И я заснула, а когда проснулась, мужа рядом не было, на подушке лежала белая роза и черная бархатная коробочка. Я села в кровати и с улыбкой откинула крышку.

На тонкой золотой цепочке висел маленький алый кулон в виде капельки воды, он искрился и переливался в солнечных лучах. Шепот нежности.

— Мыр?

— Пушистик!

Огромный кот довольно прищурился и, потянувшись всем большим телом, потерся о мои ноги.

— Соскучился?

Я погладила кота за острыми ушами, он заурчал громче, всем своим видом выражая блаженство.

— Мыр?

Мудофель махнул хвостом в сторону украшения, которое я так и держала в руке.

— Надеть?

Кот кивнул и тут же хлопнулся набок, вытянувшись во всю длину, при этом кончик его хвоста ритмично стучал по ковру.

— Как думаешь, леди Э уже проснулась?

Кот посмотрел на меня с такой откровенной насмешкой, что я сразу же догадалась, что свекровь даже не думала сегодня ложиться.

— А Август? — проверила я свою догадку.

— Пф-ф-ф!

— Коты не издают таких звуков, чтобы ты знал! — Я накинула на плечи халат и направилась в ванную, бросив напоследок: — Позови Сурью, пожалуйста.

Очень хотелось проверить одну свою гипотезу…

Проходя мимо столика, я увидела золотого воробья, похоже, птичка передвигалась следом за мной.

— Доброе утро, Август! — Я легонько щелкнула воробышка по клюву. — Как прошла ночь?

— Прекрасно, моя ранняя, прекрасно, — томным механическим голосом отозвался воробей. — А день обещает быть еще прекраснее. Занятия через два часа, и учти, я буду недоволен, если твоя ночь прошла менее прекрасно, чем моя.

— Вот еще, буду я тебе отчитываться! — фыркнула я и показала воробью язык.

— Адель, почему мне кажется, что ты кривляешься? — пощелкал клювом воробей, издавая противный металлический звук.

— Потому что ты умный и хорошо меня изучил?

И я на одной ножке проскакала к ванной. Настроение было отличным, хотелось смеяться, дурачиться и куда-нибудь бежать. Тело казалось легким и невесомым, энергия просто бурлила, переливаясь через край и грозя выплеснуться и затопить всех вокруг моим собственным счастьем. Никогда я еще не чувствовала себя так хорошо. Необыкновенно хорошо! Даже подозрительно… В ванной я подошла к зеркалу и замерла, пораженная. Моя кожа светилась! Легкое мягкое сияние, такое можно наблюдать, когда смотришь летом на полную луну.

Я сняла кулон Ардена, но ничего не изменилось, значит, это не он? Ну и отлично! Приятно получать просто украшения, а не амулеты, свойства которых остаются загадкой.

Открыла воду и забралась под прохладный душ. Кр-р-расота!

— Мур-р… — в этом коротком звуке я услышала и восторг, и нежность, и восхищение.

Мудофель появился прямо из воздуха, улегся на бортик бассейна и с нескрываемым удовольствием начал меня рассматривать.

— Нравлюсь?

— Ведьма…

Откуда во мне столько кокетства? Но моя нагота и восторженный взгляд фамильяра Ардена не раздражали и не вызывали стеснения, наоборот, мне нравился блеск его графитовых глаз. Графитовых?

— Арден?.. — протянула я угрожающе. — Подсматривать неприлично!

— Мур?

Пушистик вздрогнул, моргнул, и на меня опять смотрели желтые глаза с вертикальными зрачками, правда, обожания в них не стало меньше.

— Мне нужна моя волшебная книга…

Сияние начало тухнуть, и, пока я вытиралась большим теплым полотенцем, кожа перестала светиться. Ну и хорошо, оно, конечно, красиво, но вызывает слишком много вопросов. И вдруг я что-то почувствовала, что-то неприятное, чей-то недобрый взгляд, полный ожидания и нетерпения. И одновременно с этим мой милый забавный пушистик стал меняться.

— Мама…

Огромный лохматый паук с множеством глаз и ног, стремительный, как гоночный болид, бросился в угол, где лежали густые тени от высокого шкафчика с полотенцами. Он быстро начал плести кокон, удерживая извивающуюся тьму передней парой лап. Как можно удерживать тень? При этом тень вырывалась и визжала, а паук рычал! Клянусь, он щелкал жвалами и рычал, как бультерьер моего соседа Кости, когда с наслаждением грыз украденный мосол.

— Хлоп!

— Хлоп!

В большой ванной стало тесно.

Не успела я пискнуть, как оказалась накрыта прозрачной сферой, а передо мной застыла с огненным шаром в руке леди Э, Арден же сразу кинулся к пауку и смело засунул руку в кокон.

— Попался, тварь!

— Я легко пожертвую своим слугой, ведьмак, — пронесся по ванной шепот, от которого все волоски на моем теле поднялись дыбом. — Лина, я жду тебя, мой подарок ты приняла.

С этими словами кокон взорвался, разбрасывая по комнате ошметки тьмы, которые вспыхнули и сели на мраморный пол грязным пеплом.

Лина? Он сказал — Лина? Но в этом мире никто так меня не называет…

— О каком подарке он говорит? — Мой голос дрожал, но ответа я не получила. — Арден! О чем он говорил? И кто это?

Август появился бесшумно, элегантный, безупречно одетый и хмурый, как грозовое небо. Он поклонился леди Э, изящным жестом смел с ее руки огненный шар и поцеловал тыльную сторону ладони, потом повернулся ко мне. Запястье пронзило острой болью, я вскрикнула и схватилась за руку. Моя брачная татуировка налилась огнем, золотым рисунком обвивая запястье, мгновение — и засиял зеленый завиток, потом черный, рисунок приобрел яркость и объем, но голубой так и не появился…

— Орлей мертв. — Голос Августа звучал как всегда спокойно. — И я уверен, что его сила влилась в Адель, это и был подарок. Ведьмочка, происходило что-то необычное?

— Да, я светилась, и был прилив энергии, это было здорово, — выпалила я, чувствуя, как сердце каменеет. — Герцог мертв? Но этого не может быть! Еще вчера…

Горло сдавило, и на глаза накатили слезы, но я не дала им пролиться. Не время! Может, это ошибка?

— Еще вчера энрикан показывал, что Орлей жив, — закончила за меня леди Э, а потом повернулась к сыну. — Ты! — Она гневно свела брови. — Ты понимаешь, что твоя нерешительность подвергает девочку опасности? Твой кулон может обмануть только несведущих дилетантов, но не нас с Августом!

— О чем вы? — Я попыталась выбраться из защитного кокона, но не преуспела. Зло пнула его ногой. — Между прочим, я здесь!

— Даже в этой крепости она подвергается опасности. Ты выяснил, кто хотел отравить Адель? — добавил Август, не обращая внимания на мой вопрос. — Эта твоя рыжая горничная?

— Она мертва. — Голос Ардена звучал глухо и безжизненно. — Я не успел ее допросить, она отравилась тем же ядом.

— Ментальное внушение, — кивнул своим мыслям эльф. — Почему я не удивлен?

— Потому что мой сын считает себя самым умным! — припечатала леди Э. — Вместо того, чтобы консуммировать брак и дать девочке полную защиту, он играет в обиженного подростка!

— Эй! — Нет, это ни в какие рамки! — Мы с Арденом решили не спешить, потому что я еще не готова!

— Я же говорил, она неправильная ведьма, а ты мне не верила, — вздохнул Август и голосом, каким разговаривают с детьми или больными, продолжил, обращаясь уже ко мне. — Появился некто очень сильный, умный и хитрый. И он проводит ритуалы, забирая магическую силу. Началось это, когда грайи объявили о приходе лунной колдуньи, тогда погибло несколько человек, потом моя жена, а она была очень сильным магом, сутки назад пропал Орлей, а сегодня он был убит. Неизвестный маг собирает силу и аккумулирует ее… в тебе, Адель. Я это заподозрил, когда Эрина смогла установить между вами эмоциональную связь.

— Да ну! Меня не было в мире, когда погибла мать Эрины. Или была? Но я ничего не заметила, — растерянно затихла я. — Поэтому я маг-универсал? Потому что во мне сила других магов?

— Не могу пока сказать, — качнул головой Август. — Но я об этом думаю.

— И ментальное воздействие было от него, а не от жрецов?

— А разве мы можем утверждать, что наш враг не жрец? — вкрадчиво спросила леди Э. — Тебе нужно научиться защищаться, но пока ты бессильна, потому что мой сын не может сделать простое движение бедрами! В тебе огромный потенциал, приправленный чужой силой, но ты не можешь пользоваться даже крупицами!

— Но это не все, ученица. — Август покосился на ведьмака и подмигнул мне. — Мы думаем, что девственница — более ценный сосуд для неизвестного, чем ведьма, вошедшая в полную силу.

— Вы — это кто?

— Все мы.

— И ты тоже? — Я повернулась к мужу. — И ты ничего мне не сказал?

— Я обещал на тебя не давить, Адель.

Да, обещал. И свое обещание держит.

— И когда ты собирался мне рассказать?

Я сложила руки на груди и вздернула подбородок.

— Когда тебя распяли бы на ритуальном камне! — Леди Э выступила вперед. — Все! Я забираю Адель к себе, и поверь, в моем мире любой мужчина сочтет за честь привести ведьму к силе!

— Это и я могу сделать, — ревниво перебил демоницу эльф. — В конце концов, от этого зависит ее жизнь.

Ведьмак сжал кулаки, его глаза полыхнули алым, а за спиной поднялись два огромных огненных крыла, сам он стал выше ростом, шире в плечах, лицо заострилось, приобретая рубленые черты.

— Адель — моя жена, — рявкнул он, и я от неожиданности присела, так страшно он сейчас выглядел.

— В это трудно поверить, — ехидно сообщила леди Э, ни грамма не устрашившись вида сыночка. — Встретимся!

Она махнула руками, и последнее, что я увидела, это перекошенное гневом лицо Ардена и ошарашенная физиономия Августа, затем вокруг потемнело, а когда стало светло, мы оказались в богато убранной комнате.

— Добро пожаловать ко мне в гости, невестка. — Леди Э широко улыбнулась. — Посмотрим, насколько хватит терпения у моего упертого сынули.

Я никогда не видела такого необычного и одновременно прекрасного места. Комната, в которую перенесла нас демоница, меньше всего походила на жилое помещение. Я подтянула сползающее полотенце и сделала нерешительный шаг, ноги шли по низкому неровному пламени, оно застилало пол, как ворсистый ковер, и не обжигало, а приятно грело босые ступни. По мере моего продвижения открывались все новые детали интерьера: стены, затянутые алым и черным шелком, тяжелая кованая мебель с разнообразными подушками, больше подходящая для сада, чем для дома, маленький бассейн с фонтаном, напольная ваза, полная странных шипастых шаров разнообразной расцветки, от ультрамарина до иссиня-черного. Все вместе смотрелось потрясающе, о чем я громко сообщила.

— Твоя одежда. — Леди Э с довольной улыбкой вынырнула из тумана. — Одевайся, и будем завтракать. Или ужинать… — Она подошла к окну и отдернула штору, за высоким арочным окном была непроглядная ночь. — О, как раз время завтрака.

— Завтрака?

Она шутит? Да на улице ночь!

— Утро, Адель, — тихо ответила демоница. — Ты просто не можешь это увидеть. Знаешь… — Она обхватила узкие плечи руками. — Наш мир очень странный, но я его люблю и никогда не смогла бы покинуть навсегда. Ты себе не представляешь, какую боль я испытывала на протяжении многих лет, зная, что никогда не смогу привести в этот дом сына, что он растет в одиночестве вдали от меня, что он страдает без матери. Александр сделал все, чтобы нас разлучить, он надеялся, что я вернусь ради Ардена…

— Но почему? — вырвалось у меня.

— Здесь место моей силы, мой источник, мой мир и моя судьба. Но теперь все изменилось! — Она стремительно повернулась в мою сторону. — Больше это место никогда не будет одиноко, у меня теперь есть вы! Ты и Эрина. Я всегда молила Ра о дочери, а теперь вас двое.

— А Арден здесь никогда не бывал?

— В этом мире мужчины могут находиться только несколько часов, потом они вынуждены уйти или…

— Или?

— Или стать рабами.

— Демониц?

Ничего себе законы!

— Нет, — улыбнулась лучшая в мире свекровь. — Рабами этого мира. Здешний воздух сводит их с ума, они не могут им надышаться, им все время мало. Эйфория, состояние блаженства, вечный оргазм… Никто этого не может выдержать долго.

— И как вы справляетесь? Ну… дети там, прочее?

— Прекрасно справляемся, — рассмеялась леди Э. — Мы умеем ходить по мирам, а кому лень, тот пользуется услугами «Домов страсти», там магия на очищение воздуха, но все равно мальчики меняются каждые шесть часов. И запись к ним на месяц вперед.

— Ого, — только и смогла пробормотать я.

— Ты сама все увидишь! После завтрака направимся в одно элитное заведение.

— Зачем?

Я поискала взглядом белье, но ничего похожего не обнаружила. Пришлось натягивать платье на голое тело, все же лучше, чем гулять в полотенце.

— Затем, что Арден моментально почувствует, что рядом с тобой мужчина, и прискачет спасать любимую из лап развратника, — довольно осматривая меня, сообщила леди Э. — Выглядишь потрясающе! А еще я рассчитываю, что Август тоже не останется в стороне. Знаешь, в чем слабость сильных мужчин?

Она взмахнула рукой, и прямо из стены появился сервированный стол.

— В чем же?

— В нас, в женщинах!

Когда мы чинно сели за стол и не менее чинно выпили по глотку белого вина и приступили к завтраку, состоящему из морепродуктов, я не выдержала.

— Леди Э, вы не хотите мне ничего рассказать?

— Устала от того, что эти умники играют в молчанку? Я их понимаю, ты юная, невинная, неискушенная, тебя хочется оберегать от любой напасти. Мой сын не исключение, как любой сильный маг, он уверен, что справится. Но я точно знаю, как бесит неизвестность. Мы вчера обсудили эту тему с Августом… Кстати, дорогуша, что у тебя с эльфом?

— Ничего, если вы имеете в виду личные отношения! Он мой наставник, и я его обожаю.

— Но твое обожание не распространяется на его тело?

— Только эстетическое восхищение!

— Отличная новость, а то, знаешь, не хотелось бы бороться с собственной невесткой за внимание интересного мужчины.

Я чуть не подавилась от этого заявления, а демоница спокойно продолжила:

— Орлей пропал сразу после того, как расстался с тобой. Он не появился дома, не пришел на встречу с матушкой Эмили и просто исчез, испарился… Арден был уверен, что герцог мертв, но твой энрикен утверждал обратное. И вот сегодня Орлей умер. Собрать силу смерти, магическую силу и передать ее другому магу, запечатать, как в сосуде, подвластно лишь очень сильному некроманту. Скорее всего, мертвому некроманту…

Я некоторое время переваривала услышанное, а потом все же задала мучающий меня вопрос.

— Орлея убил тот, кто ранил Ардена?

— Возможно.

— Но он живет в Зоне, как туда попал герцог Орлей?

— Август считает, что его предали храмовники. Они с Арденом уверены, что кто-то из высших жрецов в сговоре с некромантом. Эльф сегодня собирался поработать в библиотеке, может, удастся найти описание темного ритуала по передаче силы.

— Но причем здесь я? Зачем собирать силу в ведьме, которая еще не раскрыла свой потенциал?

— Может быть, именно поэтому? Тот, кто это делает, очень хорошо тебя изучил, девочка, он точно знает, что ты не отдашься за красивые слова или по приказу, что тебе нужны чувства, и что у тебя есть принципы. Он уверен, что ты дашь ему время подготовиться.

Он действительно хорошо меня знает.

— К чему?

— Не знаю, Адель. — Леди Э грациозно поднялась одним слитным движением, будто ее тело было лишено костей. — Феликс тебе рассказал, как появилась Зона?

Я кивнула.

— Он всем призванным колдуньям рассказывает разные истории, но смысл их сводится к одному: скверну принесли пришлые колдуны, и удержать ее в рамках могут тоже только они. Точнее, наша кровь, отравленная воздухом чужих миров.

— Ну, мне он рассказывал более техногенную версию.

— Ты пришла из мира, где магии нет, для тебя адаптированный вариант, — усмехнулась свекровь. — Я не очень верю фениксу, он играет в свою игру и тоже многое не договаривает, поэтому я провела свое небольшое расследование. И знаешь, что?

— Что?

— Нас призывают из грязных миров. В моем мире нет солнца, и воздух отравлен опасными смесями. В мире, из которого пришла королева Соула, каждые три года выпадает желтый дождь, после которого гибнут все растения, а у тех людей, кто не успевает спрятаться в убежище, рождаются уродцы. Королева Танзани жила в ледяном мире, где постоянно извергаются вулканы, а люди нечасто доживают до пятидесяти лет… А что не так в твоем мире, Адель?

Все не так. Грязный воздух, свалки мусора, ядерные отходы, умирающий океан и… Чернобыль.

— У нас радиация. Но… это было несколько десятков лет назад.

Я понимала, что версия леди Э верная, но у меня просто не хватало знаний, чтобы объяснить демонице, что такое радиация.

— У нас отравленная кровь, и именно она, когда сливается с такой же отравленной кровью, дает сильное потомство.

— Не научно, но вполне допустимо, — с умным видом закончила я и поднялась. — Предлагаю самим поймать этого мага и накостылять ему по шее!

— Нет, мы оставим войну мужчинам, — мелодично рассмеялась леди Э. — У них в руках власть, армия и возможности. Не будем портить им развлечение.

— А та тень, что была в ванной? — Я поежилась, вспоминая, как Пушистик пеленал визжащую тьму. — Это и был тот самый некромант?

— Нет, милая, это его слуга. Фантом, слепленный из остатков темной души. Гадкая вещица.

— Но как он проник в замок?

— А вот этот вопрос не ко мне, думаю, Арден разберется. Ты веришь мужу?

Верю ли я ведьмаку? Сложный вопрос, на который я не готова дать ответ.

— Ладно, спрошу по-другому? — Леди Э встала напротив. — Любишь ли ты своего мужа, Адель?

Еще сложнее, и ответа у меня тоже нет.

— Он мне очень нравится, — честно ответила я.

У меня от его поцелуев ноги подкашиваются, мне хочется его касаться, мне интересно с ним разговаривать, мне нравится его рассматривать… Но я не знаю, любовь ли это?

Леди Э довольно улыбнулась.

— Что же, через час мы узнаем, любит ли он тебя.

— А может, не надо? — Что-то мне стало страшно, хотя и жутко любопытно. — А вдруг он не придет?

— Значит, лишишься девственности с очаровательным опытным мужчиной.

— А как это, обрести силу?

— У всех по-разному, но ты сразу почувствуешь.

Я представила себя сияющим воздушным шариком, вот я отрываюсь от пола и лечу, размахивая руками, а Арден пытается ухватить меня за ноги, подпрыгивает и промахивается, меня подхватывает знакомый ветерок и уносит ввысь…

Жуткая картинка!

Я думала, мы пройдем по улицам странного города, укутанного вечной тьмой, но оказалось, что здесь не принято бродить по улицам. В каждом доме есть портал, ведущий на залитые светом станции, откуда во все стороны разъезжались небольшие, сияющие серебряными боками вагончики. Мы с леди Э вошли в один из них и спустя несколько минут вышли на точно такой же станции, с которой началось наше путешествие. Народу было немного, свекровь пояснила это ранним утром, но мне все равно хватило впечатлений. Все женщины, которых мы встречали, были молоды и красивы. Черноволосые, бледные, с огромными темными глазами, в строгих костюмах и элегантных шляпках.

— Спешат на работу, — пояснила леди Э, направляясь к высокой белой двери. — Здесь неподалеку деловой центр. Нам же в развлекательный квартал.

Она опустила монетку в прорезь, и дверь открылась.

А ничего, что сейчас утро? Я поспешила за ней, громко цокая по мраморному полу острыми каблучками. Туфли, как и платье, леди Э подобрала мне из своего гардероба. Черное облегающее платье и красные туфли…

Чувствую себя роковой красавицей, и хочется, чтобы Арден все же пришел за мной до того, как я решусь выбрать себе мужчину… А я решусь?

— Сомневаюсь, — пробормотала себе под нос.

— Добро пожаловать, милая Э!

У очередной белой двери нас встречала величавая женщина в строгом темно-красном костюме, отороченном мехом. Высокая прическа, абсолютно черные глаза, белоснежные зубы за алыми губами. Красивая, но какая-то холодная.

— Я скучала, — томно протянула она, дотрагиваясь кончиками пальцев до руки леди Э.

— Я тоже, мама. Познакомься, это жена Ардена.

— Милая… — Меня осмотрели и погладили по щеке. — Может быть, я сегодня увижу и внука?

— А кто сейчас работает?

— Эмиль, Грант и Лорен. Все твои любимцы.

— Мы возьмем Эмиля, он опытен, умел и знает, как себя вести с юными ведьмочками.

Леди Э ухватила меня за руку, точно почувствовала, что я собираюсь сбежать, и дверь перед нами распахнулась под тихую приятную мелодию.

— Девственница для Эмиля! — прозвучал механический голос под сводами огромного зала, заставленного мягкой мебелью.

К щекам прилила кровь, я дернула руку и оглянулась. Если сейчас рвану назад, пока дверь за нашими спинами не захлопнулась, то успею проскочить в щель.

— Тихо, — рассмеялась леди Э. — Не торопись, ты ведь его еще не видела. А вот это нужно снять.

Она протянула руку и аккуратно расстегнула цепочку, на которой висел подарок Ардена — рубиновый кулон-капелька.

— Он что-то означает?

— Такие кулоны маги дарят своим избранницам после проведения обряда консуммации. А еще это следилка, — хитро улыбнулась она. — Засечем время?

— Леди Э, я одно понять не могу! — Я села в мягкое белое кресло и вытянула ноги. — К чему все эти ухищрения, шантаж, похищения, зачем вы лезете в наши с Арденом отношения, какого черта вы вообще указываете, как нам жить? С кем спать и как себя вести?

Я разозлилась. В конце концов, это наши дела, и мы сами решим, как жить дальше, сами разберемся в своих чувствах!

— Молодец! — довольно хлопнула в ладоши демоница. — А я все думала, когда же ты покажешь зубки? Не волнуйся, никто не будет лезть в вашу жизнь. Просто… я хочу, чтобы мой сын наконец понял, кто ему нужен на самом деле, и прекратил вести себя как ребенок. Это испытание не для тебя, это для Ардена. Он полудемон, в нем течет моя сила, сила этого мира. А он ни разу не захотел сюда прийти… — Она села рядом. — Я боюсь за него, но упрямый мальчишка не хочет прильнуть к нашему семейному источнику. А ведь это может спасти его. Прости, что не рассказала тебе сразу.

— Я понимаю.

— Ты очень юная, Адель, иногда наивная, иногда осторожная или безрассудная. Но при этом в тебе есть стальной стержень, поэтому тобой очень трудно манипулировать, — улыбнулась свекровь. — А вот и Эмиль. Скажи, он прелесть?

Я подняла взгляд и замерла.

— Вау!

Леди Э с улыбкой протянула руку для поцелуя.

— Адель, милая, познакомься с Эмилем, он лучший специалист по девственницам.

Я залилась жгучим румянцем под восхищенным взглядом опустившегося на одно колено мужчины. Я была уверена, что после эльфа меня ничем нельзя удивить, но как же ошибалась!

А посмотреть было на что, такого я еще не видела. У высокого подвижного Эмиля оказались голубые короткие волосы, огромные синие глаза и загнутые назад витые рожки, а еще у него был хвост… длинный гладкий хвост, украшенный кольцами, и в настоящий момент он гладил меня по ноге, подбираясь все выше к коленкам.

Ощущения, скажу вам, непередаваемые, словно меня щекотали сразу несколькими перышками: щекотно, и приятно, и очень возбуждающе, но … это был не мой мужчина, поэтому я отодвинулась и одернула платье, вспомнив, что под ним у меня ничего не надето!

— Я рад, что выбор пал на мою скромную персону, — промурлыкал Эмиль и наградил меня таким жарким «благодарным» взглядом, что я покраснела еще больше.

Нет, следует издать закон, запрещающий таким мужчинам появляться в обществе невинных дев в одних только облегающих штанах! Ах да, я и забыла, что это за заведение и зачем мы сюда пришли, пришлось взять либидо в руки, а точнее, загнать его в кому и перестать глазеть на этого продажного типа, тем более что я твердо решила не поддаваться на провокации свекрови.

Не хочу я свой первый раз покупать за деньги, да еще и с незнакомцем, не для этого я почти год отказывала Сашке, я хочу, чтобы это было правильно и с тем, кого я люблю. Жила я без силы это время, проживу еще месяц… Да, да, я знаю, что носиться с девственностью — смешно и глупо, но и смысла не вижу ради призрачных преференций отдаваться первому встречному, пусть я кажусь кому-то глупой, но это мое ощущение, мое решение и мой выбор!

— Адель, ты нас слышишь?

Леди Э откровенно гладила Эмиля по обнаженным плечам, и я почувствовала себя крайне неуютно. Все же неприятно находиться рядом с парочкой, которая вообще не стесняется обнажить свою страсть.

— Я хочу отсюда уйти.

— Конечно, я проведу. — Эмиль легко поднялся и с доброжелательной улыбкой протянул мне руку. — Доверьтесь мне, леди Адель.

Я бросила на свекровь вопросительный взгляд, она ободряюще улыбнулась и кивнула, а потом заговорщицки подмигнула, косясь на дверь, из-за которой слышался шум.

— Вы приняты без испытательного срока! Сейчас сделаете необходимые прививки и завтра приступаете к работе! — слышался довольный голос бабушки Ардена, а когда Эмиль закрывал за нашими спинами двери, клянусь, я услышала вкрадчивый голос Августа:

— Неужели даже пробу не снимешь, красавица?

— Где она?

А вот этот хрипловатый низкий голос, от которого у меня побежали по телу мурашки, ни с чем спутать было невозможно…

— Клиентка? Она выбрала Эмиля, но, думаю, вы тоже будете пользоваться спросом у наших дам. Я сейчас же начну запись на первый месяц!

Я хотела остановиться, чтобы послушать, но Эмиль безжалостно захлопнул дверь, и мы оказались в шикарно обставленной спальне. По-моему, парень перепутал и вместо выхода привел меня на свое рабочее место.

— Эмиль, ты неверно меня понял… — начала я.

— Леди моя…

Его хвост опять метнулся к моим ногам, в то время как руки потянулись к витому шнуру на тяжелой бархатной шторе, но я была готова и быстро отступила к столику, на котором стояли напитки и ваза с ярко-желтыми фруктами.

— Я всего лишь хотел показать, где находится комната релаксации, чтобы вы могли освежиться перед массажем. Леди Э говорила, что я прекрасно делаю расслабляющий массаж…

Он дернул за шнур, и штора бесшумно отъехала в сторону, открывая великолепную ванную. Нет, назвать это место ванной все же было неправильно. Мраморная лежанка, от которой поднимался легкий пар, обрамляла кристально чистую купель, вода в ней даже на вид казалась холодной, а кусочки льда, плавающие на поверхности, только подтверждали это предположение. Огромная ванная, очень похожая на современную джакузи, соседствовала с душевой кабиной такого размера, что в ней можно было уместиться вчетвером, не запотевающие зеркала вдоль стен, пушистые простыни и даже бочка с горячей водой и возле нее деревянная лесенка, чтобы было удобнее подниматься.

В другое время я, наверное, осталась бы здесь на сутки, но не сейчас и не в этой компании. Хотя, если верить моему слуху, компания у меня могла смениться в любой момент. Я улыбнулась и непроизвольно прикусила нижнюю губу, представив на мгновение обнаженного Ардена и как бы это могло быть…

Эмиль, видно, воспринял мою улыбку совершенно неправильно, потому что взгляд его синих глаз потемнел и стал откровенно призывным. Так, пора валить! — Эмиль… — Я мило и застенчиво улыбнулась. — Не принес бы ты перекусить? Фрукты — это здорово, но хочется чего-то более грубого… — Конечно, моя леди.

Он поцеловал мне руку, и я даже не стала ее выдергивать, хотя мне и хотелось. Когда мужчина бесшумно выскользнул из комнаты, наградив меня на прощание еще одним жарким взглядом, я прильнула ухом к двери, мне было безумно интересно, что же происходит по ту сторону? Правда ли здесь Август и Арден или у меня галлюцинации? Вдруг местный воздух вреден не только для мужчин? Я нажала на дверную ручку, чтобы выйти, и рухнула вперед, когда дверь резко распахнулась без моего участия, а я оказалась в мужских объятиях. — Моя леди так желала мужчину, что сбежала из дому? — проворковали мне на ухо со сдержанной яростью. — Я готов осуществить любые твои самые тайные и извращенные желания, моя маленькая госпожа. И, заметь, я не возьму за это ни копейки! Ой, мамочки, Арден, похоже, все-таки разозлился. Леди Э добилась своего, но мне что делать в этой ситуации? — Расслабься и получи удовольствие. — Муж явно читал мои мысли, а может, у меня на лице все было написано. — Хвоста у меня, правда, нет, рогами еще, надеюсь, не обзавелся, но если меня очень разозлить… — То что? — пискнула я и подняла голову, опаленная темным желанием, горящим в глазах Ардена. — То могут появиться. И он подхватил меня на руки, ногой захлопывая дверь за спиной. — Попалась, Адель. — Не надо? — тихо и неубедительно попросила я, понимая, что действительно попалась, причем окончательно и бесповоротно. От прикосновений мужа, от рычаще-бархатных ноток в его голосе по всему телу разливалась горячая истома, и протестовать совсем-совсем не хотелось. А хотелось совершенно иного. И я сделала именно то, чего хотелось, и о чем я, возможно, пожалею. Когда-нибудь потом. Я закинула руку ему на шею, зарывшись пальцами в густые шелковые волосы, и… Больше я ничего сделать не успела. Арден с тихим то ли рыком, то ли стоном впился в мои губы, жадно сминая, проникая в мой рот языком, сжимая меня в объятиях так властно и сладко, что все мысли напрочь вылетели из головы. — Я остановлюсь, если ты скажешь. Я хотела сказать, чтобы он не останавливался, но лишь судорожно втянула воздух, выгибаясь в его руках. Даже не успела понять, как оказалась на постели, а Арден — надо мной, на мне, прижимая всем телом, словно боялся, что я сбегу. От его губ, ласкающих мою шею, по телу разбегались волны щекотных горячих мурашек. Внизу живота потяжелело, а кожа стала невероятно чувствительной. Особенно там, где ее касался он. Руками. Губами. Дыханием. Я вскрикнула, когда Арден прикусил нежную кожу на ключице. Не то чтобы от боли, скорее от неожиданного удовольствия. А он — вздрогнул, приподнялся на локтях и заглянул в глаза темным, пьяным и почему-то растерянным взглядом, в котором я отчетливо прочла невысказанный вопрос. — М… мне нравится, — шепнула я, смущаясь.

Не останавливайся, пожалуйста, пока моя решимость не сбежала вместе с остатками разума. — Не бойся, моя маленькая. Тебе не будет больно. Больно? Глупости какие… я… мне хочется еще, ну же!.. — Я не боюсь, — храбро заявила я, жадно разглядывая мужа. Совсем близко. Так близко, что ясно были видны огненные крапинки в его глазах и крохотный шрам на левой брови. Не удержавшись, я потрогала его, провела пальцем по напряженной скуле Ардена — и опять больше ничего не успела. Он снова поцеловал меня, на этот раз нежно, невыносимо нежно, лаская губы своими так медленно и дразняще, что я невольно застонала. И совсем не поняла, как мои руки оказались на его плечах, слепо шаря в поисках… в поисках чего? Он снова отстранился, оставив во мне ощущение холода и пустоты, которое не мог бы заполнить никто, кроме этого невыносимого ведьмака. И рванул с себя сорочку, рассыпав по полу пуговицы и дав, наконец, моим рукам именно то, что они искали. Горячую шелковистую кожу, покрытую черными графическими рисунками. Как же это красиво! Теперь наступила его очередь стонать от моих прикосновений. И это было возбуждающе прекрасно! Арден рвано дышал, вздрагивал и вжимался в меня бедрами, удерживаясь надо мной на локтях, чтобы не придавить, и неотрывно смотрел в глаза. А я тонула в нем, в его страсти и желании, в том тайном и запретном… — Не думай об этом, Адель, — шепнул он, когда я залилась жаром смущения и отвела взгляд. — А о чем мне думать? — спросила я жалобно. — Ни о чем не думай, — велел Арден и добавил: — Смотри на меня. Я послушалась, словно завороженная. Я бы сейчас, наверное, в окно выпрыгнула, если бы этот мужчина сказал. Без сомнений. Без размышлений. Просто… просто потому, что он так хочет. А я… я — для него. — Я… Арден… И опять я не успела ничего сказать, даже подумать не успела. На этот раз он рванул мое платье, тихо выругался на застежки, но справился. Кажется, платье после этого придется выкинуть, а и тьма с ним! За восторг, с которым Арден смотрел на меня, за нежность и благоговение, с которым он изучал губами обнажившиеся плечи и грудь, я бы отдала десять, сто платьев! Что угодно бы отдала! И за то темное пламя, что разгоралось во мне, требовало быть к нему ближе, еще ближе, довериться ему, отдаться на его милость… Я не заметила, как юбка оказалась задрана, лишь на мгновение ощутила прикосновение прохладного воздуха к самым потаенным местам моего тела. Невольно попыталась прикрыться, но Арден перехватил мои руки, завел их наверх и медленно, вдумчиво меня поцеловал. Так поцеловал, что я опять забыла обо всем на свете, кроме моего мужа — его тепла, его силы, его желания. И моего желания принадлежать ему безраздельно. А когда он замер на миг и попытался отстраниться — подалась за ним, к нему навстречу… И вскрикнула от короткой боли, тут же сменившейся странным ощущением правильности. — Я люблю тебя, моя ведьмочка, — словно чужим, непослушным голосом шепнул Арден и медленно-медленно двинулся вперед, растягивая и заполняя меня собой. — Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. И снова я не смогла ответить, просто дыхания не хватило. Вместо ответа я притянула его к себе ближе, совсем близко, ощущая всем телом его напряженное тело, его неровное дыхание, его стремление и жажду. И он двинулся, рождая внутри меня целый пожар странных, непривычных, но таких сладких ощущений! И с каждым его движением пожар разгорался все ярче и ярче, и мне кажется, я плакала и шептала его имя, словно только он мог спасти меня, а потом… Мне показалось, что я взлетела под облака и упала, и падаю, падаю, что мы падаем вместе с Арденом, а может быть, летим, и нет на свете ничего крепче и надежнее его объятий… Я тихонько вздохнула и уткнулась носом в плечо мужа, теперь уже моего настоящего мужа. — Арракруар шиос, — шепнул он мне в макушку. — Моя любимая ведьма. — Мой любимый ведьмак… — И я тоже поцеловала горячую кожу. — Нам пора? Тебе не опасно здесь находиться? — Я ведь полудемон, продержусь еще пару часов. Но даже если бы мне грозило безумие, я бы ни на секунду не пожалел, что пришел за тобой. — Ревновал? — спросила я кокетливо. — Ты не представляешь — как.