Понятно, что шаманы получают за свои услуги плату и стараются получить по возможности больше. Чукчи обычно говорят, что бесплатный совет или лечение совершенно бесполезны. «Духи» слишком ценят свою силу, чтобы раздавать ее даром. Они очень сердятся и на шамана и на пациента, если шаман оказывает бесплатную помощь.[189] Даже в тех случаях, когда шаман из чувства дружбы или из сострадания не просит платы за услугу, все же ему необходимо дать хотя бы символическое вознаграждение для того, чтобы его лечение подействовало. Обычно в таких случаях шаману дают волокно сухожилья с бусиной, привязанной на кончике.

Как правило, шаман и его «духи» всегда требуют плату. Однажды я присутствовал на шаманском сеансе шамана «Скребущая женщина». Во время сеанса женщина с соседнего стойбища попросила сказать ей, родится ли у нее в ближайшем будущем ребенок. Голос kelь, который только что отвечал на другой вопрос, грубо сказал: «Я не буду говорить без свежего мяса». Женщина покорно обещала убить оленя. «Тогда посмотрим», сказал kelь.

Размеры оплаты, конечно, изменяются в зависимости от случая. Мясо, шкуры, кожа, одежда, живые олени, «чужая пища» — все это может служить платой шаману за его помощь. В сказке о «Чесоточном шамане» говорится, что Meemgьn отдал шаману за услуги огромное стадо оленей.[190] Такие случаи, конечно, невозможны в действительности. Один оленевод с реки Омолона говорил мне, что он отдал ламуту-шаману, вылечившему его от тяжелой болезни, трех больших быков и, сверх того, несколько шкур. Иногда человек отдает вылечившему его шаману какой-нибудь предмет, являющийся для него большой ценностью по личным мотивам, например, свою упряжку оленей. Такая плата уже носит характер жертвоприношения «духам».[191]

Однако я не встречал чукотских шаманов, о которых можно было бы сказать, что они живут исключительно на доходы от своего искусства. Шаманство всегда является своего рода подсобным промыслом.