– Сворачивай здесь, – велел Сэмюэль.

Сэм съехал с 95-го шоссе, и они очутились в местечке под названием Дэнверс. Они остановились в мотеле, претендующем на колониальный стиль. Сэмюэль зарегистрировал их под вымышленными именами. Находиться в Салеме одновременно с Дином было чревато проблемами. Сэму придется скрываться, а это сложно. Его высоченная фигура везде привлекала к себе внимание. А если Дин вдруг заметит давно почившего деда, это тоже будет странно. Сэм не до конца понимал, зачем они здесь, но предыдущая пара месяцев научила его делать, что сказано. Раз у Сэмюэля есть причина тут находиться, значит так надо. Если в Салеме объявились ведьмы, хорошего мало.

Они с дедом направились в свои комнаты.

– Дина разыщем завтра, – сказал Сэмюэль. – Думаю, задачка несложная: парень ведет себя, как захмелевший бык.

– А я пойду, осмотрюсь, – отозвался Сэм.

– Ладно, – пожал плечами Сэмюэль. – Просто постарайся, чтобы твоя здоровенная башка не торчала, где попало.

Кивнув, Сэм отнес багаж в номер и вернулся к фургону. Для начала он объехал все стоянки ближайших мотелей, но машины брата не заметил. Потом решил осмотреть самую любимую туристами часть города. Ни следа Дина. А потом он свернул на улочку поменьше, заглянул в узкий проход и успел заметить брата, нырнувшего в арку позади старого, обшитого досками здания. Сэм развернул машину и остановился перед магазином. Он заглянул в окна, внимательно рассмотрел травы в банках. Очевидно, Дин пришел к тому же выводу, что и он: все здесь прямо-таки вопило о колдовстве. В магазине стало светлее. Похоже, кто-то только что вломился через заднюю дверь. Опасаясь нарушить наказ Сэмюэля и столкнуться с братом, Сэм решил переждать в машине.

Судя по всему, магазин уже не работал. Кажется, с наступлением вечера все в городе сразу закрывалось. Дин осмотрел дверь.

– И никакой сигнализации? – пробормотал он и пнул прогнившую деревянную дверь.

Удар пришелся справа от замка и выбил его так, что тот косо повис, словно язык, вываленный из собачьей пасти. Держа наготове обрез, Дин прошмыгнул в подсобное помещение и разглядел там ящики и коробки с ведьмовскими вещицами, поставленные друг на друга.

– «Редкости и всякая дрянь Конни», – пробормотал он.

Пробираясь в торговый зал, Дин решил, что за свое недолгое пребывание в Салеме умудрился кому-то напакостить, и этот кто-то, пока они с Лизой и Беном гуляли, проник в отель и подложил мешочек в их номер. Колдунья наверняка была сильная: чтобы собрать такой мешочек, нужно обладать недюжинными познаниями в темной магии. Дин кружил по магазину, выискивая что-нибудь подозрительное. Пошарил вокруг прилавка, около кассового аппарата. Ничего интересного. Справа Дин заметил крутую лесенку на второй этаж и протиснулся в узкий проем («Уф, словно для хоббитов делали!»), поднялся по ступеням, держа перед собой оружие. Наверху оказался убогий коридорчик. Пол скрипнул под его весом, и Дин поморщился. И тут – бац! – голова раскололась от боли, и Дин свалился ничком. Обрез проскользил по широким доскам пола и застрял под батареей. Над Дином стояла девушка-хиппи, вооруженная бейсбольной битой с эмблемой «Ред Сокс»[28].

– Эй, Дженис Джоплин[29], полегче! – Дин потер затылок, на пальцах осталась кровь.

– Ты что тут делаешь? Не видел на двери табличку «Закрыто»? Или вам, из Нью-Йорка, закон не писан? Куда угодно заваливаетесь, как к себе домой?

– Эй, придержи коней! Во-первых, я не из Нью-Йорка. А во-вторых, я был тут час назад со своей девушкой…

– Так это твоя девушка? Да ты ей в отцы годишься.

– Чего? – Дин вскинул руки. – Ладно, мою внешность потом раскритикуешь. Дверь внизу была открыта.

– Открыта – в смысле взломана или не заперта? Что-то мне подсказывает, что петли сами не ломаются.

Дин пожал плечами и поднялся на ноги.

– Может, дослушаешь? Я был здесь, потом вернулся в гостиницу. И что я вижу? Мою девушку выворачивает наизнанку. Изо рта у нее выпал GEICO[30].

– Ящерица? Кому ты перебежал дорожку?

– Поэтому я и здесь. Пришел выяснить.

– Это не я. Заклинаниями мести не занимаюсь. Это больше на Конни похоже.

– Так ты не Конни? – спросил Дин.

– Нет, я Сьюки. Приятно познакомиться, – сухо отозвалась девушка.

– Как Сьюки Стакхаус?[31]

– О боже, нет. Бери выше. Сьюки Риджмонт. Ее играла Мишель Пфайффер из «Иствикских ведьм»[32]. Я родилась в тот год, когда вышел фильм, отсюда и имя.

– А где Конни?

– Конни вообще странная. Я ее редко вижу. Обычно я сама закрываю и открываю магазин, иногда нахожу записку с просьбой вымыть окна. Вот и все. А что ты от нее хочешь?

– У вас там внизу крутые штуки, их можно использовать в очень могущественных заклинаниях. А еще ты пыталась продать моей девушке ожерелье с косточкой черного кота.

– Я? Я не знала.

– Ты не знала, что среди того, что ты продаешь, есть кошачья кость?

– Нет. В смысле… Слушай, я как-то больше по любовным заклинаниям и по денежным. Немножко травок, свечка и пара слов. С мощными заклятиями я дела не имею. И потом, поставками товара заведует Конни. Это она мне утром позвонила и велела впаривать эти ожерелья любому, кто зайдет. Ну, я так и делала. Я, правда, не знала, что в них кошачья кость. Это она… ну… Конни балуется темными делишками, если ты понимаешь, о чем я.

– Колдует? Как этим вообще можно «баловаться»? – удивился Дин.

– Ладно, хорошо. Она в этих делах конкретно по уши. Типа того. Я стараюсь ей не мешать. Конни из старожилов, живет тут целую вечность. Задолго до того, как появились ларьки с мягким мороженым и магазины «Скечерс»[33].

– Так значит, ты добрая ведьма? – поднял бровь Дин.

– Зови меня Глинда[34], – сказала Сьюки.

– Хорошо. Понял. Ну, и где мне найти эту Конни? Если она не против, я бы с ней поболтал.

– Э-э-э… Наверное, я могу тебе сказать, где она живет, – пожала плечами Сьюки. – Старое фамильное поместье Хенриков. Это на север от города, мимо не проскочишь. Как, ты сказал, тебя зовут?

– Я не говорил, – возразил Дин.

– Странно. Мне кажется, я тебя знаю. У тебя здесь семья?

– Что за генеалогический опрос в стиле «Кто ты такой?»[35] – раздраженно спросил Дин.

– Ух ты! Привет от пятничного вечера перед телевизором. Ты что, сидел под домашним арестом? Этого же никто не смотрит!

– Ладно, Глинда, я пошел. Ты ударила меня битой, так что, думаю, происшествие с задней дверью мы замнем.

– Я же сказала, заклинание на богатство у меня есть. Так что волноваться мне ни к чему.

Сначала Дин хотел найти того, кто навредил Лизе, но в Салеме все оказалось гораздо хуже, чем он предполагал.

Он вышел из лавки через сломанную заднюю дверь.

Сэм вылез из машины, заглянул в окно и, заметив продавщицу, постучал в стекло.

Девушка подняла голову и одними губами проговорила:

– Закрыто.

– Всего один маленький вопрос! – закричал Сэм, жестами показывая, чтобы ему открыли дверь.

– Приятель, приходи завтра, – девушка помотала головой и отошла.

Сэм осторожно заглянул в переулок, в котором заметил Дина. Убедившись, что горизонт чист, он просунул голову в дверь. Продавщица стояла там, оценивая нанесенный двери ущерб.

– Всего пара вопросов, – сказал он.

– Слушай, йети, я и так уже задержалась, так что, если не возражаешь, я захлопну дверь у тебя перед носом. За светящейся в темноте маской ведьмы приходи завтра.

– Так, Сабрина[36], хватит, – терпение Сэма иссякло. – Я буду задавать вопросы, а ты – шевелить своими сладкими губками, поняла?

– О, похоже тренинг сензитивности[37] творит чудеса. Ты что, недавно щенков топил? Расскажи, что ты чувствуешь, – ядовито ответила девушка. – Кстати, видала я трупы, и немало, но ни один из них не ходил и не разговаривал.

– Ты это, черт побери, о чем? – Сэм встречал не так много людей, которые прямо заявляли, что с ним… что-то не так.

– Упаси боже. Твою дурацкую походку за километр видно.

– Что со мной не так? – прорычал Сэм.

– Я ведьма, тупица. У меня есть некоторые способности. И я чувствую некоторые вещи. А тебя здесь нет. Ты что, сам не чувствуешь?

Но Сэм не был настроен заниматься самокопанием.

– Что ты ему сказала? – он кивнул головой туда, куда судя по всему удалился Дин.

Девушка усмехнулась:

– Кому? Парню, что только что ушел? Вы с ним вместе принимаете душ, или как? Вы, ребята, чем-то похожи – у обоих черепа, как у кроманьонцев.

– Он мой… Не важно. Что он хотел? – упрямо проговорил Сэм.

– Его подружке стало плохо, и он подумал, что в этом виноваты я или моя хозяйка. У нас здесь полно всякой дряни. Я сказала ему, что я тут ни при чем. Он и его цыпочка выглядели совершенно безобидными. Возможно, я сказала ему, что моя хозяйка больше понимает в колдовстве. Потом я его выставила, мне тут психи не нужны. Я была с ним сама любезность. А вот ты мне не очень нравишься.

– Что ж, это хотя бы честно. А остальные ведьмы в курсе, что тут творится?

– Я ни с кем не общаюсь, если ты это имеешь в виду. Я живу с мамой, которая зарабатывает на жизнь мыловарением, работаю, строчу эсэмэски своему бойфренду и иногда смотрю сериалы на «Нетфликс». Я уже сказала тому парню, что не все, у кого есть дар, торчат тут. Я понимаю, это конечно Салем, но из этого не следует, что все тут напяливают шляпы и устраивают гонки на метлах.

– И тот парень вот так запросто ушел? Ты ему больше ничего не говорила? – Сэм сомневался, что девчонка не врет.

– Ага… Да. Нет. Ну, теперь-то мне можно идти?

– Угу, – Сэм развернулся и вышел в аллею.

– Не за что! – крикнула девушка ему вслед. – Придурок.