Резко, словно удар порывистого ветра в грудь, стихли все звуки. Исчезла музыка и одновременно с этим пропала давящая магия ритуального камня, которая появилась с первыми звуками свадебного гимна. Какие все-таки жрецы хитрые, они явно контролировали из-за кулис образование пар, своей магией слегка усиливая желания, а когда пошло фоном магическое музыкальное сопровождение, то даже мой амулет сработал. Не могу сказать, что меня это удивило, но вопросы определенные в голове возникли. Я с благодарностью взглянула на надменного эльфа, который с нескрываемым презрением взирал на застывших жрецов. Матушка Эмили смотрела на нас с герцогом с гордостью и торжеством, а вот взгляд Алексашена сложно было назвать довольным, я уж молчу о его величестве. Король просто пожирал взглядом мою руку.

Наконец мы подошли к камню и замерли возле него. Я судорожно дернула руку, герцог удивленно на меня посмотрел, но держал крепко.

Плохой план, Линка, очень плохой план! Одно дело выстраивать его вокруг ведьмака, представлять его в роли жениха, а затем бросить сразу после свадьбы… или после первой брачной ночи… Вообще-то я планировала поговорить с Арденом и сразу поставить условие: пока не закончу обучение, никаких детей и никакой семейной жизни. В моих мечтах и планах все было красиво и стройно, но реальность, как ураганный ветер, камня на камне не оставила от моей самостоятельности. И Арден… неужели я так ошиблась? Но как же наш поцелуй на берегу неизвестного озера? Это не было наваждением, это было так искренне и честно, что я поверила! Ой, дура ты, Линка! Куда мне в мои девятнадцать играть с людьми, которые на интригах зубы сточили. Еще и ни в чем не виноватого Орлея подставляю. А может, ну их всех? Вот возьму и выйду замуж за герцога, и пошли они в сад! Он мне кажется порядочным человеком, и с ним я точно смогу договориться.

— Протестую! — выпалила я. — Я не рассчитывала, что все произойдет так быстро, думала, будет обручение, потом подготовка к свадьбе. Все, как это обычно бывает в нормальном цивилизованном обществе. А не вот так: магия, привязанность, камень — и вы уже муж и жена, можете знакомиться.

Я начала закипать, чувствуя, как злость формируется в районе солнечного сплетения. Теперь я понимала Ардена, который так упорно сопротивлялся женитьбе!

— Опустите руки на камень, — с доброжелательной улыбкой произнесла жрица, словно не слыша моих слов.

Кулон раскалился, от неожиданности я вскрикнула и сдернула его с шеи.

— Как забавно. — Голос Августа просто сочился ядом. — Я подозревал что-то такое. Но так откровенно в моем присутствии пытаться заставить девушку, с которой я пришел на бал, подчиниться приказу — это вызов, матушка Эмили.

— Я всего лишь молила Богиню послать любовь ее дочери, — с достоинством ответила жрица — Служители Луны не обладают магией, и тебе, эльф, это прекрасно известно. Как и то, что Пределам запрещено вмешиваться в дела людей, вы сами ввели это правило.

— Я помню, жрица, сам составлял договор, — усмехнулся Август. Лапушка моя! — Поэтому я помню и пункт, по которому любой эльф может выступить в защиту своего родственника, ученика или невесты.

— И кем же тебе приходится Адель? — подал голос очень серьезный король. — Но прежде чем ответишь, скажи, о каком ментальном воздействии ты говорил?

Август махнул рукой, и вокруг нас появилась непроницаемая сфера, полностью отделяющая нашу разношерстную компанию от зала.

— Жрецы, используя неопытность юной ведьмы, изрядно покопались у нее в голове. И теперь я могу с полной уверенностью заявить, что блок ставил кто-то из вас.

Август даже не думал быть дипломатичным. Интересно, это все эльфы такие или только мне достался единственный прямолинейный?

— Я всегда знал, что жрицы играют нечестно! — с негодованием заявил Алексашен. — Ваше величество, давно пора запретить их культ.

— Чем это грозит девушке? — с прищуром глядя на эльфа, спокойно спросила матушка Эмилия, на вопль его жречества она даже внимания не обратила.

— Она сойдет с ума, если не выйдет замуж, — улыбнулся эльф. — А так как Адель только что ясно дала понять, что замуж она не выйдет, то…

И он так запросто про это говорит? Я подняла голову, вглядываясь в лицо эльфа. Он хочет моего безумия? Август укоризненно покачал головой, и я тут же устыдилась своих мыслей.

— Кто-то из жрецов дал лунной колдунье установку выйти замуж, и сегодня на балу, когда стала работать брачная магия, она выбрала того, кто был к ней ближе всего, — раздался спокойный голос ведьмака, и я чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. Откуда он взялся? — Я ничего не упустил, тьеры? Дядя при первой встрече попытался немного подправить поведение строптивой ведьмы, затем при встрече в магазине главная жрица Луны тоже немного покопалась в голове у Адель, а сегодня ритуальная магия почти закончила дело?

— Это серьезное обвинение, ар Арден, — глухо произнес король.

— Да ладно, разве ты не заметил, как изменилось ее поведение? Сначала она меня боялась до обмороков, потом стала дерзить, а затем смотреть с интересом.

Я от такой наглости едва сдержала рычание.

— Скажи еще, что я тебя домогалась!

— А разве нет?

— Нет! — гаркнула я, но, увидев, как довольно улыбнулся король, замолчала.

Не хватало еще устраивать разборки при всех.

— Но больше всего меня насторожило, что она совершенно не стремилась узнать хоть что-то про ведьм, не интересовалась миром, в который попала, ей даже магазины были не нужны. Я призвал Адель в этот мир, и я помню, какой она в него пришла.

— Какой? — спросила я хмуро, потому что сама за собой никаких изменений не замечала.

Но ответить ведьмак не успел, ритуальный камень вспыхнул золотом, и на нем появилась полупрозрачная золотоволосая девушка в длинном платье с широкими рукавами. Она окинула нас взглядом и капризно протянула:

— Вы собираетесь проводить ритуал или мне через тридцать лет прийти?

— Слушай, ты, птичка! — Я устала, хотела есть и была зла. — Почему ты мне не сказала, что на мне ментальный блок?

— Я откуда знала? — очень искренне удивилась девица. — Я тебя впервые вижу! — Она прищурилась. — Есть что-то, но когда ты выйдешь замуж за этого достойного мужчину, все спадет. Жрец, который его поставил, дурак!

— А снять не можешь? — на всякий случай спросила я.

— Не-а, не мой уровень. Я же всего лишь артефакт, заключенный в камне. У меня нет ни своей воли, ни своего разума. Так, программа, что вложили, то и генерирую. Так что, брачуемся? А то у меня энергия заканчивается.

— Да! — в три голоса заявили Август, Орли и Арден.

— Нет! — одновременно с ними сказала я.

— У меня есть вопросы к храмовникам, — очень недовольно и угрожающе произнес вместе с нами его величество.

— Я действовал только в интересах королевства, — тут же выпалил Алексашен.

Матушка Эмили снисходительно всех проигнорировала, она смотрела на меня и Орлея и улыбалась.

— Вы прекрасная пара.

— Мы с Адель тоже будем прекрасной парой, — заявил Август и положил руку мне на плечо. — И, в отличие от людей, мне не нужен наследник мужского пола. Пределам нет дела до скверны, которую вы выращиваете на своей территории.

— Но ты женат! — воскликнул его величество.

— Уже нет, — глядя в лицо ведьмаку, сообщил эльф.

Знал об этом ведьмак, любил он мать своего ребенка, что сейчас чувствует? Я впилась взглядом в беспристрастное лицо Ардена. На нем ничего не дернулось, зато у меня в душе появилось что-то очень нехорошее — темное и тревожное. Вот какая ты, ревность. Отвратительное чувство, мерзкое, злое и разрушительное.

— Как видите, я имею такое же право на Адель, как и остальные.

— А у колдуньи никто спросить не хочет? — поинтересовался Арден и просто положил руку на камень. — Делай свой свободный выбор, ведьмочка.

Орлей сделал шаг вперед и тоже опустил руку рядом с покрытой татуировками ладонью. Август улыбнулся мне ободряюще, подмигнул и чуть дотронулся кончиками изящных пальцев до серого камня.

— И никто из вас не сказал самого главного, — буркнула я, легко снимая с пальца кольцо Орлея. — Простите, герцог, что так вышло.

Я подошла к Ардену, он смотрел снисходительно, уверенный, что я его выберу, а вот у меня такой уверенности не было.

— Ты ее любил?

Мне нужно было это знать. Я никогда не умела делиться и прощать и учиться не собиралась.

— Ревнуешь? — Ведьмак не улыбался, просто смотрел. — Я ни о чем не жалею.

— Я не прощаю измен, — зачем-то сказала я.

— Брак под покровительством Луны это исключает, — подал голос король. — Пока смерть не разлучит вас.

— Э, нет! — Я отошла на шаг. — Я хочу замуж по любви, и чтобы меня любили за то, что я есть, а не за то, что я могу родить сильного мага. Я хочу настоящую семью, — добавила тихо. — Не хочу вот так, как вы.

— И как мы? — спросил ведьмак.

— По договору или приказу!

Почему я чувствую себя малолетней дурочкой?

Арден закатил глаза, взял за руку и припечатал мою ладонь к камню, еще и прижал сверху.

— А еще ради мести, власти и справедливости, — шепнул он. — Ну что же, узнаем, кто тебе мил, лунная колдунья. Ты ведь знаешь, что сердцем лгать нельзя?

Я дернула руку, но она приклеилась к камню, словно я измазала ладонь в «Моменте», однажды я нечаянно пальцы склеила, пришлось разрезать скальпелем, так что ощущения помнила. Я не знала, что ожидать, и запаниковала, хотя, судя по остальным, пугаться было рано.

— Ой, мамочки, что это?

И почему голос так дрожит?

Вокруг запястья стал появляться золотой графический рисунок, будто кто-то невидимый рисовал на руке солнечным зайчиком. Я перевела взгляд на мужские ладони, вокруг изящной женственной ладони эльфа появлялся точно такой же рисунок, как у меня, только изумрудного цвета.

— Брак с владыкой Ночного предела? — ошарашенно прошептал жрец.

— Ну уж нет, — весело и зло ответил ему Арден. — Пусть попробует забрать ее у меня.

А я опять ничего не понимала!

— Кто-нибудь, объясните мне, что происходит! Немедленно! — завизжала я.

— Они за тебя борются. — Матушка Эмили встала рядом. — Похоже, что ты сама не можешь выбрать…

Ох, на запястье у герцога Орлея тоже стал проявляться рисунок, точно такой, как у меня, золотой. А мне пришла в голову абсолютно бредовая идея, точно от нервов, в нормальном состоянии я бы такого вслух не сказала.

— А если они все трое закольцуются, то мне придется гарем содержать? — прозвучало это совсем жалко.

— Даже не мечтай, — услышал меня ведьмак. — Я не люблю делиться.

— А тебе и не придется, — спокойно ответил ему эльф. — Еще немного, и брачный рисунок зафиксируется или у меня, или у герцога. Похоже, артефакт тебе тоже не доверяет, полудемон.

Арден вскинул голову, и наши взгляды встретились. Миг или вечность? Пока смерть не разлучит нас… С кем из них я хочу прожить долгую жизнь? Кто будет отцом моих детей? Кому я хочу шептать «люблю»? Да, знаю, я еще юная и глупая, у меня нет жизненного опыта и нет умения, просчитывать на три хода наперед, я в чем-то очень наивная, я романтик и верю в любовь. В настоящую, ту, которая возникает вопреки, а не за что-то, ту, от которой сносит крышу и вырастают крылья. Мне всего девятнадцать, у меня жизнь впереди, и я хочу прожить ее в любви и радости. Я хочу просыпаться в объятиях любимого мужчины, хочу, чтобы каждый день приносил что-то новое, хочу детей, хочу учиться и работать, хочу… Господи, я так много хочу! И я хочу Ардена!

Закружилась голова, виски сдавило, а затем, словно плотину прорвало, хлынули воспоминания. Мама, Сашка, работа, грайи, встреча на лесной поляне, черный силуэт с красными глазами, история этого мира, география, озеро, где выздоравливал Арден, называется Тайна, и две жены…

— Вот и все. — Август поднес к губам мою ладонь. — Не буду тебя поздравлять, но все идет как должно.

Эльф надел мне на шею кулон.

— Держись от моей жены подальше!

Голос ведьмака ворвался в сознание с силой отбойного молота.

— Жены?

Я поднесла к глазам руку. Запястье обвивала золотая лента, по ней, словно вышивка, шел узор из зеленых и голубых символов.

— Она моя ученица, энрикан это зафиксировал, — снисходительно сообщил эльф.

— Энрикан?

Что у меня с глазами? Все расплывается, и голова сейчас разлетится на множество осколков, даже думать больно, не то что разговаривать.

— Знак на запястье, это своего рода магический паспорт, исчезнет через несколько часов и будет появляться только по твоему желанию. Кстати, моя непредсказуемая, герцог Орлей твой духовный наставник, если верить вот этим голубым черточкам.

Он коснулся ногтем моего запястья.

— Я ничего не вижу, — прошептала я. — Сейчас упаду.

— Это из-за снятия блока, потерпи, малышка. Я помогу…

Я еще слышала, как рычал Арден, что-то возмущенно говорил король, шумела толпа, где-то мурлыкал большой пушистый кот…

Спустя мгновение я упала… В чьи-то сильные и надежные руки. И, честное слово, мне было все равно, я хотела только одного, чтобы эта боль наконец кончилась.

— Отрубите мне голову, — шепнула, чувствуя, как холодная ладонь ложится на лоб.

— И как ты будешь меня целовать? — В голосе Ардена звучала тревога. — Август, это серьезно?

— Серьезней некуда.

— Фигня, пройдет, — шепнула я, не открывая глаз. — Расскажите мне, что это было? Ведь не каждый же раз у вас такой бардак на отборе?

— Ну, на прошлом матушка разрушила полдворца, убила трех жрецов и потом до основания снесла храм. — Я чувствовала, что Арден улыбается. — С тех пор ритуал проводят сразу на месте…

— Все, я закончил. Сейчас, Адель, ты заснешь, а я почищу остатки ментального вмешательства.

— Спасибо, — поблагодарила я Августа и закрыла глаза…

Пришла я в себя резко, потому что кто-то легонько хлопал меня по щеке и при этом шипел, как пробитая шина.

— Ну же, Адель, очнись, — услышала я сердитый шепот.

Открыла глаза и села, испугавшись, что увижу неизвестную обстановку, но огляделась и вздохнула с облегчением. Моя комната в Лесном дворце, ставшая почти родной. На кресле жалкой увядшей кучкой лежали остатки моего бального платья, я охнула и перевела взгляд на грудь. На мне была плотная белая сорочка с длинными рукавами и высоким воротником-стойкой.

— Эльфячья зараза чуть на дуэль ведьмака не вызвал, когда требовал, чтобы тот к тебе не прикасался даже пальцем. Служанка тебя переодевала. Не дрейфь, подруга!

Феликс с облегчением вздохнул и прежде, чем я успела что-то сказать, приложил палец к моим губам. Я клацнула зубами, и парень испуганно отдернул руку.

— Значит так, чтобы ты потом не спрашивала. Про ментальный блок я знал, но не хотел тебя расстраивать, потому что помочь все равно не мог, зря бы только нервничала, а так могла выйти замуж и быть счастлива, — торопливо зачастил он. — Зато я нарушил все правила и пробрался во дворец, чтобы спасти тебя, если что-то пойдет не так. Кто же знал, что у тебя на шее будет висеть амулет эльфа? — обиженно засопел феникс. — А еще я дал тебе книгу, чтобы ты вспомнила. С жрецами король сам разберется, ты не лезь. Они перед балом очень повздорили с Арденом, потому что принц привел матушку, а леди Э устроила грандиозный скандал, его величеству пришлось поклясться, что он не станет на тебя претендовать.

Так вот в чем причина холодности короля, а то я даже переживать начала и подсознательно ждать гадости, ну спасибо, леди Э, спасла!

— Герцог Орлей — темная лошадка, Август вообще гад и сволочь, как тебя угораздило с ним связаться? — Феликс возмущенно уставился мне в переносицу. — А уж мужа ты выбрала… — Хрустальные глаза феникса подернулись дымкой. — И зачем тебе это исчадье ада?

— Хочу! — шепотом ответила я. — Выбор на самом деле оказался невелик, никто особенно не рвался заполучить меня в жены. Даже обидно.

— Так нужно было на бал вовремя приходить, когда шло представление невест, а не за полчаса до его окончания, — зашипел в ответ Феликс.

— Эй, я тут ни при чем! — возмутилась я, но очень тихо. — Я быстро собралась.

— Конечно, ни при чем, даже не сомневаюсь, что это происки белобрысого ушастика. Ладно, я ушел. Встретимся.

— А если меня увезут? — заволновалась я.

Все же феникс — мое личное маленькое наказание, и опять терять его я не собиралась. Мое, никому не отдам!

— Куда бы ни увезли, там будет водоем, а значит, и проход в мою пещеру. В крайнем случае, в лужу прыгнешь.

— А сам меня перенести не сможешь?

— Нет, — печально склонил голову Феликс, но глаза при этом хитро блеснули. — Один раз только можно было.

Ох, чую, врет! Мстит мне за нашу ссору.

Пока я размышляла, что сказать вредной птичке, он обратился в пернатое и исчез, пришлось выбираться из постели и тихонько на цыпочках красться к двери. Вроде тихо. Я выглянула и увидела Сурью с книгой на коленях. Верная служанка подтянула кресло к порогу, перекрывая проход, и сидела в нем с таким решительным выражением лица, словно собиралась воевать со всем миром.

Я поднесла руку к лицу, золотистый рисунок побледнел, но еще четко просматривался на бледной коже. Вот я и замужем… Как-то радости особой не испытываю. Да, я молоденькая и наивная, но это не значит, что я не замечаю пренебрежительного к себе отношения. Покровитель на час и спаситель на миг всем своим видом показывает, что я ему не нужна, но при этом и отпустить не хочет. Собака на сене! И нет моему новоиспеченному мужу никакого дела до моих чувств и желаний. Что же, придется воспитывать! Глядеть влюбленно, чесать за ушком: «Ах, милый, ты такой крутой!» Пару раз в месяц скандал с битьем посуды и швырянием разных предметов, чтоб не расслаблялся, и в постель потом только за пригоршню побрякушек, ванну и эротический массаж. И непременно иметь пять-шесть альтернатив, чтобы он знал, что у меня есть запасные пути, но верил, что он пока единственный.

Какая-то печальная перспектива вырисовывается…

— Сурья, — позвала я, тихонько выглядывая в щель. — Привет.

— Ваше высочество! — энергично всплеснула руками служанка и, отложив в сторону книгу, поднялась. — Что это вы встали, а? А как опять в обморок упадете?

— Какое такое высочество? — Я опешила. — Никакое я не высочество! Набери мне ванну и расскажи сплетни, а то я так соскучилась, — подластилась я. — И кушать очень хочется.

— Заморил ребенка, ирод эльфячий! — громким шепотом возмутилась Сурья и покосилась на дверь, ведущую в коридор. — Еще и стражу длинноухую приставил, так и зыркают глазищами из-под тряпок.

— Каких тряпок?

Я ничего не понимала.

— Зеленых, что морды ихнее замотаны! — припечатала Сурья. — Даже мужа вашего не пущают. Уж тьер ар Арден так ругался, так ругался, а не смог пройти.

Сурья набрала мне ванну, налила в нее пены и, пока я блаженно отмокала в горячей воде, поведала последние сплетни. Жрецы разругались между собой, а его мудрый величество оба храма лишил своей милости, теперь никаких им денег из казны, и велено сидеть служителям Луны на своих территориях и на глаза его величеству не показываться. Все невесты нашли свое счастье, все вышли замуж главными женами, ни одна не осталась без мужа. Что же, счастья девчонкам. Мой выбор вызвал множество пересудов, и по углам серьезно шептались, что мужа у меня теперь три. А кто из них главный, а кто на выходные — неизвестно. Это меня очень повеселило и натолкнуло на кое-какие идеи.

— Велено накормить вас и до утра никуда не пущать, — наматывая мне на голову чалму из полотенца, сообщила служанка.

— А уже вечер? — зевнула я.

— Ночь на дворе, ваше высочество. — Сурья накинула мне на плечи тяжелый халат. — Присаживайтесь за стол, я прикажу подавать.

— Не называй меня высочеством, пожалуйста, — скривилась я. Звучало это для меня дико. — Просто тьера Адель, как и раньше.

Служанка довольно кивнула.

— Мария приходила с малышкой. Очень она за вас переживала, как вы пропали, говорила, что тьера Эрина сильно плакала первый день, а потом успокоилась и даже улыбалась, когда ваше имя слышала.

Я тоже скучала по маленькому эльфику, и мне было ее жалко, особенно теперь, когда я узнала, кто ее мать. Интересно, что между ними тремя было? И не в этом ли причина такого пристального внимания к моей особе со стороны Августа?

Пока я не верила ни одному из мужчин, у каждого из них есть скрытые мотивы и свои тайны, но и отказываться от помощи я не собиралась. Мне нужно узнать этот мир, овладеть магией, найти свое место в обществе. А дальше… дальше будет видно. Пока же я планировала занять выжидательную позицию и посмотреть, как будут развиваться события. В конце концов, где наша не пропадала?

— В браке не пропадала точно, — буркнула я себе под нос, следя, как медленно открывается дверь и Сурья вкатывает тележку, полную восхитительно пахнущих блюд.

Какие мужчины, зачем они, когда здесь так много вкусного! Вот оно, счастье! Ночной дожор начинается!

Арден

— Ты не понимаешь, Лео! — Арден швырнул в гобелен нож, попал в глаз изображенного на нем жреца и потянулся за следующим метательным ножом. — Я собирался жениться, провести обряд консуммации, сделать жене ребенка и…

— Дальше ты не думал, Арден. — Лео пил вино, развалившись в низком кресле. Лохматый, босой, в расстегнутой рубашке, рядом на полу валялась черная полумаска и мундир. — Ты уступил отцу, исполнил долг перед страной, пожертвовал собой… — с издевкой протянул он и прорычал: — Какого демона ты не позволил девчонке самой решать, за кого ей выходить замуж?!

— Она сама и решила, — огрызнулся Арден, но как-то вяло. — Я не мог позволить, чтобы этой страной правили жрецы. А выйди она за этого святошу герцога, и за спиной короля встал бы Храм.

— И нас бы ждал запрет на грязную магию, чистка среди колдунов, изгнание скверны, — кивнул Лерой. — Я тоже учил историю.

— Если бы Адель не хотела меня, она бы не дала мне победить, — словно убеждая сам себя, произнес Арден. Второй нож ушел в стену по рукоятку. — А теперь меня не пустили к собственной жене!

— Ты бы мог прорваться, — пожал плечами граф. — Кто бы тебя удержал?

— Мог бы. — Арден посмотрел на свои руки. — Но… я не уверен, что это было бы правильно. Лео, я не знаю, что с ней делать!

— О! — Граф округлил глаза. — Неожиданно. Ну, могу рассказать! — Он налил себе еще вина. — Сначала страстно ее целуешь, потом медленно начинаешь гладить ручку, плечико, маленькие упругие груди с твердыми сосочками…

Арден фыркнул.

— Мне ни разу не приходилось ухаживать за женщинами. — Ведьмак, хромая, подошел к графу, отобрал у него бутылку и отпил прямо из горлышка. — Они сами прыгали ко мне в постель. Ты же знаешь.

— Знаю, — серьезно кивнул Лерой. — Меня всегда поражало, как тебе удается привлекать самых недоступных женщин королевства, при этом оставаясь грубым, наглым и холодным.

— Это демоническая кровь. — Арден сел на подоконник. — Я наполовину демон, обаяние у меня в крови.

— Мне странно слышать от моего ровесника, что он не умеет соблазнять женщин, твое отшельничество было неверным решением.

— Соблазнять я как раз умею, и доказательство этого спит в соседней комнате.

— Думаешь, Август здесь из-за Эрины?

— А из-за чего еще? Рога ему явно мешают жить и требуют мести. Я отобрал у него одну женщину, он собирается отобрать другую у меня.

— Ты не знаешь о ее судьбе?

Лерой пытался понять, что чувствует друг, по бесстрастному лицу которого ничего невозможно было прочесть.

Ведьмак полез в карман, достал черную ленту, собрал в хвост волосы и только после этого ответил:

— Мы провели вместе всего три дня, потом она просто исчезла.

— Скучаешь?

Арден удивленно посмотрел на друга.

— Я ее имя с трудом вспомнил, Лео.

— Арден! — Лерой закатил глаза. — Почему я ощущаю себя стариком по сравнению с тобой?

— Я не планировал занимать трон, ты же знаешь. Меня бесит этот дворец, придворный этикет, заискивающие взгляды, трусливые мужчины, распущенные женщины. Я планирую уехать к себе.

— В хижину? — испугался Лерой. — А о жене ты подумал, демон?

— У меня, кроме хижины, есть Стальной замок, — хмыкнул Арден.

— Да, форпост на границе Зоны, прекрасное место для молодой девушки.

Лерой встал, нетвердой походкой подошел к другу и ткнул ему в грудь пальцем.

— Запомни три слова, они залог счастливой семейной жизни. Люблю! Куплю! Дурак! Арден, просто выучи эти три слова как заклинание и попробуй применить. Не ржи, глупый демоняка, просто попробуй!

Как же давно я не просыпалась, просто потому что проснулась. Тихо, прохладно, из приоткрытого окна веет свежестью, пахнет скошенной травой. Я потянулась, вытянула ноги и уперлась во что-то мягкое.

— Мыр?

— Пушистик!

Подхватила горячую тушку и прижала к себе, зарывшись носом в густую шерсть. От кота пахло древесной золой и чем-то очень родным и близким. Он терпеливо обвис в моих руках, переждал объятия и только потом выскользнул и растянулся поперек коленей, подставляя светлый живот.

— Мур?

— Мог бы и поговорить со мной, я же знаю, что ты умеешь. — Я погладила толстое пузико. — Тебе никто не говорил, что котам быть такими большими неприлично?

Пушистик только фыркнул пренебрежительно и повел ухом в сторону двери.

— Ваше высочество! — В дверь постучали. — Вас тьеры ждут на завтрак!

— Какое я им высочество? — зашипела я не хуже кота. — Не хочу я быть высочеством!

— Тьера Адель! — никак не мог угомониться голос. — Мы заходим!

Дверь распахнулась, и в комнату вошли четыре служанки в довольно-таки открытых платьях теплого серого цвета, последней, с крайне недовольным выражением на круглом лице, зашла Сурья и встала у двери, сложив руки на животе.

— Что это все значит?

Я окинула взглядом смазливые физиономии девиц, с огромным любопытством осматривающихся по сторонам.

— Мы теперь и ваши горничные тоже, ваше высочество, — заявила самая старшая, намекая, что они прислуживают ведьмаку. — Приказ вашего супруга, тьера ар Ардена, — добавила она с придыханьем.

Можно подумать, у меня есть другой супруг. В груди начало подниматься недовольство, интересно, Арден сам выбирал этих грудастых и фигуристых девиц? И для чего ему эти горничные? Потому что если они будут постоянно крутиться рядом, то я за себя не ручаюсь. Я собственница, и мое — это мое, делиться ни с кем не намерена!

Девицы тут же разбежались по комнате. Одна ринулась в ванную, вторая распахнула шкаф, критически оглядывая мой гардероб, третья уже стояла с халатом в руках, а четвертая протянула руки, чтобы взять кота. Пушистик вальяжно махнул хвостом и исчез, на прощание сверкнув на меня алыми глазами.

— Вс-стретимс-ся, — растаяло в воздухе.

— Какое платье хотите надеть, ваше высочество? — уже щебетала черноволосая смуглая девица с алыми, явно подкрашенными губами. — Может быть, нежно-салатовое? Оно будет идеально сочетаться с цветом глаз, хотя кожа у вас бледная, и зеленый подчеркнет синяки под глазами, — словно в задумчивости пробормотала она.

Девица раздражала, просто бесила.

— Поди прочь, — холодно процедила я, включая роль королевы-стервы. — И подруг забери.

— Но его высочество лично приказал! — попробовала возражать девица.

— Давно розги не получала? Или проклясть тебя венцом безбрачия…

Я скрутила из пальцев козу, девица пискнула и пулей вылетела из комнаты, следом, постоянно кланяясь, убежали остальные. Сурья выглянула в коридор, хмыкнула и с грохотом захлопнула двери, затем отряхнула руки и громогласно заявила:

— Так их, вертихвосток! Ишь ты, бесстыдницы, повыпячивали дыни свои, думают, тьер ар Арден на них позарится. Тьфу, срамота!

И она смачно сплюнула себе под ноги, а потом посмотрела на меня испуганно, но я только рукой махнула и расхохоталась. Нет, определенно, роль ведьмы мне удалась.

— Голубое наденьте, оно идеально для завтрака.

Сурья уже разложила на кровати нежное и воздушное платье небесного цвета.

Через полчаса я любовалась на свое отражение и уговаривала себя выйти из комнаты.

— Какая вы-таки молоденькая, тьера Адель, — сокрушалась Сурья, поправляя оборочки на подоле. — Ну дитенок еще неразумный, а не жена. И вот что я вам скажу, правильно эльфячий лорд не пустил к вам ночью мужа! Принц у нас полудемон, страстный очень, а вы вона какая нежная, подкормиться вам надобно еще.

Я хихикнула, представив, как Арден откармливает меня перед первой брачной ночью. Пирожными… Картинка получилась такая соблазнительная, что я облизнулась.

— А он приходил ночью? — тут же спросила я, и в груди затрепетало, никак пресловутые бабочки из живота прилетели.

— А как же, — громким шепотом сообщила верная служанка. — Слегка выпивший и жутко грозный. Спросил, что делаете, а как узнал, что спите, так и ушел, только страже ушастой что-то сделал, после чего они позеленели еще больше. Я им водички потом носила.

Губы сами растянулись в предвкушающей улыбке.

— Я готова!

Хотя готова я не была совершенно. Было жутко страшно, но я расправила плечи, задрала голову и гордо вышла за дверь.

— Идите за мной, ваше высочество.

Льер Рошель, как всегда чопорный и безукоризненный, склонил голову чуть ниже, чем обычно, и четко, по-военному развернувшись, пошел вперед, показывая дорогу. За спиной тут же выросли два эльфа из зеленой гвардии, именно они сопровождали нас с Августом, когда я попала в Ночной предел.

Остановились у знакомой двери, здесь я провела когда-то незабываемую ночь и не менее впечатляющий по содержанию завтрак. Как давно это было…

Я поймала себя на том, что кусаю губу и сжимаю кулаки, вздохнула, расслабляясь.

Я Адель, лунная колдунья, и я заставлю с собой считаться!

Дверь передо мной распахнулась, и я вошла в гостиную. За сервированным столом сидело трое мужчин, увидев меня, они встали и слегка поклонились.

Мамочки, и что мне им говорить?

— Доброе утро, жена, — весело сверкнул глазами Арден.

— Доброе утро, тьеры.

Герцог Орлей подал мне руку и подвел к столу, Август отодвинул стул, и я присела на самый краешек, Арден, дождавшись, пока все сядут, взмахом руки велел слуге подавать завтрак.

— Как спалось, жена моя?

Ведьмак смотрел с легкой иронией, и казалось, что он видит меня насквозь.

— Вы не снились, ваше высочество, поэтому прекрасно.

— Какая жалость, что я тебе не снился. Очень надеюсь исправить это недоразумение в ближайшее время.

— Ар Арден, я бы настоятельно просил не называть Адель женой, поскольку пока, — эльф выделил последнее слово интонацией, — она не твоя жена.

— Она ею станет, — довольно холодно ответил ведьмак, пока я пыталась сообразить, о чем они.

— Уверен?

Август мило улыбнулся, так мило, что захотелось нырнуть под стол и там переждать бурю.

— Ваши энриканы за эту ночь не изменились, а значит, у любого из нас есть шанс пробудить в тебе ведьмовскую силу и стать твоим мужем, — спокойно пояснил герцог и подал мне салфетку, которую следовало расстелить на коленях. — Закон гласит, что брак можно оспорить, пока не проведен ритуал консуммации.

— Оспорить его может тот, кого отметила богиня Луны, — подтвердил эльф и поддернул рукав, показывая четкий рисунок на запястье. — Ты ведь не думал, что мы останемся в стороне, ведьмак?

— Даже не рассчитывал на такое везенье, — процедил Арден и подмигнул мне. — Приятного аппетита, жена моя.

Я едва сдержалась, чтобы не показать ему язык. Значит, коварный эльф не просто так поставил стражу у моей двери, и еще все можно переиграть? Как интересно…