Когда приблизилось время йоля, сделались люди безрадостными. Бёдвар спросил Хётта, что случилось. Он ответил ему, что две зимы здесь появляется некий зверь, огромный и страшный, «с крыльями на спине, и он всегда летает. Он появляется здесь уже две осени, и причинил большой ущерб. Оружие не причиняет ему вреда, а воины конунга не возвратились домой, хотя они были самые лучшие».

Бёдвар сказал:

— Не так уж хорошо защищен этот зал, если какой-то зверь опустошает государство и уничтожает скот конунга.

Хётт сказал:

— Это не зверь, а скорее тролль.

Вот настал канун йоля. Тогда конунг сказал:

— Теперь я хочу, чтобы люди были тихими и спокойными сегодня вечером, и запрещаю я всем своим людям подвергаться опасности с этим зверем, а со скотом будет так, как решит судьба. Людей же своих я не хочу терять.

И все тут же пообещали сделать так, как попросил конунг.

Ночью Бёдвар ускользнул оттуда. Он велел Хётту идти с собой, тот подчинился, но назвал себя идущим на смерть. Бёдвар сказал, что всё обернется лучше. Они покинули зал, и Бёдвару пришлось нести Хётта, так тот был напуган. Вот они увидели зверя. Хётт едва не закричал и сказал, что зверь проглотит его. Бёдвар приказал ему, собаке, молчать и бросил его в мох, и Хётт там лежал совсем запуганный. Но не смел он и вернуться домой. Теперь Бёдвар пошел к зверю, но случилось так, что меч застрял в ножнах, когда он захотел его вытащить. Бёдвар пытался теперь достать меч, раскачивая его в ножнах, и, когда меч выскользнул, сразу же вонзил его под плечом зверя, попал в его сердце, и зверь упал мертвым на землю. После этого пошел он туда, где лежал Хётт. Бёдвар поднял его и принес туда, где лежал мертвый зверь. Хётт очень дрожал. Бёдвар сказал:

— Теперь ты должен выпить кровь зверя.

Он долго отказывался, но всё же не посмел сделать иначе. Бёдвар велел сделать ему два больших глотка, а также сьесть кусочек сердца зверя. После этого Бёдвар взялся за него, и они долго боролись. Бёдвар сказал:

— Ты теперь стал очень сильным, и я теперь не ожидаю, что ты испугаешься дружинников конунга Хрольва.

Хётт сказал:

— С этих пор я не буду бояться ни их, ни тебя.

— Хорошо сказано, друг Хётт. Пойдем теперь поднимем зверя и поставим его так, чтобы другие думали, что он живой.

Они так и сделали. После этого они вернулись домой и вели себя спокойно, и никто не знал, что они совершили.