Водяные, держа своих пленников за руки, погружались все глубже и глубже. Сквозь очки в масках Игорь и Надежда с сожалением в сердце поглядывали в ту сторону, где осталось продолговатое тело ракеты, наполовину погруженное в воду.

Дорогая «Мечта»! Вот когда пришлось расстаться…

Спускаясь, делали короткие остановки. Видимо, чтобы привыкнуть к давлению. Прожекторы на шлемах водяных хорошо освещали путь. Игорь время от времени подавал какие-то знаки Надежде, но ей трудно было догадаться, что это значило. А он думал: «Я не стану подопытным кроликом для этих чудовищ! Только бы вернуться в ракету!..»

На одной из следующих передышек он дернулся, вырвался и, энергично гребя руками, поплыл вверх. Но пробить большую толщу зеленоватой воды было нелегко. Видно, мешали металлические сандалии. Через какой-то десяток метров его догнали водяные, которые плавали, как рыбы. Игорь отбивался руками и ногами, но они быстро угомонили его.

Далее спуск продолжался без происшествий. Вдруг внизу что-то засветилось, и Надежда увидела огромные подводные леса, которые покрывали все холмы. Вскоре наши путешественники заметили среди зарослей зелени целую систему сооружений, напоминающих гигантские полусферы. Они соединялись прозрачными трубами-тоннелями, по которым туда-сюда сновали существа, очень похожие на людей.

Чем ниже спускались, тем выше, казалось, рос лес. Наконец, ноги почувствовали твердую почву. Не отпуская Игоря и Надежду от себя ни на шаг, водяные зашли вместе с ними в какую-то заполненную водой камеру. Как только они ступили на ее пол, сбоку выдвинулась переборка из прозрачного материала и плотно перекрыла камеру. В это же время из нее начала вытекать вода. Или ее вытягивали насосами, или сама она стекала сквозь решетки в углах — не видно было, но уровень воды в камере быстро понижался. Вот вынырнули из воды головы водяных, потом — Игоря, наконец, и Надежды. Далее — плечи, грудь, вот уже вода спала до колен… исчезла совсем. Под ногами — сухой решетчатый настил, словно здесь воды никогда и не было!

Теперь Игоря и Надежду никто уже не держал. Водяные начали раздеваться. Они сложили свои вычурные костюмы в шкаф, оставшись в нательной одежде, что прекрасно облегала их крепкие тела. Игорь и Надежда внимательно следили за ними. Нет, это не чудовища, а люди, да еще какие! Крепкие, здоровые, высокие! И как можно было не разглядеть, что они в специальной одежде? Конечно, если бы это было днем, то Игорь не впал бы в такую панику… Хорошо, что хоть они не растерялись…

Надежда и Игорь стояли удивленные, растерянные. Они переминались с ноги на ногу и не знали, что делать. Сквозь маску Игоря комично торчала борода, и когда подводные люди поглядывали на нее, в глазах у них появлялись едва заметные улыбки.

Наконец с них тоже сняли маски. Подводные люди тихо переговаривались между собой; видно, советовались, что делать дальше. Их речь была мягкой, мелодичной, удивительно знакомой.

— Здравствуйте, товарищи! — воскликнул Игорь, протягивая к ним руки. — Сначала я не рассмотрел… Было темно, да и неожиданно…

Улыбаясь, как будто ничего и не случилось, подводные люди пожимали им руки. Но что они говорили, понять было нельзя. Принесли костюмы, и когда Игорь и Надежда переоделись, повели их в свой подводный город.

Страх у наших путешественников сменился живым интересом. Жадными глазами смотрели они на разнообразное оборудование, жилища этих людей. А за прозрачными стенами зданий, в толще воды, стояли огромные водоросли. Иногда рыбьи морды натыкались на стены, очевидно, приманенные сюда светом. А откуда такой мягкий, ровный и приятный глазу свет? И почему здесь не холодно? Из какого материала сделаны эти сооружения?

Они вошли в большой зал, в котором стояло много каких-то приборов, а стены были завешаны большими экранами. За столом сидел пожилой человек. Седые волосы покрывали его голову, но усов и бороды не было. На вид ему было лет пятьдесят. Он жестом пригласил Надежду и Игоря садиться. Пристально посмотрел на их измученные лица, будто узнавая знакомых. Потом четко сказал:

— Вот и кончилось ваше путешествие, друзья! Правду говоря, никто уже на Земле не надеялся на ваше возвращение…

— На Земле? — прошептал Игорь. — Мы попали на родную Землю?

— Да. Сейчас вы на дне бывшего Северного Ледовитого океана, в одном из подводных хозяйств, на склоне горного хребта Ломоносова. Пока вы странствовали в космосе, человечество овладело глубинами мирового океана. В этом году руководить этим хозяйством поручено мне, а зовут меня Саджера. Я, видите ли, увлекаюсь не только историей и лингвистикой, но и гидробиологией. Как лингвист, я изучил древние источники языков. А по гидробиологии… Мы культивируем здесь, в океане, не только лекарственные растения, которых можно разводить на суше, но и растения съедобные, очень богатые белками и витаминами. Любая семья без исключения на всей планете питается продуктами, изготовленными из морских растений. А «морские луга»? Один гектар их дает, например, хлореллы более тридцати тонн! И это уже в высушенном виде. В этой водоросли 50 процентов белка, в то время как у пшеницы всего 12. Хлорелла — отличный корм для скота. А десятки, сотни других водорослей? Вы о них узнаете позже, если это вас заинтересует. Одно только скажу — океаны для нас не только идеальные пути сообщения, они и кормят, и лечат, и одевают людей… И все это вы увидите сами…

Саджера включил некий прибор, и на одном из экранов, бывших на стене, появилось изображение «Мечты». Она покачивалась на волнах, сверкая в лучах Луны!.. На дюзах сидела стайка парусников.

— Посмотри, Надю, наша ракета, — восторженно прошептал Игорь. — И Луна вышла! Такая же, как и тогда…

— Э, нет, не такая, — ласково возразил Саджера. — С того времени, как его посетили первые советские космонавты, — это была экспедиция Плугаря, — люди изменили ее природу. Теперь там есть глубинные и поверхностные города, добывается немало нужных для промышленности элементов.

— А с виду как будто ничего и не изменилось, — сказала Надежда.

— Это невооруженным глазом. В телескоп вы сразу заметили бы.

— А что это за странные птицы? — спросила она о парусниках.

— А, это селекционеры вывели. Чтобы жили на воде, не вытаптывая посевов.

Игоря интересовало другое:

— Значит, вы догадались, что приближается та самая ракета, которая когда-то…

— Как только передали сообщение о приближении неизвестной ракеты, я сразу вспомнил про вашу экспедицию, — быстро заговорил Саджера. — О ее загадочном исчезновении в свое время писали очень много, и я еще в юности, изучая историю великих путешествий, прочитал брошюру, в которой описывалась ваша экспедиция. В ней были приведены и ваши последние радиограммы. Между прочим, в дальнейшем при конструировании ракет была учтена горькая судьба вашей, металлической. Уже тогда ученые пришли к выводу, что на Венеру вы не попали. А впоследствии, когда астронавты посетили эту планету, предположение подтвердилось, потому что никаких следов экспедиции не нашли…

Игорь и Надежда были так поражены, что, кажется, потеряли способность говорить. Значит, они все-таки прилетели в будущее!

Сидели, словно загипнотизированные рассказом Саджеры.

— Вы отправились в космическое путешествие, когда коммунизм только развивался у нас, в Советском Союзе, в Китае, Польше и еще в нескольких странах. Уже прошло много сотен лет, как он утвердился на всей планете. И Земля обновилась!

— А язык… — робко вставила Надежда. — Вы, лингвист, знаете наш язык, а вот первых знакомых мы не понимали.

— Это были сербы и албанцы, — сказал Саджера, — они здесь проходят практику. — В глазах его появилась задумчивость. — Языки народов — это реки. Они хоть и меняют очертания своих берегов, но всегда отражают небо. Теперь наступила весна в жизни человечества. А где вы видели, чтобы весной пересыхали реки! Они становятся еще полноводнее, и несут к океану общечеловеческой культуры все больше и больше солнечных волн. — Немного помолчав, ученый продолжал: — Вы узнаете о многих интересных вещах, в том числе и о языковых богатствах. Ведь вы начинаете новую жизнь. Сейчас не буду вас утомлять, хотел бы только спросить: ваш экипаж, если мне не изменяет память, состоял из трех человек?

— Да. Начальник экспедиции погиб, спасая нас… — Игорь начал рассказывать о трагической смерти Петра Петровича, об их скитания в пустынных глубинах космоса.

Надежда слушала все это как во сне. Будто не с ними это случилось, а с кем-то другим…

— Петр Петрович был глубоко убежден, что Венера, с точки зрения космогонии, отнюдь не младше Земли и других планет, а как это на самом деле? — спросил Подгайный.

Саджера удивился:

— Неужели в то время кто-нибудь утверждал, что Венера «младше»?

— Были такие.

— Ну, они сейчас бы разочаровались. Геология неоспоримо доказала, что Венера имеет такой же возраст, как и Земля, — около шести миллиардов земных лет. Природные условия, конечно, другие… И вы, если захотите, побываете на этой планете. А сейчас расскажите мне о себе, о своих скитаниях…

После многих вопросов и ответов Саджера наконец повел пришельцев в столовую. Диетический врач посоветовал им специальное меню, состоявшее из скудных порций нескольких витаминизированных блюд, потому что сразу наедаться после долгого голодания было бы, по его мнению, очень опасно.

Разговор продолжался за столом. Ученый посоветовал им выступить с лекциями об эпохе, в которой они некогда жили.

— Ведь никто еще не сделал такого прыжка, как вы, — прыжка через горные гряды времени… — восторженно говорил Саджера. — Кто же лучше вас сможет рассказать о древней героической эпохе, в которой вы родились и выросли?

Разве можно было не согласиться? И они, не колеблясь, приняли это предложение.

— Перед тем, как рассказывать о далеком прошлом, когда еще только всходила Звезда коммунизма, может, хотите познакомиться с современной Землей? — спросил ученый. — Вижу, вижу, что не возражаете. Так вот, вскоре мы и отправимся в экскурсию. Вам, конечно, интересно будет увидеть свою родную планету!

— Конечно! — в один голос воскликнули Надежда и Игорь.

— Вы ее не узнаете… — продолжал Саджера. — Коммунизм снял оковы с духовных и материальных сил человечества, и Земля расцвела. Все народы — европейские и азиатские, африканские и американские живут, как одна дружная семья.

Сколько глубокой человечности и любви было в его тихом голосе, во взгляде прищуренных лучистых глаз!

Игорь вспомнил о теориях и прогнозах «ученых», которые предсказывали обнищание, вырождение человечества из-за перенаселенности Земли. Пусть бы теперь увидели «пророки», на что способен свободный человек, его всемогущий разум!

— Да, человечество претерпело немало опасностей, — сказал Саджера. — И самая большая из них — империализм, который социальные недуги «лечил» кровопусканием. В эпоху коммунизма население возрастает неустанно, но всем хватает места под солнцем. Конечно, у нас еще много нерешенных проблем, но социальная борьба не раздирает наше общество, как на Марсе…

— А что происходит на Марсе? — спросил Игорь.

— Там чрезвычайно напряженное положение. Империалистическая олигархия угрожает атомной войной конфедерации демократических республик. Ее реакционная правящая клика угрожает разрушить планету атомными бомбами, превратить ее в рой астероидов и метеоритов. Все это имеет одну цель: держать население планеты под страхом уничтожения. Война может там начаться каждую минуту.

— Знакомая ситуация! — воскликнул Игорь. — Но неужели история ничему их не научила?

— Как это в древности говорили… — Саджера приложил палец ко лбу, задумался. — Ага, вспомнил: горбатого могила исправит! Но мы отклонились от темы. Я рассказывал о Земле… Да что тут говорить, мы устроим для вас экскурсию — все увидите сами!

Трудно передать, с каким нетерпением Надежда и Игорь ждали этой экскурсии. Не терпелось увидеть родную планету, ее города и села… Ходили прозрачными тоннелями подводного города, размышляли об изменениях, которые произошли на планете. Узнают ли они свои места?

Игорь постриг свою густую, длинную бороду, побрился, и имел вид энергичного, удалого юноши. Надежда тоже успела приобрести здоровый румянец. Работники подводного хозяйства при встречах с ними дружески здоровались. Вообще Надежда и Игорь чувствовали себя среди этих людей будущего так, будто вернулись к родной семье. Люди вели себя здесь очень просто, но вместе с тем были вежливы, гуманны. К Надежде и Игорю они, конечно, проявляли особое любопытство, но не досаждали расспросами. Наоборот, сами много рассказывали о своей жизни, работе. Из этих разговоров Надежда и Игорь узнали о замечательных подводных плантациях съедобных растений, об атомной генетике, благодаря которой ботаники и агробиологи вывели совершенно новые виды растений.

Смеречанскую это особенно заинтересовало. Не без удивления наши путешественники узнали, что Саджере — выдающемуся ученому — давно уже перевалило за сто лет, и что человечество почти решило проблему долголетия, искоренив все болезни.

Наконец, настало время отправляться в путешествие! Наши путешественники надеялись, что, как и прежде, они в скафандрах выплывут на поверхность. В это время их пригласил в свой зал Саджера.

— Приготовление закончено. Можем отправляться, — сказал он, указывая на просторную кабину, стоявшую у прозрачной стены. — Занимайте места.

Ласковая отеческая улыбка пряталась в его глазах. Трудно было поверить, что этому человеку более ста лет.

Когда все трое уселись в кабине, в зале погас свет. Казалось, что вода хлынет в кабину. Надежда инстинктивно прижалась к Игорю. И вот вода отступила, и под кабиной раскинулась возмущенная поверхность океана.

— После того, как теплые течения, направленные сюда человеком, растопили вечный лед и подняли температуру воды, этот океан называют просто Северным, — заговорил ученый. Такие изменения положительно сказались на климате всего северного полушария. Исчезла тундра. До самых берегов океана приблизились зеленые полосы садов. Взгляните!

Вдали на горизонте темнела береговая полоса, которая летела им навстречу, словно гигантская птица с широко распростертыми крыльями. Вскоре белым цветом забелели сады. Надо было хорошо присматриваться, чтобы заметить среди этого молочного моря дом. Сверкнет стеклянной крышей, да и исчезнет.

Сады… Сады… Зеленые поля. Зеркала водоемов. Ленты путей. Бесконечные лесные угодья. В воздухе, словно пчелы, сновали какие-то беззвучные летательные аппараты.

— А где же города? — спросила Смеречанская.

— Соскучились по городам? Я вынужден буду немного разочаровать вас. Таких городов, в которых собирались сотни тысяч и даже миллионы людей, теперь нет. Старые крупные города мало-помалу расселились. В некоторых их архитектурных массивах размещены музеи, картинные галереи. А живем мы на берегах рек, широких каналов, крупных озер, новых морей и… старых океанов. Среди рощ и садов. Есть плавучие дома, есть подводные, но это все — специального назначения. Транспорт и другие экономические проблемы нас не связывают. Не обязательно теснить дом к дому. Теперь люди расселены равномерно по планете.

— А где же заводы? — отозвался Игорь. — Где шахты и домны? Сколько вот летим, и…

— И вы не видели дыма, правда? — подхватил Саджера.

— Ничего этого и не увидите. Ни одного дымохода на всей Земле. Только электричество. Ее у нас целый океан. Морские течения, реки — это же непересыхающие источники тока. А ветры! А фотоэлементы, непосредственно превращающие солнечную энергию в электрическую! А неисчерпаемый запас тепла в недрах земного шара! Его мы также превращаем в электричество.

— А то летишь было, — вспомнил Игорь, — а горизонт весь в зареве. Сколько бушевало огня!

— Вообще удивительно, как человечество тогда не сожгло всего атмосферного кислорода, — заметил Саджера.

— Но это тогда была необходимость.

— Конечно! — согласился он. — Дымовая фаза развития промышленности была неизбежной.

Внизу проплывали неоглядные просторы. Дома виднелись тут и там в садах и парках, как будто салютовали веселым блеском стекла.

Панорама была захватывающая. Жадными глазами всматривались в нее наши путешественники. Сердца их пели, и радость наполняла их грудь.