Меньше чем через неделю после слушания дела Томас и Калеб возвращались из Салема. Было уже поздно, и они решили сократить путь, чтобы засветло добраться домой. Земля, по которой они теперь шли, принадлежала Констанс Болл, высокой, вежливой и высокомерной женщине. Говорили, что она очень богата. Одни считали, что она в сговоре с французами и голландцами, и это приносит ей огромный доход. Другие же шептались, что все обстоит куда более мрачно.

Земли Констанс Болл раскинулись на несколько миль, окружая большой крепкий дом. Мальчики шагали быстро и осторожно, держась ближе к деревьям, так как знали, что вторглись на чужую территорию. Обогнув дом, они увидели фамильное кладбище семейства Болл. Как и во многих усадьбах, кладбище находилось на земле, принадлежавшей семье, но кое-что показалось Кэмпбеллам странным: на краю кладбища виднелись две разрытые могилы. Мальчики были уверены, что отец обязательно заинтересовался бы этим, поэтому подобрались ближе и увидели два надгробия, на которых были выбиты даты жизни. Кто-то выкапывал тела? Томас и Калеб сразу поняли, что нашли что-то важное. Оставшийся путь до дома они бежали бегом и увидели отца, который как раз выводил лошадь из ворот.

– Отец, мы должны тебе кое-что рассказать, – выговорил Калеб, упершись руками в колени и переводя дыхание.

– Не сейчас, мальчики. Нашли еще одно тело, – Натаниэль вскочил в седло. – Я должен проверить, не сломана ли у него шея.

– Мы срезали путь через поместье Констанс Болл и нашли две могилы, – выпалил Том. – Тела выкопаны. Все разрыто.

– Уверены? – спросил Натаниэль, нагнувшись к ним.

Мальчики кивнули.

– Ну, значит, у нас появилось еще одно дело, – сказал Натаниэль.

– Можно с тобой? – жадно спросил Томас.

– Вы промерзли до костей, а я вернусь очень поздно.

– Я бы хотел пойти с тобой, – уперся Калеб.

Натаниэль пожал плечами, усадил Калеба перед собой и тронул коня. Томас бежал рядом. Когда они подъехали к дому преподобного Пэрриса, Натаниэль велел мальчикам обойти здание. Он хотел убедить преподобного позволить ему взглянуть на труп, а если не получится, сыновья помогут ему сделать это по-другому.

Дрожа в темноте от холода, но сгорая от желания узнать о последних событиях, мальчики заглядывали в окна, до которых могли дотянуться. Натаниэль в доме разговаривал с преподобным Пэррисом.

– Преподобный, если можно, я бы хотел взглянуть на тело, которое нашли последним.

– Это исключено. Вы разве не видите, что у меня тут творится? – Пэррис развел руками, и вдруг сверху донесся женский крик. – Вы же знаете, что моя дочь и девочка-служанка околдованы этими мерзкими женщинами.

– Но женщины под стражей… Разве это не должно было помешать колдовству? – спросил Натаниэль.

Преподобный Пэррис уставился на него:

– Дьявол не сидит на месте! Он может быть где угодно, околдовать любого. В Салеме еще остались ведьмы, и я их отыщу.

– Я бы хотел вам помочь. Но я могу сделать это, только если увижу тело.

– Погибший был бродягой. Никто в городе его не знает. Зачем он вам? – отозвался священник.

– Но как же тогда Сара Гуд, Сара Осборн и ваша Титуба убили его? Если они с ним не знакомы, как они это сделали? Они ведь уже неделю как в тюрьме.

* * *

Убедившись, что отец не добился особого успеха, Томас и Калеб пробрались в погреб, набитый солониной и овощами. Там, на покрытом соломой полу, они нашли тело чужака. Темноту рассеивала всего одна свеча.

– Потрогай шею, – велел Калеб старшему брату.

– Сам потрогай, – отозвался Томас.

– Ты же говорил, что хочешь делать больше, потому что старше. Так вот он, твой шанс, – усмехнулся Калеб.

Томас неохотно подобрался к телу и опасливо потянулся к его затылку.

– Он уже окоченел, – раздался тихий голос из темного угла. – Он умер больше часа назад.

Томас отшатнулся от трупа. Калеб поймал его за руку за секунду до того, как брат налетел на полку, заставленную банками. Из тьмы выступила Прюденс Льюис и тяжелым взглядом уставилась на мальчиков.

– Ты нас напугала! – разозлился Томас.

– Что ты делаешь в погребе преподобного Пэрриса? – спросил Калеб.

– А что вы здесь делаете? – вместо ответа спросила Прюденс.

– Мы хотели осмотреть тело, – ответил Томас. – Зачем ты сюда пришла? Разве тебе не страшно?

Прюденс пожала плечами.

– Ты все еще под действием чар? – недоверчиво спросил Томас.

– Конечно, – улыбнулась Прюденс. – Вы разве не слыхали, что сказал преподобный Пэррис? Сатана пришел в Салем и использует ведьм, чтобы вершить свою волю. Я околдована. Но сейчас я свободна от чар.

Томас и Калеб оставили странную девочку в погребе, выбрались наружу, обошли дом и, прижавшись к стене, стали ждать отца. Преподобный Пэррис захлопнул дверь, и тогда они подошли к Натаниэлю.

– Нашли что-нибудь? – спросил отец.

– Да, мертвеца в подвале и странную девочку, – и Томас рассказал ему про встречу с Прюденс Льюис и сломанную шею чужака.

– Что ж, теперь мы знаем, на ком следующем опробовать наше заклинание, – проговорил Натаниэль.

– На ком? – поинтересовался Калеб.

– На Прюденс, дубина, – Томас пихнул брата под ребра.

– А что с разрытыми могилами?

– Придется расследовать дальше, – сказал Натаниэль. – Но сначала нужно задать себе один вопрос.

– Какой? – спросил Калеб.

– Чего хотят ведьмы? – ответил отец.

Дин закрыл дневник и посмотрел на Лизу, спавшую на соседней кровати. Потом заглянул к Бену: тот уснул перед телевизором. Дин был изумлен. Кэмпбеллы не только жили в Салеме во времена гонений на ведьм, но и были охотниками. На полях страницы Натаниэль записал заклинание, с помощью которого можно обнаружить ведьму: «Per is vox malum ero venalicium. Per is oil malum unus ero ostendo. Per is herb malum unus ero brought continuo. They mos haud diutius non exsisto notus»[43]. Дин был уверен, что сможет использовать это заклинание, чтобы найти ведьму, способную ему помочь. До «Некрономикона» еще было как до Луны, но Дин не сомневался, что как только разыщет ведьму, дойдет очередь и до книги.