Первый закон антиквариата: если из двух редких вещей одну уничтожить, то цена оставшейся возрастет не вдвое, а вчетверо.

Допустим, у нас два куска мяса по пять кусков за кусок (на жаргоне «кусок» означал тысячу рублей, но сегодня тысяча уже не кусок, а всего лишь кусочек). Так вот, один из кусков мяса вы уничтожаете, сжигаете, закапываете, бросаете собакам, а оставшийся продаете, но уже не за пять, а за двадцать кусков. И у вас покупают. Почему? Потому, что очень кушать хочется.

Но и мясокомбинат, который продает мясо по два куска за кусок, тоже находит выход из положения. Он один кусок (мяса) закапывает, сжигает, съедает, а второй продает, но уже за восемь кусков. А завод, который производит бензин для мясокомбината по восемь кусков за ведро, одно ведро выливает, сжигает, а второе продает мясокомбинату за тридцать два куска. А фабрика рубашек для работников мясокомбината — за каждую по десять кусков — одну рубашку рвет, сжигает, закапывает, а вторую продает за сорок кусков.

Но потом они начинают соображать: а собственно, зачем все это рвать, сжигать, закапывать, когда можно просто меньше производить? Производить, допустим, не массовые, а редкие, антикварные предметы.

И тут вступает в действие второй закон антиквариата: чем меньше произвел, тем меньше продал, а чем меньше продал, тем больше заработал.