Живого муравья не всегда бывает легко отличить от мертвого, и это приводит к печальным недоразумениям.

Приходят к муравью друзья, печально хмурят брови:

— Хотим тебя похоронить, прости на этом слове.

— Да что вы, братцы, я живой! Зачем вы сняли шапки?

Качают братцы головой, заламывают лапки.

— Наш милый брат! Наш добрый друг! Нам бесконечно жалко! — и муравья они берут, влекут его на свалку.

Но он не мертвый, он живой, во здравии и силе, а потому идет домой, а не лежит в могиле.

Приходят к муравью друзья: — Старик, ты нас не понял. Мы выплакали все глаза, а ты не похоронен.

И, взяв беднягу без труда, как милого дружочка, они ведут его туда, где можно ставить точку.

Но он не мертвый, он живой и жить еще способен, а потому идет домой, а не лежит во гробе.

Друзья, конечно, тут как тут, и, к уговорам глухи, они опять его берут… Ну, словом, в том же духе.

Из всех гробниц, из всех могил сбегал домой покойник, покуда не сообразил, что там лежать-спокойней. Никто тебя не теребит, никто не докучает, и все живые муравьи в тебе души не чаят.

С тех пор бедняга муравей лежит вдали от дома. И кто-то из его друзей, смеясь, сказал другому:

— Как будто малый не дурак, а главного не понял. Других хоронят разве так! А он — взаправду помер.