Дом мы начали строить с крыши, чтобы сразу определить высоту наших замыслов. Прежде ведь как бывало? Замыслы грандиозные, многоэтажные, но до второго этажа дойдешь — раствор кончился, до третьего — кирпич не завезли, а до четвертого просто фантазии не хватает.

А если с крыши начинать и оттуда к земле двигаться, тут уже другое дело: не в неизвестность уходишь, а вроде возвращаешься домой.

Для рабочего человека самый любимый процесс в работе — возвращаться с работы домой. Так что лучше всего начинать строительство с крыши.

Крышу варили на земле, а потом поднимали до нужного уровня. Поднимали нормально, но не успели краны отъехать, крыша рухнула на землю, значительно увеличив себестоимость здания.

Ну, тут-то нам все понятно: чтобы снизить себестоимость, нужно повысить производительность.

Повысили производительность до десятого этажа, а себестоимость повысилась до одиннадцатого. Потому что крыша опять загремела.

Повысили производительность до одиннадцатого, а себестоимость повысилась до двенадцатого.

Кто-то высказал предположение: там же крыше просто держаться не на чем.

Как это не на чем? А наши планы? А наш энтузиазм? А наши, наконец, повышенные обязательства? «Вира!» — кричим, а она майна вниз. Мы «Вира!» — а она майна вниз.

Наверно, дождь будет: слышите, как гремит в небесах?

Это не гром. Это опять гремит наша крыша.