На следующее утро в конторе появился сильно встревоженный и возбужденный Харлоу Бэнкрофт. Казалось, он вот-вот упадет в обморок.

— В чем дело, Бэнкрофт? — спросил Мейсон.

— Моя жена…

— Что с ней?

— То, что я вам расскажу, мистер Мейсон, должно держаться в глубочайшей тайне.

— Безусловно, все сказанное вами не подлежит разглашению.

— Однажды вы заметили, что есть четыре способа расправиться с шантажистами, — продолжал Бэнкрофт. — Помните?

— Да.

— Один из них — убийство вымогателя.

Глаза Мейсона сузились.

— Вы что, хотите сказать, что ваша жена это сделала? — Да.

— Когда?

— Сегодня ночью.

— Где?

— На нашей яхте «Жинеса».

— Кто-нибудь знает об этом? — спросил Мейсон. — Вы звонили в полицию?

— Нет. Боюсь, я сделал огромную ошибку.

— Расскажите мне обо всем, и как можно скорее.

— Моя жена, как вам известно, — начал свой рассказ Бэнкрофт, — вчера была организатором благотворительного вечера. Она просила меня приехать в город, так как опасалась, что вернется очень поздно. А на самом деле произошло следующее… Только прошу вас, Мейсон, все это должно быть между нами.

— Продолжайте, — остановил его Мейсон. — У нас мало времени.

— Видите ли, дело в том, что у Джетсона Блэра есть брат, Карлетон Расмус Блэр, которого считали погибшим, но…

— Мне все это известно, — прервал его Мейсон.

— Хорошо. Карлетон Блэр жил в меблированных комнатах «Аджакс-Делси» под именем Ирвина Виктора Фордайса. У него есть близкий друг Уилмер Джилли, который тоже проживает там. Этот район пользуется плохой репутацией, но всем подонкам общества хорошо известно, что хозяин дома не любопытен и там можно спокойно укрыться. Джилли вышел на свободу почти одновременно с Фордайсом. Они подружились, стали неразлучны. Фордайс считал его своим закадычным другом. Естественно, прочитав в газетах сообщение о помолвке Джетсона Блэра и Розены Эндрюс, он доверился Джилли и рассказал ему о том, что он — рдин из Блэров, так сказать «паршивая овца» в семье, хотя все уверены, что он погиб. Джилли, очевидно, решил воспользоваться этой информацией. Он стал шантажировать Розену и Филлис, мою жену, которая в конце концов заплатила ему тысячу долларов.

— Продолжайте.

— Затем, после сенсации в газетах в связи с найденными деньгами, Джилли попытался вновь выудить деньги у Розены. Она ловко отбрила его, разыграв возмущение нахальством некоего журналиста. Тогда он решил лично встретиться с Филлис.

Затем происходит нечто непонятное. Во всяком случае, Филлис, полагая, что Ирвин Фордайс — главный козырь шантажистов, почему-то решила найти его и выяснить точно, что ему известно. Она разыскала его в «Аджакс-Делси». Фордайс был просто поражен поступком Джилли и уверял, что убьет его. Затем он немного успокоился и заявил ей, что все устроит сам, что ей не нужно больше обращать внимания на всякие письма и угрозы.

Филлис встревожилась. Со слов Джилли ей было известно, что в связи с ограблением станции техобслуживания полиция разыскивает Фордайса, и она представила, что может произойти в результате их встречи. Зная, что не может быть дыма без огня, она предложила ему провести на нашей яхте «Жинеса» неделю или две. По ее мнению, вряд ли кому пришло бы в голову искать его там.

Конечно, Филлис не стоило этого делать, тем более зная, что Фордайса разыскивает полиция.

— Кто сказал ей об этом? — спросил Мейсон.

— Джилли.

— Слово шантажиста, — перебил его адвокат, — ничего не значит.

— Рад, что вы так говорите, потому что это меня немало тревожило.

— Хорошо. Оставим пока в покое Джилли. Что было потом?

— Филлис привезла Фордайса на яхту и уговорила его остаться там. Затем она возвратилась в яхт-клуб, села в машину и отправилась к нашим друзьям, у которых можно занять денег. У них всегда они есть, поскольку они часто выезжают в Лас-Вегас, чтобы сыграть в рулетку. Она попросила у них три тысячи в пятидесяти- и стодолларовых банкнотах.

Вернувшись на яхту с целью отдать эти деньги Фор-дайсу, она, к своему удивлению, обнаружила, что он исчез и что вместо него на яхте находится Джилли.

— Что произошло с Фордайсом? — спросил Мейсон.

— Может быть, он был убит. На судне был только Джилли, поведение которого было явно угрожающим.

— Что потом произошло?

— У Филлис в сумочке был пистолет и три тысячи долларов. Она стала тянуть время. Это долго рассказывать. Короче говоря, поднимаясь на борт яхты, она заметила на ее носу какую-то неясную фигуру, убиравшую якорь. Она подумала, что это Фордайс.

— Разве яхта не была пришвартована?

— Нет. Она стояла на якоре, потому что пристань на ремонте.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Продолжайте.

— Этот человек услышал ее шаги, повернулся в пол-оборота, а затем пошел к рубке. Двигатель был включен, яхта была на плаву. Опускался густой туман, и через несколько секунд он полностью поглотил яхту.

— Но почему яхта была на плаву? — спросил Мейсон.

— Очевидно, что-то произошло, и преступник намеревался скрыть в тумане следы своего преступления. Джилли, вероятно, надеялся добраться до другого берега, а там яхту бросить. Тогда бы Филлис посчитали виновной в исчезновении Фордайса.

— Продолжайте.

— Джилли обвинил ее в обмане, в том, что она сует нос не в свои дела. Слово за слово, и наконец, он потребовал деньги, заявив, что ему известно, что она ездила за ними. Она наотрез отказалась, тогда он стал угрожать ей тем, что без труда в таком тумане выкинет ее за борт.

Именно в этот момент Филлис выхватила пистолет из сумочки и приказала ему поднять руки. Она, конечно, думала, что, как только наставит на него оружие, он сразу же струсит. Он же только выругался и двинулся к ней.

— И тогда? — спросил Мейсон.

— Не забывайте, что якорь еще не был поднят, и возможно, именно в этот момент он за что-то зацепился. Может быть, за бревно, за камень или еще за что-нибудь, но яхту толкнуло, Филлис упала и машинально нажала на курок. Она в упор выстрелила в Джилли, и тот упал замертво.

— Что потом она сделала?

— Она была в панике и бросилась за борт.

— А пистолет? — спросил Мейсон.

— Ей кажется, что пистолет и сумочка были в ее руке, когда она кинулась в воду. Плывя к берегу, она уронила пистолет, а сумочка соскользнула с ее руки.

— Был густой туман. Как же ей удалось увидеть берег?

— Она разглядела слабые огоньки. Проплыв всего несколько футов, она встала и побрела к берегу. Оказалось, что она находится рядом с пристанью, где мы заправляем яхту топливом. Это примерно в ста футах от автостоянки у яхт-клуба. Она, не снимая мокрой одежды, добежала до нее, села в машину и поехала на городскую квартиру.

— Бросив яхту прямо на месте преступления?

— Да.

— С трупом на ней?

— Да.

— Почему она уверена, что Джилли был мертв?

— По ее мнению, это чувствовалось по падению его тела. Кроме того, она выстрелила в упор, прямо в грудь.

— Это точно был Джилли?

— Да, именно он.

— И ей не известно, что произошло с Фордайсом?

— Нет.

— Хорошо, — произнес Мейсон, — все это укладывается в схему: Фордайс доверился Джилли, у которого есть друг — опытный шантажист, известный под кличкой Король Келси… А вот яхта?

— В том-то и дело. Когда появились первые лучи солнца, я отправился на место происшествия. Ее там не оказалось.

— Как? Не оказалось? — воскликнул Мейсон.

Бэнкрофт отрицательно покачал головой.

— Видимо, когда все это произошло, был отлив. Вскоре начался подъем воды, который усиливался с каждой минутой. Очевидно, ночью, во время прилива, яхта вышла и гавань и где-то там села на мель.

— Когда жена рассказала вам обо всем этом?

— Вчера в десять вечера.

— Почему вы не позвонили мне или в полицию?

— У меня не хватило духу звонить в полицию. Я решил дождаться утра, чтобы встретиться с вами. Я не знал, где найти вас, если не считать агентства Дрей-ка и… Черт побери, Мейсон, моя жена была просто в истерике, и, если бы она позвонила в таком состоянии в полицию, все бы рухнуло. В газетах появилась бы вся история Блэров… Боже мой, это же не было убийство, это была самооборона. Я решил взять на себя всю ответственность. Пусть полиция приезжает к нам.

— Будет чертовски трудно вести это дело. Если бы ваша жена сама пошла в полицию, это выглядело бы как самооборона, но к тому времени, когда полиция сама нагрянет к вам, это будет расцениваться как убийство.

— Ну что ж, я принял решение и сделаю это. Когда я уходил, я дал жене снотворное.

— Неужели вы не понимаете, — вновь перебил его Мейсон, — что так или иначе всплывет это дело о шантаже. Ведь сейчас мы имеем дело с убийством!

— Я это знаю, поэтому умоляю вас взять все в свои руки. Вы должны заявить, что сейчас Филлис не в состоянии давать каких бы то ни было объяснений, так как это связано с шантажом.

— Нам придется так сделать, чтобы выиграть время. Еще вчера у нас был выбор, — мрачно продолжал Мейсон. — Сегодня у нас его нет. Сейчас бессмысленно обращаться в полицию. Мы в цейтноте. Нам нужно найти новые факты и, самое главное, яхту.

— Залив еще окутан туманом.

— Что ж, достанем вертолет.

Адвокат повернулся к Делле Стрит.

— Позвони в авиаотдел. Скажи, что нам срочно нужен четырехместный вертолет.

Мейсон взял шляпу.

— Пойдемте, Бэнкрофт.

Адвокат был на пол пути к двери, когда раздался телефонный звонок. Делла вопросительно взглянула на Мейсона, кивнула и взяла трубку.

— Я слушаю, Герти. В чем дело? Кто звонит? Ева Эймори?

Мейсон нахмурился, подошел к телефону, взял трубку и сказал:

— Соедините меня. Я поговорю с ней.

Мгновение спустя он произнес:

— Да, Ева. Это Перри Мейсон. Что случилось?

— Я собираюсь подписать заявление, — произнесла она, — что вся эта история — рекламный трюк, что деньги мне вручил один знакомый, что вместе с ним мы сочинили это письмо и все проделали ради рекламы.

— Вы не сделаете этого, Ева. Это неправда, и вы это знаете.

— Если я подпишу это заявление, я смогу выпутаться из…

— Из чего?

— Из всей этой истории… Короче говоря, из-под давления.

— Вы так не сделаете, какое бы давление на вас ни оказывалось.

— Но мне советуют…

— Кто?

— Ну… люди.

— Они оставили вам это заявление? — спросил Мейсон.

' — Да-

— Тогда делайте следующее, Ева. Я хочу, чтобы вы пришли в контору и сперва поговорили со мной.

— Но они потребовали, чтобы я подписала бумагу до двух часов дня.

— Хорошо. Кто бы это ни был, скажите, что в два часа вы пойдете ко мне в контору и там подпишите это заявление.

— Я не думаю, что эти люди придут к вам.

— Тогда объявите им, что они не получат заявления, что вы сперва должны посоветоваться со мной.

— Не думаю, что это сработает. Они…

— Попытайтесь. Вы сделаете это? — спросил Мейсон.

— Да.

— Обещаете?

— Да.

— Хорошо, — закончил разговор Мейсон и повесил трубку.

— Эти проклятые шантажисты, — заметил он, повернувшись к Бэнкрофту, — повсюду. Если человек достаточно умен, нахален и имеет солидные источники информации… Ну ладно, пойдемте.