Дмитрий являлся достопримечательностью общегородского масштаба.

Все знали, что еще на заре перестройки этот длинноволосый, похожий на индейца парень в косухе зарегистрировал первую в стране официальную троцкистскую организацию и что без его участия не обходилась ни одна радикальная тусовка. Это не мешало Диме сделать офигительную журналистскую карьеру, стать примерным отцом двоих сыновей и получить степень чуть ли не доктора наук.

На тот момент Дмитрий писал для серьезного столичного издания. Вернее, издание было серьезным до того, как он начал для него писать. Как-то, откопав в газете бесплатных объявлений рекламу садомазо-салона, Дима пришел к редактору и попросил денег.

Редактор не понял и переспросил: зачем это ему деньги?

— Пойду в садомазо-салон.

— В садомазо-салон?

— Да. Проведу расследование методом погружения.

— В садомазо-салоне? Что ты будешь там расследовать?

— Как вы не понимаете?! Садомазохизм является важным фактором городской жизни! Нашему изданию очень повезло, что именно я первым наткнулся на его рекламу. Нужно спешить, пока материалы об этом заведении не появились в изданиях-конкурентах! Представьте, насколько подобные материалы поднимут рейтинг нашего издания!

Обалдевший, запутавшийся редактор представил, что за материал будет сдан ему Дмитрием, и заранее вспотел. Но денег все-таки дал.

Дмитрий был профессионал своего ремесла. Ни в какой садомазо-салон идти он не собирался, а вместо этого пригласил меня попить алкоголя в «Манхэттене».

Клуб «Манхэттен» в том сезоне считался наиболее модным в городе. Он принадлежал довольно известному кинорежиссеру, и каждый вечер там давала концерт какая-нибудь знаменитость.

Денег под сенсационный материал удалось выбить немного, но нам хватило. Помню, как, шатаясь, держась друг за друга, мы вышли из клуба на ночную набережную, а за нами бежал чумазый беспризорник, клянчивший:

— Дя-адиньки, денег да-айте!

Денег уже не было. Беспризорнику было велено идти на фиг. Обидевшись, мальчик сгреб с тротуара крохи недавно выпавшего первого снега, слепил снежок и кинул в нашу сторону.

Дмитрий на секунду замер, потом прокричал воинственное междометие и рванул за мальчишкой. Чуть не упал, заблудился и вскоре вернулся ко мне.

— Ты видел?! Нет, ты видел?!

— Чего ты так завелся-то? Ну, мальчик… ну, слепил снежок…

— Ты видел, что он слепил?

— Да какая разница, что он слепил?

— Он слепил фигурку!

— И чего?

— Да это же культ вуду!