— Вы уступите свои права мне, — объяснил я. — Я буду выступать в качестве посредника, если делу будет дан ход.

— Не будет ли это несколько рискованно? А вдруг кто-то захочет задать… определенные вопросы?

— Люди постоянно задают мне вопросы. И я не обязан всякий раз давать исчерпывающие ответы.

— Но вам придется, если эти вопросы начнет задавать полиция.

— Я не обязан сообщать полиции имена своих клиентов.

— Дональд, — сказала она. — Мне кажется, вы удивительно компетентный человек.

— Благодарю вас.

— И вы не хотите узнать, почему я всем этим интересуюсь?

— Черт побери, нет!

Филлис на мгновение вспыхнула, затем рассмеялась и сказала:

— Думаю, я вас поняла. Неведение не грозит неприятностями.

— И то, чего я не знаю, не причинит вам боль.

— А вы не хотите сделать мне больно, правда, Дональд?

— Вы — мой клиент.

— Посидите здесь, — попросила она и вышла в соседнюю с комнатой спальню.

До меня донеслось какое-то шуршание, и вскоре хозяйка квартиры вернулась с пачкой совершенно новых стодолларовых банкнотов.

Сев рядом, она отсчитала сто хрустящих купюр, слегка касаясь рукою моих колен.

— Вот, пожалуйста, Дональд. Ровно десять тысяч. А теперь скажите мне, что будет, если полиция все-таки отыщет машину, которая сбила эту женщину?

— Они попросят ее обратиться в суд.

— Допустим, она обратилась, что дальше?

— Женщину, которая совершила наезд, могут признать виновной на основании доказательств, которыми располагает полиция, но если пострадавшая не подаст заявления, дело могут спустить на тормозах.

— Пока что у них нет улик?

— Они располагают платьем, из которого был вырван клочок материи… да еще, возможно, стеклом от передней фары. Как правило, у них больше не бывает.

— И все же стоит испытать судьбу, не так ли? — спросила она, улыбаясь.

— Наверно, — ответил я.

Потом я поставил бокал на столик и поднялся.

Филлис задумчиво посмотрела на меня:

— Дональд, я думаю, что вы замечательный, совершенно замечательный!

Я усмехнулся и произнес:

— Если я начну доказывать вам противоположное, у нас уйдет на это уйма времени. До свидания, Филлис.

— До свидания, Дональд.