Эссе, сэр! С крыши многоэтажного здания взывало бодрящее: «Выполним!»

Остальная часть призыва отвалилась, а поднимать ее на такую высоту было некому, несмотря на всеобщий большой подъем. В общем — подъем, а в частности — поднять некому.

По улице шли пионеры разных времен, всегда готовые быть готовыми. Хоть им никто уже не кричал: «Будь готов!», да и к чему быть готовым на заслуженном отдыхе? Но они все равно пребывали в готовности. Каждый — всегда готов.

Из щедринских времен до нас доносится вопль человека, который на извечный вопрос: «за что?» — не получает другого ответа, кроме: «будь готов!».

«Всегда готов!» — отвечают пионеры нашего времени.

«Не к тому будь готов, чтоб исполнить, а к тому, чтоб претерпеть», — разъясняет классик.

Интересно! А мы что делаем, сэр? Мы же именно это и делаем. Исполняем плохо, претерпеваем хорошо, да у нас и нельзя иначе, когда все из рук валится, кроме оружия классовой борьбы.

Шагай вперед, пионерское племя!

Шагай вперед, комсомольское племя!

Шагай вперед, пенсионное племя!

И вот мы с новым подъемом (хотя фанерку поднять все же некому), все с новым и новым подъемом шагаем — племена на все времена…

Всегда готовые… к чему? Ко всему.

Мы всегда готовы быть готовыми.