В четыре тридцать Бэнкрофт был вновь в конторе Мейсона.

— Вот, — сказал он, — карта, на которой показано точное расположение яхты в момент, когда моя жена прыгнула за борт. Здесь вот — причал. А здесь — топливный причал. Примерно в 30–40 футах от него якорь за что-то зацепился. Яхту немного толкнуло в сторону, а затем она поплыла.' Был прилик Именно в э^от момент Филлис прыгнула в воду…

— В какую сторону? — спросил Мейсон.

— В сторону причала.

— Хорошо. Теперь запомните следующее: она не должна отвечать ни на какие вопросы. Она должна заявить, что на них ответит ее адвокат.

— Вот именно об этом я и хотел поговорить с вами, — заметил Бэнкрофт. — Как пишут газеты, это худший способ получить поддержку общественности. Это наводит каждого на мысль, что она виновна.

— Знаю. Журналистам платят за то, что они пишут и публикуют. Ради этого они используют любые аргументы.

— Но они логичны, Мейсон.

— Безусловно. Нельзя спорить с логикой.

— Тогда непонятно, почему сейчас она должна молчать?

— Потому что, — подчеркнул адвокат, — если мы не будем осторожны, ей придется столкнуться с очень неприятной комбинацией фактов. Не забывайте, что сторож яхт-клуба собирается давать показания, согласно которым ваша жена вечером в день убийства приехала на пристань с Уилмером Джилли и вместе с ним поднялась на борт яхты!

— Что?! — воскликнул Бэнкрофт.

— Это факт.

— Но он сошел с ума. Это был Ирвин Фордайс!

— А где он сейчас?

— Не знаю, и никто не знает.

— Вот именно, а этот сторож уже опознал Джилли и…

— Он не мог этого сделать, — прервал адвоката Бэнкрофт. — Кого вы имеете в виду? Этого близорукого… как его… Дрю Керби?

— Я не знаю его имени. Он сторож яхт-клуба.

— Тогда это он. Эта старая… Но это непостижимо!

— Может быть, но он дал такие показания. Так что теперь вам с женой придется делать то, что я скажу. Ваша жена должна молчать, пока я ей не разрешу говорить. Возможно, это произойдет при очень драматических обстоятельствах. Затем мы потребуем послать на место происшествия водолазов и найти там сумочку и пистолет.

— Вы думаете… А если течение отнесло их в сторону?

— Не думаю. Течение небольшое, ветра нет и…

— Вы делаете сложный ход.

— Да, — мрачно согласился Мейсон. — Играть нужно так, чтобы это было в наших интересах, и только в наших.

— Хорошо, Мейсон. Полностью полагаюсь на ваш опыт. Более я сделать ничего не могу.

— Да, это верно, — согласился адвокат.