Некоторое время спустя Мейсон говорил по телефону с Деллой Стрит.

— Судья Гудвин сочувствует нашему клиенту, но он непреклонен в отношении вынесенного решения. Он говорит, что Лоринг Карсон — подлец, и только таким способом он может оказать влияние на него. Он надеется, что наш клиент, Моли Иден, поможет ему пропустить Лоринга Карсона через мясорубку.

— А что будете делать вы? — спросила Делла.

— Пока, — сказал Мейсон, — я поеду и осмотрю дом. Я просто хотел предупредить, чтобы ты не ждала меня.

— А это не слишком поздно?

— Что ты хочешь сказать, Делла?

— Бывшая модель в бикини, возможно, уже закончит принимать солнечную ванну.

Мейсон рассмеялся:

— Она, может быть, наденет к тому времени облегающее платье для коктейля.

— Замечательно! — воскликнула Делла Стрит. — Вы будете по-дружески болтать с ней, а коктейль будут подавать через забор из колючей проволоки. Осторожно, не оцарапайтесь.

— Хорошо. Запри контору, Делла, позвони Моли Идену и скажи ему, что я выезжаю.

Придерживаясь плана, оставленного Иденом, Мейсон выехал наконец на дорогу, которая вилась по холмистой равнине и заканчивалась на естественном плато, за которым был выезд в небольшую, освещенную пурпурными лучами заходящего солнца долину.

Дом был длинным и невысоким, украшенным крупной галькой. Он выглядел так, будто построен давно, и хорошо вписывался в окружающую местность.

Участок дороги, прилегающий к дому, был разделен забором из колючей проволоки, закрепленной на бетонном столбе.

Мейсон въехал в левую часть прохода, заметив, что место для стоянки, большая часть которой находится с правой стороны от забора, было почти полностью занято машинами.

Когда Мейсон остановил машину перед широкой полукруглой лестницей, ведущей к передней двери, Моли Иден, который, очевидно, наблюдал за дорогой, открыл дверь и вышел на крыльцо, чтобы встретить адвоката.

— Поверите вы мне или нет, — сказал Иден, — но у нее вечеринка, причем самая отвратительная, какую я только видел.

— А что в ней плохого?

— Там нет ни одного мужчины: просто компания смаз-ливеньких женщин. Судя по их внешнему виду, они модели. Прекрасные фигуры, платья, как змеиная кожа, облегающие тело.

— Они разговаривали с вами?

— Ни слова. Они ждут, что я начну первый, я так полагаю.

— Если вы начнете первый, то попадете в тюрьму, — сказал Мейсон. — Это хорошо подстроенная ловушка. Фактически вы действуете от имени Лоринга Карсона. Следовательно, на вас распространяется постановление суда в отношении его агентов и правопреемников. Если вы вторгнетесь во владения другой стороны, то вы погибли. Именно поэтому Вивьен Карсон пригласила сюда представительниц женского пола. Она надеется, что вы не сможете сдержаться и возьмете инициативу в свои руки, сделаете первый шаг.

— Я тоже так подумал. Действительно, такую пытку нормальный мужчина не может долго терпеть.

— Тогда идите жить в гостиницу.

— Как бы не так! Я буду сражаться с ней, даже если это займет всю зиму. Входите и посмотрите.

Иден открыл дверь. Мейсон вошел в гостиную, прошел через арку дверного проема, который был изолирован от гостиной плотным занавесом, а затем вниз по трем ступенькам в общую комнату. Она была великолепно обставлена и освещена скрытыми светильниками, которые создавали иллюзию мягкого лунного света.

Около трети комнаты было отделено забором из туго натянутой проволоки, который разделял по геометрически прямой линии стену и весь дом. Сверху над забором проходила веревка.

По другую сторону группа женщин, по-видимому забывших о необычности обстановки, пила коктейль и весело болтала, временами их голоса звучали чрезвычайно возбужденно, что говорило о том, что дамы слегка опьянели.

Очевидно, никто не заметил, как Мейсон вошел в комнату, и никто не обратил ни малейшего внимания, что Моли Иден стоял рядом, жестикулируя.

— Вот они.

Загадочно улыбаясь, Мейсон подошел к забору. Он широко расставил ноги, засунув руки в карманы, и стал наблюдать.

Вдруг одна из молодых женщин, с рыжими волосами и сияющими голубыми глазами, увидев Перри Мейсона, остановилась и подошла к забору.

— Кто вы? Уж не Перри ли Мейсон, адвокат?

Мейсон кивнул.

— Боже мой, рада встретить вас здесь! Что вы тут делаете?

— Сейчас я консультирую клиента, — сказал Мейсон. — А теперь позволю себе спросить, что вы делаете здесь?

— Я только что выпила второй коктейль и мечтаю о третьем, — задорно ответила молодая женщина. — Только я должна все хорошо обдумать, потому что едва держусь на ногах.

— А могу я, спросить вас, по какому случаю вечеринка?

— Боже, я не знаю. Вивьен велела нам надеть открытые платья и самые современные модели белья, чтобы мы могли эффектно продемонстрировать его. Кажется, кто-то, связанный с ее бывшим мужем, живет в другой части дома. Нам нужно не выпускать его из виду и докладывать о любых действиях.

— Ну как, пока ничего? — спросил Мейсон.

Она рассмеялась:

— Вечер только начался. Он…

— Элен, что ты делаешь? — В разговор вмешалась высокая блондинка.

Рыжеволосая хихикнула:

— Разговариваю с Перри Мейсоном.

— Я предупреждала тебя, без моего разрешения ничего не предпринимать.

— Иди и займись своими гостями, — возразила рыжеволосая. — Твое предупреждение относится к парню, который связан с твоим бывшим мужем. А это Перри Мейсон, знаменитый адвокат. Ты его узнаешь? Боже, я всегда была его поклонницей. Я даже не могу поверить, что встретила вас, мистер Мейсон.

Мейсон обратился к блондинке:

— Я полагаю, вы — Вивьен Карсон.

Она изучающе посмотрела на него:

— Да. Могу я спросить, что вы делаете здесь?

— Изучаю ситуацию.

— Ах, Элен, ты все испортила. Я…

— Вы расставляли ловушку?

Вдруг ее взгляд смягчился.

— По правде сказать, мистер Мейсон, я… я думаю, мне не в чем признаваться.

— Я просто хотел определиться, — сказал Мейсон. — Я не буду обсуждать с вами какие-либо вопросы без вашего адвоката.

— Я представляю себя сама. Сейчас положение дел таково, что ваш клиент у меня в руках. Хотя в душе я не одобряю своих планов.

— Разве они так плохи? — спросил Мейсон.

— Они ужасны… Я вижу, что ваш клиент медленно ходит поблизости, едва сдерживаясь, чтобы не начать разговор. Помешайте ему.

— Почему? — спросил Мейсон. — Вы уже сделали первый шаг, предложив ему кофе. Помните?

— Конечно, помню. И, между нами говоря, мистер Мейсон, это было частью моего плана. Даже самый стойкий человек не сможет вынести запаха кофе утром. По закону, как я понимаю, инициатива моя. Когда я захочу поговорить с вашим клиентом, я поговорю. Но он не может заговорить со мной или моими гостями. Если он осмелится на большее, чем косой взгляд, я имею полное право обвинить его в неуважении к суду.

— Вы так сильно его ненавидите?

— Я ненавижу мужа и именно таким способом смогу свести с ним счеты и получить все, что мне надо.

Моли Иден подошел к Мейсону:

— Извините, Перри, но я…

— Минутку. — Мейсон сделал ему знак молчать.

— Я подумал, — настаивал Иден, — что раз вы, по-видимому, познакомились, то мне бы хотелось, по крайней мере, присоединиться к вам.

Мейсон делал ему знаки глазами.

— Конечно, вы можете поговорить со мной. Это ваш дом и ваша собственность, и вы можете разговаривать с кем угодно в вашей части дома.

Иден сказал:

— Не могли бы вы передать миссис Карсон, что, пока улаживаются юридические формальности, я хотел бы жить с ней в мире и согласии.

Мейсон повернулся к миссис Карсон и повторил:

— Миссис Карсон, мой клиент хочет заверить вас, что он не испытывает к вам враждебных чувств.

— Передайте, пожалуйста, даме, — воодушевленно продолжал Иден, — что удовольствие, которое испытывает одинокий мужчина, видя такую очаровательную женщину плавающей в бассейне, с избытком компенсирует все неудобства, которые причиняет забор из колючей проволоки. Скажите также, что в любое время, когда ей захочется нырнуть под проволокой и воспользоваться трамплином на моей стороне бассейна, я не буду возражать против этого, а буду только рад.

Вивьен Карсон поглядела на него оценивающим взглядом, затем, резко повернувшись к Перри Мейсону, сказала:

— Я думаю, вам лучше сказать своему клиенту, мистер Мейсон, что любая попытка помириться с врагом будет расцениваться как неуважение к суду.

— Передайте, пожалуйста, — сказал поспешно Иден, — что я не считаю даму своим врагом. Я понимаю, что она пытается сделать, а также отдаю себе отчет, что с ней поступили несправедливо.

Вивьен Карсон уже отходила от них, но вернулась обратно, сделав неожиданный, изящный, как у танцовщицы, жест. Она протянула руку через проволоку и сказала:

— Простите, мистер Иден, вы хороший человек. Я старалась причинить вам как можно больше гадостей, а вы не ответили тем же.

Иден пожал ее руку:

— Благодарю вас, миссис Карсон. Я полагаю, что ничего страшного не произойдет, если я пожму вашу руку на моей стороне.

— Конечно, — улыбаясь, ответила Вивьен, — подчинившись порыву, я испортила лучшую часть сврего плана. Но хочу сказать вам, Моли Иден, что я отомщу моему мужу за все страдания, причиненные мне. И сожалею, что вы оказались на линии огня.

— Надеюсь, — сказал Мейсон, — об этом небольшом' обмене любезностями не будет доложено суду.

— Какой смысл? — сказала Вивьен. — Я сама виновата. Я сделала первый шаг. У вас очень хороший клиент, мистер Мейсон. Но этот забор будет стоять, и я надеюсь, что со временем мистеру Идену все надоест так, что он совершит ужасную вещь.

— С помощью резца?

— Мне безразлично, что он предпримет. Но предупреждаю: все, что он сделает, будет расценено как нарушение постановления суда, и временное перемирие прекратится. Я предупреждаю вас, что любые выпады против моих друзей также будут расцениваться как нарушение постановления суда.

— Довольно сложная ситуация, — сказал Иден. — Теперь я имею некоторое представление о танталовых муках.

— Вы еще не все видели. Подождите… Просто подождите.

— Я переживу это, — пообещал Иден.

— Мой клиент, — сказал серьезно Мейсон, — хочет установить электроорган, который будет играть ночью.,

— Замечательно! — воскликнула Вивьен Карсон; ее глаза вспыхнули. — Потому что я договорилась брать уроки на корнете, а мой учитель играет в оркестре, и он предупредил, что иногда может приходить в неудобное время, и я согласилась.

— Думаю, — сказал Иден, морщась, — было бы хорошо, если бы мы обошлись без музыки, миссис Карсон, и просто постарались бы надоесть друг другу.

— Буду стараться изо всех сил, — пообещала она, снова протягивая ему руку. — Пойдем, Элен.

Элен протянула руку через колючую проволоку:

— Я должна уходить, мистер Мейсон. Было приятно встретить вас.

— Возможно, — ответил он, — мы встретимся снова, когда барьеры не будут такими острыми и не будут так сильно охраняться.

— Я — «за». Возможно, мы могли бы убрать забор вместе.

— Возможно, — согласился Мейсон.

Вивьен Карсон осторожно, но твердо взяла Элен за руку, и они ушли.

Мейсон сказал:

— Судья Гудвин решил, что Лоринг Карсон скрывает свое истинное финансовое положение. Он надеется, что вы возбудите против него дело о мошенничестве и он расколется.

— Неужели мне придется сделать это?

— Думаю, что да.

— Тогда действуйте, — сказал Иден. — Подайте жалобу за весь нанесенный мне ущерб. Накопайте как можно больше.

— Но это будет стоить денег и займет немало времени.

— Сократите время, а деньги у меня есть, так что приступайте к…

Раздался звонок в дверь.

— Кто-то пришел! — удивился Иден.

Мейсон сказал:

— Вам лучше задернуть занавес в проходе, прежде чем открывать дверь.

— Я так и сделаю, но занавес не сможет заглушить звуки, доносящиеся с той стороны дома.

Оставшись один в общей комнате, Мейсон опустился в удобное кресло и стал наблюдать за вечеринкой.

— Итак, девочки, — сказала Вивьен Карсон, — мы сейчас продемонстрируем белье миссис Стерлинг.

Раздался взрыв аплодисментов.

Пожилая женщина, выйдя вперед, сказала:

— Предупреждаю, его будет сложно продать. Сейчас в моде нечто с кружевами, особенное и…

Две девушки вытащили из угла комнаты помост, а затем принесли переносную лестницу. Вивьен Карсон включила верхний свет, который осветил центр комнаты.

Модель по имени Элен вышла вперед и поднялась на помост.

— Внимание, девочки. Я продемонстрирую вам белье, которое сейчас на мне. Думаю, что это достаточно… модное. — Она протянула руку к «молнии» на платье.

Мейсон заметил, как Вивьен Карсон осторожно и незаметно обошла кружок собравшихся и бросила быстрый взгляд за забор.

Мейсон, подойдя к забору, сказал:

— Мне не хотелось бы вас разочаровывать, миссис Карсон, но ваша пташка улетела.

— Что вы хотите сказать?

— Моли Идена нет в доме.

— Моя вечеринка не имеет никакого отношения к нему.

Элен сбросила платье.

Верхний свет высветил ее прекрасную фигуру в облегающей комбинации.

Раздался голос:

— Модель 30-6. Обратите внимание на фестоны по нижнему краю комбинации и…

Из прихожей раздался ясный звук удара и падения.

Мейсон поспешил туда и обнаружил лежащего на полу Идена. Молодой человек атлетического сложения, с лицом искаженным гневом стоял над ним.

Иден бормотал:

— Ну вы… вы… я…

Он попытался подняться на ноги. Человек напрягся.

— Подождите, — сказал Мейсон. — Что здесь происходит?

— Он меня ударил, — сказал Иден.

— И я ударю вас опять, — угрожающе произнес мужчина. — Только встаньте!

Мейсон протиснулся между ними.

— Минутку, — сказал он. — Повторяю вопрос: что здесь происходит?

— Отойдите, — рассердился мужчина, — если не хотите тоже оказаться на полу.

— Хорошо, — невозмутимо ответил Мейсон, — если вы настаиваете, то я могу ответить тем же.

Мужчина оценивающе посмотрел на плечи Мейсона, его лицо и заколебался.

— Да это же адвокат! — воскликнул он. — Вы — Перри Мейсон.

Иден пробормотал, поднимаясь на. ноги:

— Пусть только он попробует меня ударить. Пусть…

Мейсон через плечо бросил Идену:

— Помолчите минутку, Иден. Давайте узнаем, что происходит.

— Я сейчас все расскажу, — сказал Иден. — Он думает, что я — Лоринг Карсон.

— А разве нет?

— Он — Моли Иден, — сказал Мейсон. — А кто вы такой и чего хотите?

— Моли Иден! Но… что он тут делает?

— К вашему сведению, он приобрел эту собственность у Лоринга Карсона. А кто вы и чего хотите?

— Господи, прошу прощения, — стал извиняться мужчина. — Я… я опять не сдержался.

— Думаю, что да, — сказал Мейсон. — А теперь ответьте наконец, что происходит?

— Меня зовут Норберт Дженнингс. Ваш клиент знает меня.

— Я знаю только имя, — возразил Иден.

Мейсон поднял руку:

— Итак, давайте все выясним. Какое отношение име^ ете к этому делу вы, мистер Дженнингс?

— Ваш клиент знает, — раздраженно ответил Дженнингс.

— В своей встречной жалобе Лоринг Карсон назвал его любовником своей жены, — сказал Иден.

— Понимаю.

— Вы ничего не понимаете, — вскинулся Дженнингс. — Он со своим дерьмовым сыщиком опозорил меня.

— Он следил за вами?

— Нрт, за Надин Палмер.

— Это была ошибка, — вмешался Иден. — Карсон полагал, что показал свою жену детективу Легранду Дейтону. Тот перепутал женщин и стал следить за миссис Палмер.

— Вот и вся история, — заключил Дженнингс. — Они испортили мне жизнь.

— История глупая, но ничего страшного не случилось, — подытожил Мейсон.

— Случилось! — вспыхнул Дженнингс. — Они опозорили мое имя.

— О вас писали в газетах?

— Конечно. Я стал скандальной сенсацией года. Надо мной смеются везде: и в клубе, и на площадке для игры в гольф. Дело дошло до того, что я не хочу выходить из дому.

— Муж Надин Палмер?

— У нее нет мужа, она разведена, — сказал Дженнингс. — Конечно, мы были увлечены друг другом. Я встречался с ней в разных местах. Только не осуждайте меня, потому что у меня нет настроения слушать нотации.

— Вы женаты?

— Нет.

— Так почему вы волнуетесь?

— Потому что этот подонок, Карсон, выставил меня на посмешище. То, что меня уличили в любовной связи с женщиной, уже плохо. Но слухи распространились по всему городу, обо мне сплетничают. Это смешная сторона истории, но никто и никогда еще не смог замять смешную историю. Люди смеялись и симпатизировали Надин, но женщины ее типа терпеть не могут сочувствия. Я пришел сюда, чтобы сказать Лорингу Карсону, что он — подлец. Этот человек открыл дверь. Я принял его за Карсона и… не сдержался.

— Вы ударили меня кулаком! Вы… — возмущался Иден.

Дженнингс примирительно поднял руки.

— Прошу прощения, — сказал он. — Раз тут есть адвокат, то установите, какой вред я вам причинил, и я выпишу чек и принесу извинения.

Иден задумался.

— Итак? — подсказал Мейсон.

Иден улыбнулся с сожалением:

— Если вы так ставите вопрос, то мне ничего не нужно. Я вас понимаю. Я больше вашего сердит на Лоринга

Карсона. Когда вы встретите его, то двиньте ему в челюсть и за меня.

— Я обязательно встречу его, — пообещал угрюмо Дженнингс. — Подлец!

— А как насчет Надин Палмер? — спросил Мейсон. — Как она относится ко всей этой истории?

— Не знаю. Каждый раз, когда я звоню ей, она, услышав мой голос, бросает трубку.

— Вы пытались увидеть ее после случившегося? — спросил Мейсон.

— Да, но мы не выходили в общество. Если бы мы только появились там, то каждому репортеру в городе, ведущему рубрику «Слухи», пришлось бы потрудиться, сочиняя скандальные статейки о женщине в зеленом.

— Я могу узнать в общих чертах, как вы с ней проводили время?

— Нет, это не ваше дело.

— Конечно, если она больше не замужем…

— Она — очень хорошая женщина, — перебил его сердито Норберт Дженнингс, — и не надо мне ни на что намекать. Она порядочная женщина, и сейчас ее гордость ущемлена, пострадало ее доброе имя. Она очень привлекательная, и, когда она входит в комнату, взгляды присутствующих обращаются к ней… Проклятый Карсон! Если только он попадется мне в руки…

— Осторожно, — сказал Мейсон. — Иногда угрозы могут быть дорогим удовольствием.

— Ладно, — сказал Дженнингс. — Деньги у меня есть, и я могу позволить себе любое удовольствие, в том числе и угрозы, особенно в этом случае. Если Лоринг Карсон попадет когда-либо мне в руки, то я заставлю этого подлеца просить пощады. Я…

— Может быть, вы хотите получить законное возмещение? — спросил Мейсон.

— Законное возмещение?! Бог мой! Я мог бы преследовать этого подонка судебным порядком, но что из этого получится? Во-первых, его деньги мне не нужны. Я не прикоснусь ни к одному пятицентовику. Кроме того, они не выпустят кровь из этого болвана.

— А вы допускали мысль, что он может хранить деньги про запас в каком-нибудь секретном месте? — спросил Мейсон.

— Я повторяю, деньги мне безразличны, — возмущался Норберт Дженнингс. — У меня есть деньги! Столько, сколько нужно. У меня их слишком много. Но они еще никогда не приносили мне счастья. Я… Бог с ними… Простите, Иден! Думаю, что вы меня понимаете. Я очень извиняюсь, что ударил вас. — Он порывисто протянул руку.

Иден пожал ее.

Не сказав больше ни слова, Дженнингс повернулся и ушел.

— Итак, — Иден потер челюсть, — возникает все больше сложностей.

— Я мог бы также сообщить вам, что некая миссис Стерлинг, которая, кажется, закупает одежду для магазина «Дамское белье», устроила просмотр в отгороженной части общей комнаты, — сказал Мейсон.

— Господи, усмехнулся Иден. — Полагаю, что миссис Карсон это все подстроила.

— Я тоже так думаю.

— Насколько далеко зашел показ моделей?

— На первой девушке была комбинация. Она совершала нечто вроде стриптиза на поднятом помосте и…

— Так, так, так, — прервал его Иден. — Возможно, сложившаяся ситуация имеет и некоторые положительные моменты.

— Конечно, — согласился Мейсон, — не имеет значения, как вы расцениваете происходящее, но думаю, что это — наживка, и так как я не знаю, где крючок, то не трогайте ее…

— Вы хотите сказать, что мне не надо смотреть?

— Думаю, что нам придется посмотреть! — рассмеялся Мейсон.

— Верно, — согласился Иден. — Исходя из ваших чисто профессиональных интересов, вам необходимо здесь задержаться. Итак, идемте.

Иден отодвинул занавес. По другую сторону забора очаровательная молодая девушка, одетая в одно нижнее белье, медленно совершала пируэты на помосте.

Вивьен Карсон, стоя в углу комнаты, наблюдала не за девушкой, а за половиной Идена.

Как только она увидела Мейсона и Идена, то подала знак девушке, стоящей в противоположном углу комнаты, и они пошли навстречу друг другу, таща импровизированные занавески, которые сомкнулись и скрыли от Идена и Мейсона часть комнаты.

— Вот почему она протянула веревки над забором, — пробормотал Иден.

Мейсон улыбнулся:

— Кажется, она подумала обо всем.

— Наверное, — согласился Иден. — И полагаю, что если я только просуну палец через забор, чтобы расширить щель между двумя занавесками, то я…

— То вы будете виноваты в нарушении постановления суда, — закончил фразу Мейсон.

Иден вздохнул:

— Думаю, что мне остается только найти ночной клуб с хорошим стриптизом.

— И при данных обстоятельствах, — заключил Мейсон, — кажется, нам с вами больше нечего обсуждать.

Иден рассмеялся:

— Еще один вопрос, Мейсон.

— Какой?

— Если бы здесь не было занавесок, а демонстрация дамского белья продолжалась, разве вы не остались бы и при этом не заставили бы меня заплатить по вашему счету?

— Конечно, — сказал Мейсон, — это называется «совещание с клиентом».

— Теперь я понимаю, что выбрал не ту профессию, — ухмыльнулся Иден. — Как вы полагаете, что она придумает в следующий раз?

— Этого, — сказал Мейсон, — я даже представить не могу. Через день я подготовлю вам жалобу для возбуждения дела о мошенничестве. Придите, пожалуйста, в контору около десяти часов, чтобы подписать соответствующие бумаги, а затем мы вручим их Карсону.