистер Бойд. Вы, должно быть, сейчас застали Хэнка врасплох. Я бы на вашем месте больше не рискнул приближаться к нему. Он очень опасный человек и при этом довольно вспыльчивый, так что не лезьте на рожон. И хотя ваш визит отчасти развеял скуку, боюсь, у меня тоже нет никакого желания видеть вас снова. И у моей жены тоже, нисколько не сомневаюсь. Хорошего вам дня, мистер Бойд.

– Хорошего дня, мистер Лабланш, – сказал я, вручая ему свой пустой стакан. – Если не возражаете, позвольте спросить: красавица Лора – ваша первая жена?

– Я возражаю против ваших расспросов, – ответил он, – но да, так уж получилось. В жизни человека наступает пора, когда ему следует остепениться. Что еще можно сделать с женщиной, которую вы любите, кроме как в конечном счете жениться на ней?

Я мог с ходу придумать еще с полдюжины вариантов, но, на мой взгляд, время высказывать их было неподходящее. Поэтому я выдал вместо ответа неопределенную улыбку и позволил проводить себя к выходу. Затем я отправился к себе в номер, потому что больше делать было нечего. Примерно через четверть часа после моего возвращения зазвонил телефон.

– Мистер Бойд? – спросил невыразительный женский голос.

– Именно так.

– Я звоню по просьбе мисс Келли Джексон. Она желает знать, можете ли вы поужинать с ней сегодня вечером.

– Несомненно.

– За вами заедут в восемь тридцать. – Щелчок: она повесила трубку.

Итак, у меня оставался час, который следовало убить. Я принял душ, еще раз побрился и надел поверх полосатой шелковой рубашки новый серовато-белый шелковый пиджак в тон брюкам. На мне все это, конечно, выглядело превосходно. Я налил себе выпить и уселся напротив зеркала так, чтобы мое отражение могло в полной мере насладиться зрелищем.

Ровно в восемь тридцать в дверь позвонили. Я открыл дверь и увидел шофера в коричневой униформе. На голове плотно сидела фуражка, прямые светлые волосы были подстрижены у плеч. На мгновение я ощутил сомнение, но пара выпуклостей под форменной курткой выглядела вполне настоящими. Я положил руки на выпуклости и слегка стиснул. Они оказались чертовски настоящими.

– Не надо, – сказала шофер спокойно, – или получите коленом по яйцам.

– Я просто проверил, – пояснил я.

Светло-серые глаза были глубоко посажены, словно прятались. Лицо было довольно привлекательное, но, казалось, в нем отсутствовала живость.

– Меня зовут Кэти, – сказала она. – Шофер мисс Джексон. Машина ждет.

– Не могу представить, что меня ждет «Роллс-Ройс», – сказал я. – Это будит во мне комплекс неполноценности.

– Судя по тому, как вы одеты, ничто не способно разбудить в вас комплекс неполноценности, – сказала она. – Вам нравится носить вещи вашей матери?

– Эдипов комплекс, – усмехнулся я. – Это так забавно!

– Любовь с первого взгляда, – ответила она. – Вы глядите в зеркало, и там тоже вы. Так вы готовы, мистер Бойд?

Она двинулась прочь, не дожидаясь ответа. Я закрыл входную дверь и проследовал за ней вниз, к автомобилю. Кэти открыла для меня заднюю дверцу, закрыла ее за мной и села на место водителя. Машину она вела как профессиональный шофер, который всегда стремится создать у пассажира впечатление, будто автомобиль на самом деле вообще не движется. Когда мы достигли «Хрустального фонтана», она вышла первой и открыла для меня дверцу. Затем щелкнула пальцами, и к ней подбежал служащий автостоянки.

Я проследовал за ней в роскошный вестибюль, потом в бесшумный лифт, который плавно поднял нас на пятый этаж.

В этих апартаментах была прозрачная стена, открывавшаяся в бархатную ночь, с видом на волны, пенящиеся на Парадиз-Бич. Никак не сопоставимо с тем, что я видел из своих окон дома на другой стороне улицы. Келли Джексон была в тесно облегающем белом платье до лодыжек. Спереди был разрез почти до пояса. Когда моя клиентка улыбнулась мне, ее яркие темные глаза смотрели куда-то вдаль.

– Я позабочусь об ужине. – Шофер исчезла на кухне.

– Я смешала на скорую руку несколько мартини, – заметила Келли Джексон.

– Нет ничего лучше крепкого жгучего джина, – вежливо отозвался я.

Она налила джину, вручила мне, а сама села на кушетку. Я уселся в кресло напротив, задаваясь праздным вопросом: какой ужин обеспечит сейчас шофер?

– Есть успехи, Бойд? – спросила моя нанимательница.

– Лабланш остановился в гостинице «Звездный свет», – сказал я. – Хэнк Ньюсон с женой – тоже.

– Хэнк Ньюсон женат?

– Лабланш женат, – ответил я.

– Вы видели Дэнни?

– Он убежден, что мой клиент – Эд Карлин. Передал мне сообщение для Карлина. Между ними все кончено, и если Карлин побеспокоит его, пока он здесь, в Санта-Байе, то Дэнни покажет ему, почем фунт лиха.

Она спокойно кивнула, словно услышанное имело для нее смысл.

– А что насчет Тины?

– Последнее, что он слышал о Тине, что она со своей подружкой-лесбиянкой бронировала апартаменты в «Хрустальном фонтане», – сказал я нейтральным тоном.

– Что-то вроде плохой шутки? – Ее голос был холодным.

– Его жену зовут Лора, – сказал я. – По ее уверениям, она его первая и единственная жена.

– Она лжет! Как эта сука выглядит?

– Привлекательная натуральная блондинка.

Ее губы напряглись.

– То есть она выглядит соответственно тому, кто она есть? Как дешевая проститутка?

– Не дешевая, – сказал я.

– Хорошо. Старт, похоже, приличный. – Она оскалила зубы – вероятно, это должна была быть улыбка. – Вижу, вы не потратили впустую ни цента из моих денег. Молодчина. Дэнни, конечно, не позволит такой груде грязного белья просто лежать там. Он захочет узнать больше о вас и о ваших партнерах.

– Кэти… – сказал я. – Она ваш шофер?

– Вы заметили! – В ее голосе звучал грубый сарказм.

– И повариха?

– Кэти – очень славная девочка.

– Да, на все руки мастерица, – согласился я. – Шофер, повариха и подружка-лесбиянка, так?

– Что, черт возьми, вы имеете в виду?

– Последнее, что Лабланш слышал о Тине. Она со своей подружкой-лесбиянкой бронирует здесь номер, – сказал я. – Очень уж много совпадений. Так, может, вы близнецы, подменяющие друг друга? Тина Джексон – она же Келли Джексон? Келли – ваше альтер эго?

Она на долгие несколько мгновений закрыла глаза, и я расслабился было, испытывая ложное чувство безопасности, но она внезапно гаркнула во все горло:

– Кэти!

Шофер появилась в комнате через пару секунд. Она сняла форменную куртку, и тонкая белая рубашка хорошо очерчивала маленькие, но красивые, круглые груди. Глядела она хмуро.

– Я занималась суфле, – отрубила она. – Какого черта меня отрывают от приготовления суфле?!

– Он наговорил мне гадостей, – прохныкала Келли Джексон. – С меня довольно! У меня вконец разболелась голова. Мне нужно прямо сейчас лечь. Накорми его ужином и отвези домой.

– Чего он наговорил? – спросила Кэти.

– Я не могу заставить себя повторить. – Она шумно выдохнула. – Ужасные непристойности!

Келли встала с кушетки, торопливо, почти спотыкаясь, пересекла комнату и вошла в одну из спален. Дверь за ней захлопнулась, в комнате установилась внезапная тишина.

– О черт! – нетерпеливо сказала Кэти. – Я подозревала, что она может устроить что-то в этом роде, раз уж она с вами встречалась раньше.

– По-вашему, я всегда действую на людей подобным образом? – возмутился я.

– Нет. – Она покачала головой. – Первая встреча с вами стоила ей неимоверного нервного напряжения.

– Похоже на то, – согласился я.

– Ну и на кой теперь трахаться с суфле?! – воскликнула она в сердцах.

– Я бы тоже не стал, – заметил я вежливо. – Хотя, признаться, ни разу не пытался с ним это делать.

Она холодно усмехнулась:

– Я о том, что оно предназначалось исключительно для того, чтобы произвести на вас впечатление и вы не начали бы задавать щекотливые вопросы. Но теперь уже поздно. Может, вы допьете, а я быстренько переоденусь, и мы спустимся поесть в ресторан?

– Это будет замечательно, – согласился я.

Кэти заглянула на минутку на кухню и ушла в спальню. Я прихлебывал спиртное и восхищался видом на Тихий океан. Она вернулась примерно через пять минут, с портмоне, одетая в коричневую юбку чуть ниже колен и белую блузку.

– Я проверила, – сказала шофер. – Она приняла несколько таблеток от головной боли и ложится спать.

– Как вы это сделали? – невинно поинтересовался я. – Увидели через глазок в стене?

Ее рот затвердел.

– Это смежные спальни. Ну, идемте.

Ресторан, источавший дивный аромат эксклюзивности, был из тех, где деньги не имеют значения, потому что если уж вы пришли, значит, можете позволить себе поесть здесь. Меню сами по себе были почти произведениями искусства и, должно быть, весили примерно несколько фунтов каждое. Мы заказали напитки: ржаное виски со льдом для меня и неразбавленную кока-колу для Кэти, затем наконец закончили обсуждать еду и сделали заказ. Кэти открыла портмоне и тщательно раскурила тонкую черную сигару.

– Одна из моих наиболее вредных привычек, – сказала она. – У вас есть какие-нибудь вредные привычки, Бойд?

– Зовите меня Дэнни, – сказал я.

– Ради бога! Мне уже хватило одного Дэнни на всю оставшуюся жизнь, – сказала она с бешенством. – По мне, уж лучше Бойд.

– Дэнни Лабланш, – проницательно догадался я.

– Правильно. Что такого вы сказали Келли, что у нее так быстро разболелась голова?

– Поинтересовался, не вы ли та самая подружка-лесбиянка, которую упомянул Лабланш, сообщая, с кем она забронировала номер, и не является ли Келли Джексон альтер эго Тины Джексон?

Это ничуть не смутило Кэти.

– Да, этого могло быть вполне достаточно, – признала она. – Она сегодня наняла вас. Для чего именно?

– Найти Лабланша и выяснить, с ним ли ее сестра-близняшка Тина. Если нет – найти и Тину тоже, – сказал я. – Запутанная ситуация. Лабланш вынудил ее выйти за него замуж, а затем убежал и с ее деньгами, и с ее сестрой-близняшкой. Еще мне не следовало упускать из вида Хэнка Ньюсона, поскольку он опасен, и не забывать об Эде Карлине, потому что, даже если Лабланш действительно полагает, что он пустил Карлина по ложному следу, он ошибается.

Официант принес напитки. Кэти усмехнулась.

– Ничего себе! – Она закатила глаза. – Могу представить, как все это смутило вас. Вы нашли Лабланша без малейшего труда. Ньюсон был с ним?

– А также его жена, Лора, – сказал я. – Он уверяет, что Лора – его первая жена. Лора тоже.

– И он прошелся насчет Тины и ее подружки-лесбиянки, да?

– А главное, эта парочка снимает апартаменты в «Хрустальном фонтане». Вот что я называю совпадением.

Официант принес заказ, и некоторое время мы молча ели.

– Я не знаю, как все обстоит на самом деле, – внезапно сказала Кэти, – но тем не менее здесь скрывается что-то значительное.

Я почувствовал, что глаза у меня полезли на лоб.

– Что-то? – пробормотал я.

– Нечто такое, что Эд Карлин и Дэнни Лабланш скрывают по обоюдной договоренности, – сказала она, – но похоже, у них что-то не сплясалось, поскольку теперь они – заклятые враги.

– Это в самом деле так? – рассудительно поинтересовался я.

– А она между ними, как видите.

– Келли Джексон, – сказал я. – Или все-таки Тина Джексон?

– Она настаивает, что она Келли Джексон и что у нее есть сестра-близняшка Тина. – Кэти пожала плечами. – Не знаю, верно это или нет.

– Я теперь не уверен даже, как моя фамилия, – сказал я. – Она была замужем за Лабланшем?

– Не думаю. Она жила с ним некоторое время после того, как бросила Эда Карлина. Вот еще одна причина, почему он ненавидит Карлина.

– Она была замужем за Карлином?

– Не думаю.

– Вы ее подружка-лесбиянка? Постойте! Я уже знаю ответ: «Не думаю». Угадал?

– Я не ее подружка-лесбиянка, – сказала Кэти легко. – Но понимаю, почему кое-кто может решить, что это так. Я ведь ношу безумную шоферскую униформу и часто похожа на мужика.

– Почему это должно для кого-то означать, что вы ее подружка-лесбиянка?

– Поскольку при этом она выглядит не настолько уязвимой, какой была бы, если бы оставалась совершенно одна. Она убедилась в полной бесполезности мужчин. Они внесли страшную путаницу в ее жизнь.

– Хорошо, – сказал я. – Сегодня она наняла меня и заплатила кучу денег. Что я, предположительно, должен теперь делать?

– Как прошла ваша встреча с Лабланшем?

Я рассказал ей все как было. Это не отняло много времени.

– Удивительно, – заметила Кэти, когда я умолк. – Я о том, как легко вы справились с Ньюсоном. Он считается жестким парнем.

– Он и сам удивился, – сказал я. – Возможно, мне просто повезло.

– Допустим, – согласилась она спокойно. – Ньюсон парень злопамятный. На вашем месте я регулярно посматривала бы через плечо.

– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнил я.

– Что вам теперь делать? Понятия не имею, Бойд. Кто знает, какая чертовщина творится в тупой башке Келли Джексон?

– Давно вы с ней?

– С полгода. Она разместила объявление, что ей нужен водитель. Мне нравится заниматься автомобилем, и я очень хороший водитель. Профессионал.

– Я заметил, – сказал я.

– Тогда она только-только разошлась с Лабланшем, и это добавило мне проблем. Высокая драма их взаимоотношений в течение целой недели и постоянный ор. Это было в Лос-Анджелесе. Затем мы отправились в Сан-Франциско, где она попыталась довести Лабланша целым рядом одноразовых ночевок. Лабланш ее чем-то очень обидел, но она никогда не рассказывала мне чем. Внезапно она заявила, что нам надо быть в Санта-Байе к пятнадцатому числу этого месяца, потому что именно здесь все случится. Поэтому мы поехали сюда и прибыли позавчера, то есть десятого. А сегодня она вдруг решила, что ей следует нанять частного детектива.

– Почему я?

– Она сказала, что вас рекомендовал друг.

– Вы очень мне помогли, Кэти.

– Могу отвезти вас домой, если хотите.

– Это было бы прекрасно, – сказал я.

– Тогда мне нужно переодеться обратно в шоферское, иначе будет разрушен образ. – Она щелкнула пальцами, веля принести счет. – Дайте мне пять минут, затем выходите через главный вход, а я позабочусь, чтобы они вывели «Роллс-Ройс».

– Отлично, – сказал я. – Как раз сейчас благодаря любезности Келли Джексон я могу позволить себе оплатить счет.

– Это хорошо, – сказала она и встала из-за стола, оставляя меня расплатиться.

Десять минут спустя – я все еще пытался прийти в себя после ужасного потрясения, вызванного оплатой счета, – Кэти в опрятной коричневой униформе появилась перед зданием и щелкнула пальцами. Судя по всему, щелканье пальцами тоже было одной из ее скверных привычек, но, похоже, когда вы водите «Роллс-Ройс», очень легко обрасти скверными привычками. Служащий автостоянки подогнал автомобиль, и Кэти открыла для меня заднюю дверцу. Я сел в машину и почувствовал себя одиноким – много места рядом и при этом никого, чтобы скрасить мое пребывание здесь. Машина бесшумно тронулась, я откинулся на кожаную обивку и принялся изучать затылок моего шофера.

Наконец я решил, что если весь проклятый мир обезумел, то мне не остается ничего другого, кроме как присоединиться к этому безумию.