Мейсон медленно вел машину в потоке уличного движения и нервничал от того, что с каждой задержкой он отстает от действий полиции.

Наконец в девять тридцать он остановился перед офисом прокурора.

— Гамильтон Бюргер у себя? — спросил Мейсон. — Да-

— Передайте, пожалуйста, что его желает видеть Перри Мейсон.

— Простите, но по чрезвычайным обстоятельствам мистер Бюргер никого не принимает. Я не могу его беспокоить. У него очень важная встреча.

— Он беседует с моим клиентом, — настаивал Мейсон.

— С кем?

— С мистером Джоном Нортрапом Кирби. Я требую встречи с ним.

— Потребовать вы можете только у мистера Бюргера.

— Тогда передайте ему, что я здесь.

— А этого я не могу. Его нельзя беспокоить.

Мейсон, сдерживая гнев, проскрежетал зубами:

— Он разговаривает с Джоном Кирби. Я — адвокат Кирби. Я требую, чтобы меня допустили к нему.

— Я не обладаю такими полномочиями.

— Тогда попытайтесь меня остановить, — бросил Мейсон, проскочив вращающуюся дверь, и направился по длинному коридору к личному офису Гамильтона Бюргера, откуда доносился его резкий, раздраженный голос. Очевидно, он говорил по телефону. Внезапно дверь распахнулась и на пороге появился сам окружной прокурор, огромный серый медведь, не скрывающий своей ненависти к Перри Мейсону.

— Я здесь, чтобы защитить права своего клиента, — начал Мейсон.

— А кто ваш клиент?

— Джон Нортрап Кирби, — ответил Мейсон, повысив голос.

— Он обвинен в преступлении?

— Я не знаю, но он мой клиент, поэтому я пришел сюда. Я хочу присутствовать на его допросе.

— Вы не сможете остаться, Мейсон.

— Почему? — поинтересовался адвокат.

— Мы расследуем убийство.

— Кирби к нему причастен?

— Об этом еще рано говорить.

— В подобных обстоятельствах, — отозвался Мейсон, — мое присутствие более чем необходимо.

Мейсон взглянул на часы и отметил время в блокноте.

— Я выдвигаю вам официальное требование, — заявил адвокат.

— Минутку, — заволновался Бюргер, — вы не поймаете меня в ловушку своими хитростями. Мистер Кирби, насколько мне известно, привлечен как свидетель.

— И все-таки у меня есть право поговорить со своим клиентом.

— Ваш клиент пришел сюда добровольно, а не под конвоем, — произнес Гамильтон Бюргер.

Мейсон, стараясь казаться спокойным, проговорил:

— Значит, он может добровольно покинуть ваш офис. Пойдемте, Кирби.

— Мы еще не закончили наш разговор, — ответил Бюргер.

— Думаю, вы уже обо всем поговорили, — резко сказал Мейсон.

За спиной Бюргера появился Джон Кирби, и прокурор повернулся к нему:

— Полагаю, вы правильно оцениваете ситуацию, мистер Кирби. Вы зарегистрировались в мотеле с молодой женщйной как муж и жена. У нас нет желания выставлять вас в черном свете перед журналистами, noiica вы сотрудничаете с нами. Я советую вам внимательно проанализировать факты.

— Пойдемте, Кирби, пойдемте! — воскликнул Мейсон.

— Нельзя ли подождать?'— попросил Кирби. — Мистер Бюргер был столь деликатен…

— Нет, черт возьми! Я не могу ждать, — ответил Мейсон. — Пойдемте со мной, если вы по-прежнему хотите, чтобы я защищал вас.

Кирби колебался.

— Решайтесь наконец, — торопил его Мейсон.

Кирби нерешительно вышел в коридор.

— Хорошо, Мейсон, — сказал прокурор. — Это ваш клиент. Смотрите за ним хорошенько, чтобы ему никто не наставил синяков и шишек.

Бюргер усмехнулся.

— Ваш адвокат, Кирби, вероятно, не совсем верит в вашу историю. Он чувствует, что вы нуждаетесь в защите и что он должен представлять «ваши права».

Лицо Кирби вспыхнуло.

— Я не просил Мейсона быть здесь. Я…

— Это не важно, Кирби, — сказал Мейсон. — Не позволяйте ему вводить вас в заблуждение. Я вам все объясню в машине. Пойдемте!

— Возможно, Кирби желает услышать объяснения прямо здесь и сейчас, — настаивал Бюргер. — Заходите, Мейсон, поговорим в кабинете и постараемся внести ясность в это дело.

— Я побеседую со своим клиентом лично, если вы не возражаете, — отозвался Мейсон. — Пойдемте, Кирби.

Стоя в дверном проеме, Гамильтон Бюргер усмехался тому, как Мейсон провожал своего клиента к лифту.

— Какого черта! — раздраженно твердил Кирби. — Я не потерплю такого обхождения, Мейсон. Вы меня ставите в неловкое положение. Я же не ребенок! Я бизнесмен. Я привык отвечать за свои слова и поступки.

— Я вижу, — ответил Мейсон. — Но будет лучше, ‘если вы здесь помолчите, а выскажете все в машине.

— Мне кажется, что я могу говорить в любом месте, где пожелаю. Я не привык, чтобы за меня думал кто-то другой.

— Согласен. Вы сможете все рассказать в машине.

Спустившись в лифте, Кирби в сопровождении Мейсона направился к ожидавшей их Делле Стрит.

— Здравствуйте, мисс Стрит, — грубо пробурчал Кирби.

— Садитесь вперед, — сказал ему Мейсон. — Я отвезу вас домой.

— В этом нет необходимости. Я могу взять такси.

— Вы рассказали прокурору, что случилось с вами в понедельник ночью? — спросил Мейсон.

— Почему бы мне не сделать этого?

— Черт бы вас побрал! — воскликнул Мейсон.

— Я не привык, чтобы в моих словах сомневались, мистер Мейсон, — фыркнул Кирби, забираясь в машину.

Мейсон завел мотор.

— Как вы узнали, что доктор Бэбб умер? — спросил адвокат.

— Какой доктор Бэбб?

— Доктор, которому вы заплатили за усыновление Ронсона.

— Не знаю, о чем вы говорите, — сердито буркнул Кирби.

— Прошлой ночью, когда звонили Норме Логан, вы все прекрасно знали. Вы сообщили ей о смерти доктора Бэбба и дали указание придерживаться вашей версии об украденном автомобиле.

— И опять же, я не понимаю, о чем речь, — сказал Кирби. — Имя Логан для меня ничего не значит, и я никого не просил пересказывать мою историю. Возможно, вам известно что-то, чего не знаю я. Я допускаю, что имя молодой женщины, которую я подобрал по дороге, на самом деле Логан.

— Вы рассказали эту басню прокурору?

— Конечно. Но почему вы называете ее басней?

— Ну, дело сделано, — отозвался Мейсон.

— Что вы имеете в виду? Эти люди были со мной очень деликатны. Они даже отказались сообщить что-либо газетчикам. Они просили меня сотрудничать с ними. В конце концов, это их работа.

— Да, представляю себе, — пробормотал Мейсон.

— И кроме того, — продолжал Кирби, — эта канистра с бензином была в машине все время, как вы и предполагали.

— Да, конечно.

— Я нашел ее сразу же, как только вышел от вас. Но я торопился на другое свидание и не успел известить вас об этом… Потрм в моем доме появилась полиция. Они просили меня поехать с ними к прокурору. И как только им удается раскапывать такие вещи? В мотеле я указал правильно лишь буквенную часть номерного знака автомобиля, потому что чувствовал, что управляющий захочет проверить. Но последние цифры я полностью изменил.

— Вы рассказали полисменам о канистре?

— Конечно.

— Которая была в вашей машине?

— Да.

— Они попросили предъявить ее?

— Нет. Они только сообщили об этом в управление по рации.

— Тогда, вероятно, она находится в машине и сейчас, — заметил Мейсон.

— Вам нет нужды беспокоиться об этом, — вспыхнул Кирби.

— Я только хочу внести ясность, — ответил адвокат.

— Лично мне все ясно, — огрызнулся Кирби. — Вы можете доверять моей осмотрительности, мистер Мейсон. Совсем не обязательно все время водить меня за руку.

Мейсон сказал:

— Я опасался, что вы могли дать согласие офицерам на осмотр машины и гаража.

— Почему бы нет? — спросил Кирби. — Они хотели получить отпечатки пальцев этой девушки. Не знаю, почему она их так интересует.

— Осматривая машину, полицейские имеют привычку заглядывать в отделение для перчаток, — как бы невзначай заметил Мейсон, затем продолжил: — Когда мне стало известно, что вы у прокурора, я решил, что с вами рядом должен быть адвокат.

От Мейсона не ускользнуло, как Кирби напрягся и нахмурился.

— В чем дело? — осведомился Мейсон.

— Ничего! — коротко бросил Кирби. — Я… я только подумал… Что они сделают с отпечатками пальцев, снятыми в машине, Мейсон?

— Отправят в лабораторию. Вы сказали им, что не имеете возражений?

— Конечно. Сколько времени они будут держать там мою машину?

— Не очень долго.

лч Про*2лятьеЬ>т+ воскликнул Кирби. — Мейсон, вы едете черепашьим шагом! Я потерял много времени. Мне хотелось бы поскорее добраться домой.

— Зачем?

— Потому что я бизнесмен, черт возьми! Вы говорили об отделении для перчаток. Я вспомнил, что там лежат деловые бумаги, и я не хотел бы, чтобы о них стало известно.

— Именно по этой причине я увез вас от прокурора, — сказал Мейсон, достав из кармана листок бумаги. — Это квитанция, полученная вами на станции техобслуживания, где вы купили канистру бензина, Кирби.

Выхватив квитанцию из рук Мейсона, Кирби посмотрел на него яростным взглядом.

— Что вы собираетесь делать с этой информацией? — спросил он.

— Ничего, — ответил Мейсон. — Другим клиентам, конечно, я бы мог дать совет, но вам — бизнесмену, приученному хорошо обдумывать свои слова, принимать важные решения самостоятельно и тому подобное, я не скажу ни слова.

Немного помолчав, Кирби проговорил:

— Но эта квитанция значит совсем не то, что вы думаете.

— Понимаю, — усмехнулся Мейсон.

Кирби расслабился и задумался, прикрыв глаза рукой.

— Скажите мне правду, Кирби. Вы встречались с доктором Бэббом в понедельник вечером, с Нормой Логан или без нее?

— Нет.

— Это правда?

— Да.