Мейсон посмотрел на часы. После звонка миссис Харлан прошло несколько минут.

— Думаю, сначала нам следует позвонить Докси. Должно быть, он уже начал волноваться. До темноты я хочу еще кое-что успеть сделать. Мне трудно тебе об этом говорить, Делла, но ужин сегодня у тебя будет поздним. Пожалуйста, свяжись снова с Докси.

Делла кивнула, взяла трубку и через некоторое время сказала:

— Минутку, мистер Докси. Это опять мистер Мейсон.

— Привет, Докси, — сказал Мейсон. — Я уже ухожу из офиса. Что-нибудь есть от вашего тестя?

— Нет, — ответил Докси. — Я волнуюсь. Мы каждый вечер ужинаем в семь часов. Дэдди Латте никогда не нарушает этот график. Лишь один или два раза у него были какие-то важные дела, которые он не успел окончить, но он звонил нам и предупреждал заранее, что не приедет. Но сегодня он ни разу не позвонил. Сейчас он уже почти на час опаздывает. Мы не стали его ждать и поужинали.

— Ну, он, наверное, скоро покажется. Все будет в порядке. Я…

— Но здесь что-то не так, мистер Мейсон. Может, он попал в автокатастрофу или куда-то еще. Он бы появился или позвонил. Он всегда приходит к ужину. Дэдди любит, чтобы ужин подавался строго к определенному часу. Это всегда доставляло беспокойство прислуге, но он не понимает, что это может создавать серьезные трудности другим.

— Ничего, — успокаивал его Мейсон, — все наверняка будет в порядке. Я хотел, чтобы он показал мне точное положение северной границы участка. Он пообещал всячески помогать мне. Я хотел побывать там до темноты.

— Да, я уверен, что он вам поможет. Он ценит тот факт, что вы не торговались, обсуждая сделку, и были очень деликатны с ним.

— Я в этом очень заинтересован, — сказал Мейсон. — Мне нужна определенная информация сегодня вечером.

А вы не смогли бы вы показать эту пограничную линию? Лучше это делать при свете дня, скоро уже будет темнеть…

— Ну… вы знаете, конечно, где находится участок?

— Я там был.

— Граница идет прямо к северу от здания. Вы увидите один из столбов и…

— Я бы очень хотел, чтобы вы мне сами показали. Это займет немного времени. Я могу подъехать забрать вас.

— Хорошо, — сказал Докси. — Отсюда ехать недолго. Около семи минут от моего дома. Вы знаете, где я живу?

— У меня есть адрес в телефонной книге, — пояснил Мейсон.

— Да, верно. Тогда приезжайте и просто посигнальте у дома. Я сразу выйду. Моя жена немного беспокоится.

— Попробуйте позвонить в полицию и в больницы. Если он попал в аварию, это должно быть записано.

— Я уже об этом думал. Но я не хотел бы это делать, потому что моя жена совсем расстроится, услышав, куда я звоню.

— Он может быть у себя в офисе и просто не отвечать на звонки?

— Нет, я уже был в офисе. Его там нет.

— Ну не переживайте, — сказал Мейсон. — Он покажется. Я буду у вас примерно… дорога займет у меня около пятнадцати минут, я полагаю.

— Буду вас ждать, — сказал Докси.

Мейсон повесил трубку и обратился к Делле Стрит:

— О’кей, Делла. Тебе придется подождать и…

— Я еду с вами. Вы от меня так просто не отделаетесь. Вам все равно кто-то нужен для того, чтобы вести записи.

Мейсон отрицательно покачал головой.

— Шеф, ну пожалуйста. Я буду нужна вам…

— Ты знаешь, что произойдет, — сопротивлялся Мейсон.

— Я не проговорюсь о спектакле.

— Ладно, — сдался Мейсон. — Возьми записную книжку и несколько карандашей. Сиди на заднем сиденье и записывай все разговоры. Поехали.

Дом Докси они нашли без труда. Он был построен в традиционном калифорнийском стиле, с элементами испанской архитектуры, красной черепичной крышей и оштукатуренными стенами. Вдоль дороги, ведущей к веранде, росли пальмы. Лужайку, покрытую мягкой травой, пересекал широкий асфальтированный проезд, ведущий к тротуару. Мейсон дважды нажал сигнал. Почти в тот же момент открылась дверь и из дома появился Герберт Докси; обернувшись, он сказал что-то через плечо, а затем бегом направился к ним.

— Что-нибудь есть от Латгса? — спросил Мейсон.

— Ни слова. Мы в самом деле очень волнуемся.

Мейсон представил Докси Делле Стрит.

— Вы не хотите сесть на переднее сиденье? — предложил Докси Делле. — Я…

— Нет, ей там удобно, — сказал Мейсон. — Я бы хотел с вами поговорить. Садитесь рядом со мной и расскажите мне о делах компании.

— Боюсь, я не смогу вам много рассказать, мистер Мейсон, — извинился Докси, садясь на переднее сиденье. — Думаю, вы полностью в курсе планов компании, точнее, ее планов до сегодняшнего собрания.

— А что случилось? — поинтересовался Мейсон.

— Ну, — усмехнулся Докси, — начался резкий разлад во мнениях. Вы поймете мое положение. Как официальный представитель компании, я попытаюсь дать вам всю информацию, какую вы захотите, но при этом я должен остаться беспристрастным.

— Я понимаю, — сказал Мейсон, — и ценю вашу учтивость. Вы сказали — мнения разделились. Каким именно образом?

— Ну, мистер Мейсон, возникло своеобразное положение. Я… я думаю, что больше ничего не смогу вам сказать, пока не поговорю с Дэдди Латтсом.

— Какая цена установлена на акции? — спросил Мейсон.

— Я… ну, этот вопрос тоже обсуждается.

— Какая сумма инвестиций приходится на одну акцию компании?

— О, очень небольшая, мистер Мейсон. Безусловно, намного ниже их рыночной стоимости. Понимаете, компания сделала довольно рискованную покупку, а обстоятельства сложились так, что первоначальная цена имеет значение только для документации.

— Понимаю, — сухо произнес Мейсон. — Недавно приобретались еще акции?

— Ну, я… Ваша покупка была не последней.

— После моей были сделки?

Докси замешкался.

— В конце концов, — сказал ему Мейсон, — со мной бесполезно секретничать. Я — держатель акций компании и имею право на информацию.

— Кое-что было продано сегодня, — неуверенно проговорил Докси.

— Кто продал?

— Кто-то из совета директоров.

— Кто купил?

— Я… определенные вещи знаю точно, мистер Мейсон. Я…

— Вы узнали об этом официально, когда акции были переданы другому лицу?

— Да, я полагаю.

— Они были переданы другому лицу?

— Какие акции вы имеете в виду, мистер Мейсон?

— Я имею в виду, — резко сказал Мейсон, — все акции, проданные сегодня. И не надо вилять. Если вы хотите быть со мной, то не нужно начинать с утаивания информации.

— Нужно быть и с другими, — осторожно заметил Докси. — Я между двух огней.

— А где другой огонь?

— Думаю, вы сами поймете, мистер Мейсон.

— Хорошо, — продолжал Мейсон, — давайте перейдем к делу. Сколько сделок по продаже акций вы зарегистрировали сегодня после моей утренней покупки?

— Одну.

— Для кого?

— Дэдди Латте купил акции.

— Кто продал?

— Реджерсон Б. Неффе.

— Как много акций?

— Я записал в книгу передачу трех тысяч акций.

— Сколько Латте заплатил за них? — спросил Мейсон.

— Это не фиксируется при передаче акций. Это личное дело каждого.

— Неффе напоминает напыщенное ничтожество, не так ли? — поинтересовался Мейсон.

— Извините, — рассмеялся Докси, — но корпорация не платит мне за то, чтобы я обсуждал членов совета директоров и держателей акций.

Мейсон взглянул сбоку на Докси. Какое-то время они молчали. Потом Докси, круто изменив тему, сказал:

— У меня спина обгорела на солнце. Вы можете сделать мне большое личное одолжение, мистер Мейсон?

— Какое?

— Скажите, сколько вы заплатили за акции Дэдди Латтса?

— Зачем?

— Я бы мог немного поспекулировать.

— И вы можете обжечься.

— Я попробую. Я знаю, что Дэдди Латте… ну… он…

— Строго говоря, — закончил за него Мейсон, — он жадный. Он решил, что какая-то непонятная причина подняла цену акций выше, чем предполагали директора. Он и скупает акции. Поэтому он забыл о сегодняшнем ужине.

— Ну, он мог хотя бы позвонить Джорджиане, — возмущенно сказал Докси.

— Джорджиана — это ваша жена?

— Да. Дочь Дэдди Латтса. Его зовут Джордж. Он хотел сына, но родилась дочь, поэтому ее назвали Джорджиана. Дальше они не пошли.

— Понимаю, — сказал Мейсон.

— Вы еще не ответили на мой вопрос, — заметил Докси.

— Я скажу так. За акции я заплатил чертовски много.

— Да, — саркастически проговорил Докси. — Представляю себе великого Перри Мейсона, который болтается по округе и скупает вещи по слишком высоким ценам.

— Мы можем сторговаться, — предложил Мейсон.

— Каким образом?

— У вас может быть нужная мне информация.

— Какая?

— Латте знает, кто мой клиент?

Докси глянул на Мейсона, заколебался, затем сказал:

— Думаю, что да.

— А вы знаете?

— Нет.

— Как Латте узнал об этом?

— Не могу вам сказать. Он мог определить по чеку, который дал вам ваш клиент. Или у него есть человек в банке, который ему чем-то обязан. Это все, что я знаю. Теперь ваша очередь.

— Я заплатил тридцать две тысячи семьсот пятьдесят долларов за две тысячи акций Латтса.

Докси посмотрел на Мейсона как на человека, который надел спасательный пояс и хочет прыгнуть в море с верхней палубы «Королевы Мэри» посреди Атлантического океана.

— Сколько вы заплатили? — переспросил он.

— Вы слышали.

— Боже мой, мистер Мейсон! Это… почему… Если бы вы только мне сказали, что хотите купить акции, я бы вам их продал по восемь долларов за штуку. Некоторые продают даже за семь.

— В этом-то все и дело, — сказал Мейсон. — Я же говорил, что заплатил слишком много.

— Почему?

— А вот это я как раз и не могу обсуждать. Конечно, вы можете делать собственные выводы.

— Вы имеете в виду, вы хотели… хотели, чтобы Дэд-ди Латте ушел из корпорации?

— Но ведь он снова их выкупил? — спросил Мейсон.

— Да, конечно. Но когда он продал все акции, ему пришлось уйти из совета директоров. Послушайте, мистер Мейсон, вы затеяли какую-то серьезную игру, где ставка — контроль над корпорацией.

Мейсон усмехнулся и повернул машину на неровную старую дорогу, ведущую к участку «Силван Глэйд девелопмент компани». У подножия холма он снова резко повернул. Машина поползла вверх, а потом, когда они достигли вершины холма, Докси взволнованно воскликнул:

— Боже мой, мистер Мейсон! Это машина Дэдди Латт-са! Он здесь сам.

— Отлично, — сказал Мейсон, — я хочу с ним встретиться.

— Я просто не могу представить, почему он не приехал домой, — недоумевал Докси. — Но я рад, что с ним все в порядке. Полагаю, он занят каким-то новым бизнесом. Что ни говори, а Латте — деловой человек. — В голосе Докси прозвучала зависть и какая-то обостренная ревность.

Мейсон припарковал машину, они с Докси вышли наружу.

— Ты можешь обождать здесь, Делла, — осторожно проговорил Мейсон.

— Мы скоро вернемся, мисс Стрит, — ободряюще сказал Докси.

— Мы можем зайти в дом? — спросил Мейсон.

— Можем, если там Дэдди Латте. Дверь заперта, но у него есть ключ. — Докси попробовал дверь. — Она не заперта. Скорее.

— Какое грязное место, — отметил Мейсон.

— Выезжая, люди знали, что дом собираются сносить, — пояснил Докси. — Вот они и оставили после себя весь этот хлам.

— Лучше позовите Латтса, — сказал Мейсон, — пусть он спустится.

— Ему это может не понравиться. Существуют определенные правила в отношениях с зятем, — усмехнулся Докси. — Я пойду наверх и посмотрю, что он делает.

— Здесь довольно темно, хотя на улице светло, — заметил Мейсон. — Будьте осторожны.

— Мне видно, — сказал Докси, начиная подниматься по ступенькам. Внезапно он остановился в середине второго пролета.

— Что случилось? — спросил Мейсон.

— Идите… идите сюда, — прохрипел Докси сдавленным голосом.

— Что случилось?

— Поднимитесь скорее.

Мейсон взобрался по ступенькам. Докси склонился над телом Латтса.

— Господи! — воскликнул Мейсон. — Он лежит головой вниз… почему? Сердечный приступ? Он долго здесь, как вы думаете?

Докси чиркнул спичкой и, прикрывая глаза от света, сказал:

— Посмотрите, у него из раны на груди течет кровь.

— Попробуйте его пульс, — посоветовал Мейсон.

Докси наклонился и сказал после паузы:

— Думаю, он мертв. Тело начало остывать. Чувствуется, что он, вы знаете… мертвый.

— Ясно, — констатировал Мейсон. — Нам нужно сообщить в полицию.

— Может, перенести его… чтобы голова не…

— Не трогайте тело, — предупредил Мейсон. — Вызываем полицию.

— О, Боже мой! — воскликнул Докси. — Какая дьявольская неприятность. Что мне теперь делать? Как мне сказать Джорджиане? Мы возьмем его машину. Вы поведете вашу, а я — его и…

— Вы оставите все в точности так, как есть, — сказал Мейсон. — Не трогайте ничего. Я останусь здесь и буду следить, чтобы ничего не случилось, а вы возьмете мою машину и съездите до ближайшего телефонного автомата, чтобы позвонить в полицию.

— Я останусь, а вы поедете…

— Только не я, — отрезал Мейсон, — полиции не понравится, если я сообщу, что обнаружил труп.

— Да, но мы были вместе, — сказал Докси. — Я хочу, чтобы вы засвидетельствовали…

— О, конечно, — проговорил Мейсон. — Я буду свидетелем вместе с вами, но именно вы его обнаружили, поэтому вы должны сообщить в полицию.

— Вы хотите обождать здесь?

— Я буду ждать прямо здесь. Объясните мисс Стрит, что произошел несчастный случай.

— Она может посидеть в его машине и,.

Мейсон покачал головой:

— Полиции это не понравится. Они захотят обследовать его машину, снять отпечатки пальцев. Поезжайте и вызовите полицию. Я подожду.

— Ладно, — сказал Докси. — В какой отдел мне звонить?

— Просто скажите тому, кто возьмет трубку, что вы хотите сообщить об убийстве, — посоветовал Мейсон. — И объясните им, что вы торопитесь. Они вас соединят.

— Ладно, — повторил Докси. — Я… вы думаете, следует сказать Джорджиане?

— Я пока не уверен, — сказал Мейсон.

Докси сбежал вниз по ступенькам. Через короткое время машина завелась, а затем тронулась и покатилась по склону. Мейсон стал в дверях.

Прошло почти десять минут, когда Мейсон услышал звук сирены приближающейся полицейской машины, которая следовала за автомобилем Докси. Адвокат вышел из дверей.

Докси припарковал машину Мейсона у края дороги. Полицейская машина затормозила. Один из офицеров подошел к Мейсону.

— Привет, мистер Мейсон. Как вы попали в это дело?

— Я никуда не попал, — ответил Мейсон. — Я просто сторожил, пока вы ехали.

— Я не это имел в виду.

— Ну а я, — парировал Мейсон, — имел в виду именно это.

Офицер резко глянул на Мейсона, затем взял фонарь и зашел в дом. Другой полицейский остановился у дверей, осматривая место.

— Да, это убийство! — крикнул первый полицейский из дома.

Мейсон услышал, как полицейский в машине устанавливает радиосвязь.

— Вы не могли бы мне сказать, что вам известно об этом? — обратился первый полицейский к Мейсону, выходя из дома.

— Спросите его, — сказал Мейсон, показывая большим пальцем на Докси. — Он родственник того человека. И он нашел тело.

— Я ничего не трогал, — начал Докси. — Я хотел положить его ровно, но мистер Мейсон посоветовал оставить все, как есть.

— Правильно. Он ваш родственник?

— Тесть.

— Сколько ему лет?

— Примерно пятьдесят четыре — пятьдесят пять.

— Где он жил?

— С нами.

— Откуда вы узнали, что он здесь?

— Я не знал. Я приехал сюда по другому поводу и увидел его машину.

Полицейские продолжали задавать Докси различные вопросы, пока на склоне не показалась машина из отдела по убийствам.

— Так, так, так, — проговорил сержант Голкомб. — Вы посмотрите, кто здесь! Посмотрите, кто обнаружил тело!

— Не я, — сказал Мейсон.

— А как вы здесь оказались?

— Осматривал земельный участок.

— И для вас это было большой неожиданностью? — заключил сержант Голкомб.

— Верно.

— Вам нужно, — сказал Голкомб, — носить с собой печать или карманный проигрыватель, чтобы ставить эту пластинку снова и снова. Это сбережет ваши голосовые связки.

— Вы бы лучше зашли и осмотрели все, поговорили бы с тем человеком. Он был первым, кто обнаружил тело, — ответил Мейсон.

— Да, знаю. — В тоне сержанта Голкомба сквозила насмешка. — Это вы устроили немного по-другому.

Мейсон отошел к своей машине, открыл дверь и забрался внутрь.

— Нужны какие-нибудь заметки? — спросила Делла Стрит.

— Нет, пока нет. Докси звонил жене?

— Нет, он звонил в полицию. Они ему сказали, чтобы он обождал у телефонной будки, а они пришлют через пять минут машину с радиосвязью.

— Хорошая работа, — ответил Мейсон.

Сержант Голкомб и два детектива из отдела по убийствам зашли в дом, оставив одного из полицейских у дверей.

Через некоторое время Голкомб вышел, коротко переговорил с офицерами и подошел к Мейсону.

— Что вы обнаружили? — спросил Мейсон.

— Как вы здесь оказались, Мейсон?

— Я представляю клиента.

— Какого?

Мейсон пожал плечами.

— Мы все равно узнаем.

— Давайте. Это прямая ваша обязанность и привилегия. Моя же обязанность — защищать клиента.

— Для чего вы сюда приехали?

— Если конкретно, — ответил Мейсон, — то я приехал, чтобы осмотреть границы участка. Вас этот ответ удовлетворяет?

Сержант Голкомб на мгновение задержал на нем взгляд и сказал:

— Нет.

— Поехали, Докси, — сказал Мейсон. — Они получили от нас все, что им было нужно.

— Я не так уверен, — повернулся к ним сержант Голкомб.

— А я уверен, — возразил ему Мейсон. — Вы ведь больше не будете задавать вопросы? ^v

— Они могут возникнуть позже.

— Тогда свяжитесь со мной позже, — с достоинством парировал Мейсон. — Докси, вы едете?

Докси с тревогой посмотрел на офицеров и пробормотал:

— Да… я думаю. — И сел в машину к Мейсону.

— Я отвезу вас домой, — сказал Мейсон, трогаясь с места, — и вы сможете сообщить новость жене лично. Это лучше, чем пытаться сделать это по телефону.

Докси кивнул, шмыгнул носом и украдкой вытер уголки глаз.

— Я был бы лжецом, сказав вам, что с Дэдди Латт-сом было легко ужиться. Но я им очень восхищался и… Бедняга.

— Это не было самоубийством? — спросил Мейсон.

— Боже, нет. Во всяком случае, я так думаю. Он был не в очень хорошем расположении духа, пока вы не купили его акции. А потом он… потом он стал обдумывать, как получить новые акции вместо тех, что он продал вам, и при этом еще иметь навар. От этого у него повысилось настроение.

— После того как он все обдумал, — предположил Мейсон, — ему могла прийти мысль, что лучше бы он оставил все как было.

— Только не Дэдди Латте. Он совершенно не мог понять, зачем вам акции компании. И чем больше он думал, тем больше волновался. Он в душе — игрок. Подобная ситуация была как раз для него. Когда я говорю, что он был взволнован, я не имею в виду то, о чем вы склонны думать. Я хочу сказать, что он боялся чего-то скрытого, чего он не мог разгадать. Вы меня понимаете? Он не мог… ну, он готов был действовать в любую минуту.

— Что с его счетами? — спросил Мейсон. — Он мог оказаться без денег или что-то в этом роде?

— Все, кроме этого! Откуда, ведь он миллионер. Он держал карты у самой груди, но у него было много фишек.

— Ну, — сказал Мейсон, — примите мои соболезнования. И скажите об этом своей жене как можно деликатнее. Она любила отца?

— Они по-своему очень любили друг друга, но были… весьма похожи. Их характеры могли сталкиваться, но маленькие ссоры не разрастались в скандалы. Она будет ужасно потрясена.

— У нее есть свои акции компании? — спросил Мейсон.

— Нет. Дэдди Латте сказал, что у нее будет полно акций после его смерти, но пока он жив, он будет оберегать каждый цент. В этом весь он. Часто шутил, рассказывая о слишком мягких и снисходительных родителях, которые поступали иначе и в конце концов разорились. Я не могу это объяснить. В моих устах это не звучит как шутка, но Дэдди Латте и Джорджиана всегда смеялись по этому поводу. Они все время шутили. Она будет теперь ужасно скучать.

— Да, страшная потеря, — произнес Мейсон.

Докси снова шмыгнул носом, а потом повернул голову, будто заинтересовавшись пейзажем.

Мейсон остановил машину у первого же автомата.

— Я всего на минутку, — предупредил он Докси и позвонил в офис Пола Дрейка: — Пол, ты все еще в контакте с газетными репортерами, которые имеют дело со штаб-квартирой полиции?

— Конечно, — ответил Дрейк. — А зачем?

— Затем, что, — пояснил Мейсон, — человек по имени Джордж К. Латте был убит сегодня днем в заброшенном доме на пригородном земельном участке. Я хочу знать все детали, как только они поступят в штаб-квартиру полиции. Мне особенно важно знать, обнаружено ли орудие убийства, где стоял Латте перед тем, как в него выстрелили, и как долго он прожил после выстрела, каково направление выстрела и нет ли у полиции подозрения, что в дело замешана женщина.

— Что-нибудь еще? — с сарказмом спросил Дрейк.

— Конечно, — сказал Мейсон. — Мне нужно знать все. И быстро.

— О’кей, — ответил Дрейк. — Здесь для тебя еще кое-что, Перри.

— Поскорей, Пол. Я спешу.

— Звонила миссис Харлан, — докладывал Дрейк. — Сказала, чтобы я передал тебе, что у нее все прекрасно, что третий угол треугольника уже заставил ее мужа обороняться. Рокси и муж миссис Харлан уже встречались с адвокатом Рокси, и мистер Харлан наконец вспомнил, что сегодня пятая годовщина их свадьбы. Она попросила, чтобы я тебе процитировал: «Он ведет себя самым удовлетворительным образом, точно так, как и предполагалось».

— Ну, — усмехнулся Мейсон, — это уже кое-что.

— Понятно, — сказал Дрейк, — ты видишь в этом какой-то смысл?

— Да, смысл есть. Сколько тебе надо времени, Пол, чтобы подробнее разузнать об убийстве Латтса?

— Как только отдел по убийствам вернется и сделает доклад, а ребята-газетчики запишут все, что интересует публику.

— Ты ужинал? — поинтересовался Мейсон.

— О, конечно, — ехидно произнес Дрейк. — Я съел два сандвича и выпил кофе. А теперь у меня десерт из четырех таблеток соды. Я возвращаюсь в норму.

— Отлично, — сказал Мейсон. — Оставайся там и добывай информацию, а мы с Деллой идем ужинать. Миссис Харлан больше ничего не передавала?

— Да, — вспомнил Дрейк, — она просила, чтобы сегодня вечером ее не беспокоили, и заранее признательна за это.

— Ладно, — сухо сказал Мейсон. — О’кей, Пол, посмотрим, что ты узнаешь. Мы тебе потом позвоним.

Мейсон повесил трубку и вернулся к машине.

— Извините, что заставил вас ждать, Докси.

— Ничего. Но я боюсь возвращаться домой с таким известием.

— Если я зайду вместе с вами, это поможет? — спросила Делла Стрит. — Или, может, я позвоню ей по телефону до вашего приезда и скажу, что у вас неприятное известие, чтобы как-то ее подготовить?

— Нет, спасибо за предложение, но мне нужно смело смотреть в лицо обстоятельствам. Думаю, лучше сказать ей все сразу а не ходить вокруг да около.

— Дело ваше, — сказал Мейсон, — но мы рады будем сделать для вас все, что можем.

— Спасибо. Но с этим я справлюсь сам.

На следующее утро Перри Мейсон открыл дверь в свой кабинет в бодром расположении духа.

Делла Стрит вскрывала почту. Увидев его, она улыбнулась.

— Как дела, Делла? — спросил Мейсон.

— Так себе. Дрейк сообщил, что у него есть более полная информация о происшествии, чем та, что он передал нам вчера по телефону.

— Прекрасно, — отметил Мейсон. — Позвони ему, пусть придет. Что в почте?

— Обычный ассортимент неприятностей. Матери просят за невинно осужденных сыновей. Письмо от Клива Ректора — он хочет обсудить с вами деловые вопросы при первой же возможности. Письмо от Эзекила Элкинса — он предлагает встречу по вопросу, представляющему обоюдный интерес. Дважды звонил поверенный по имени Артур Небитт Хаган. Сказал, что он представляет Рокси Клаффин, что из-за вашего заявления на совете директоров «Силван Глэйд девелопмент компа-ни» она понесла материальные потери, что ваше заявление неверно толкует закон и вы подтасовали факты. Впечатление такое, будто миссис Клаффин хочет призвать вас к строгой ответственности, но поверенный Хаган предлагает воздержаться от любых действий, пока не станет очевидным, что он не может договориться с вами полюбовно.

— Как интересно, — прокомментировал Мейсон.

— Он просил вас позвонить ему, как только вы придете.

— Вызови Пола Дрейка, — сказал Мейсон. — Пусть зайдет ко мне.

Мейсон занялся почтой, пока Делла Стрит набирала номер Пола Дрейка.

— От миссис Харлан ничего? — спросил Мейсон.

— Пока нет.

— Пол Дрейк идет?

— Сказал, что сейчас будет. Он… он уже пришел.

_ — ''гдовный стук в дверь, и Делла Стрит впус-

Раздалсл _}—

тила Дрейка.

— Как ты себя чу'

,-чствуешь, Пол? — спросил Мейсон.

79

— Ужасно, — пожаловался Дрейк. — Меня всю ночь мучила изжога.

— Потому что выпил слишком много соды, — прокомментировал Мейсон. — Ты нарушил кислотный баланс пищеварительной системы.

— Знаю, — язвительно возразил Дрейк. — Но я выпил слишком много соды, потому что съел слишком много сырых гамбургеров, потому что работаю на адвоката, который хочет, чтобы все делалось быстро. При сложившихся обстоятельствах я мог вчера спокойно уйти из офиса, прекрасно поужинать, вернуться около семи и получить всю нужную информацию.

— Разумеется, — ответил Мейсон. — Но тогда мы бы пропустили сообщение миссис Харлан о пятой годовщине ее свадьбы.

— Да, это восхитительно. Как ты связан с этим убийством, Перри?

— Я не связан с ним. Латте входил в совет директоров корпорации, в которую я вложил приличную сумму денег. Боюсь, его смерть может нарушить равновесие в руководстве.

— Тогда, — спросил Дрейк, — зачем волноваться об обстоятельствах его смерти? Все, что вам нужно, — это медицинское заключение о смерти. Я мог бы вам это сказать через несколько минут после вашего звонка. Он был мертв, как мороженая рыба.

— Что еще, Пол?

— Кажется, полиция обнаружила тебя рядом с местом преступления.

— Да. И это прискорбнее всего. Я отправился смотреть земельный участок, а труп мистера Латтса не дал мне это сделать. Полиция слишком плохо соображает, чтобы это понять.

— Полиция склонна так считать, — сказал Дрейк. — Значит, вы все знаете о месте, где был обнаружен труп?

— Конечно. Старый трехэтажный дом, недавно заброшенный. Компания Латтса хотела превратить его в недвижимое имущество. Очевидно, Латте осматривал его перед моим приездом и кто-то застрелил его.

— Верно. Из револьвера тридцать восьмого прямо в грудь, с расстояния несколько дюймов.

— «пятнадцать — двадцать

— В грудь?

— Да. Повредив аорту или еще что-то. Смерть наступила почти мгновенно.

— Он стоял лицом к человеку, пристрелившему его? — Да.

— В восемнадцати дюймах?

— Восемнадцати — двадцати, — кивнул Дрейк.

— Полагаю, они узнали это по следам пороха, — отметил Мейсон.

— Верно. Они исследовали куртку и рубашку в полицейской лаборатории. Химический анализ на порох показал восемнадцать дюймов при условии, что стреляли из обычного револьвера тридцать восьмого калибра со стандартным стволом.

— Когда?

— Примерно в полпятого, вчера.

— Как они определили время?

— Они узнали, что до встречи директоров он не обедал, выяснили, когда и что он ел последний раз. Это показало вскрытие и состояние пищи в желудке. Ну и по температуре тела время смерти можно определить вплоть до получаса. Другими словами, — плюс-минус пятнадцать минут.

— Как я понял, пистолет они не нашли?

— Нет пока. Сейчас у них есть одна зацепка.

— Какая?

— Когда они сообщили по радио об убийстве — это между нами, Перри, это не предавалось огласке…

— Да, да, продолжай.

— Ну, к ним пришел таксист по имени Джером К. Кед-ди. Он из «Красной линии». Номер такси — семь-шестьдесят один.

— Продолжай, — сказал Мейсон. — Почему ты на меня так смотришь, Пол?

— Мне просто интересно, — ответил Дрейк, — зачем ты вчера вечером заставил МсИЯ СЛсДИТь 5а номером семь-шестьдесят один?

— Продолжай. — лицо Мейсона ничего не выражало. — Что Кедди рассказал полицейским?

— Он сказал, что подобрал очень странную пассажирку — молодую, привлекательную женщину, одетую в белую юбку, белую блузку и какой-то кремовый жакет с красной отделкой. Он подобрал ее недалеко от того места, где было найдено тело, когда возвращался порожняком из загородного клуба. Что-то в этой пассажирке обратило на себя его внимание.

— Что же?

— Ему показалось, что она очень устала. И понял, что женщина была очень взволнованна. Он решил, что она, возможно, была с мужчиной, который попытался на нее напасть, и ее либо заставили выйти из машины и идти пешком, либо она стукнула его чем-то по голове для самообороны, или что-то в этом роде. Он пытался заговорить с ней, но не смог вызвать на откровенность. Довез он ее до Юнион-Стейшн и был уверен, что там она собирается взять другое такси, чтобы поехать в другое место. У нее не было багажа, хотя женщина объяснила, что ее будет встречать у подъезда муж. Водитель решил, что она врет. Кедди заявил, — продолжал Пол, — что он слушал радио и читал утренние газеты, чтобы узнать, что произошло на той дороге — авария или преступление.

— Он может узнать эту женщину? — спросил Мейсон.

— Да, может.

— Прекрасно, — спокойно заметил Мейсон.

— Итак, — сказал Дрейк, — интересно, зачем я вчера следил за такси, Перри?

— Тебя это к чему-то обязывает?

— Я шпионил для тебя за тем такси.

— Тебе не нужно говорить об этом полиции.

— Ну, это зависит от того, зачем я это делал.

— Ты не знаешь, зачем это делал?

— Думаю, — сказал Дрейк, — ты хотел посадить в такси кого-то из друзей своего клиента, чтобы расспросить таксиста о том, что случилось. Меня это очень беспокоит. А может, тот человек, которого он подобрал, и был твой клиент. Это ставит нас обоих в затруднитель-

— Почему.'

— За искажение улики.

— Искажение какой улики?

— Показаний свидетеля.

— Как?

— Ну, попытка повлиять на него.

— Повлиять, чтобы он что сделал?

— Я не знаю, что говорили те люди, которых подобрало такси.

— Тогда, — заключил Мейсон, — у тебя нет нужды беспокоиться. Что ты еще знаешь?

— Этого не достаточно?

— Нет. Возможно, есть что-то еще?

— Ну, полиция решила, что у Кедди была верная мысль. Они стали спрашивать таксистов, которые были на Юнион-Стейшн, чтобы найти того, кто помнит пассажирку, одетую в белое.

— Понимаю, — сказал Мейсон.

— Ты чертовски скрытный! — взорвался Дрейк.

— А кому мне открываться? — возразил Мейсон. — Самому себе?

— Ну, — проговорил Дрейк, — я думал, ты знаешь, что…

Его прервал телефонный звонок.

— Может, это меня, Перри, — сказал Дрейк. — Я сказал, что, если будет что-то важное, пусть перезвонят сюда.

Делла Стрит взяла трубку и кивнула:

— Это тебя, Пол.

— Да, это Пол… — произнес Дрейк в трубку. — Повторите, пожалуйста. Да, я передам мистеру Мейсону. Больше ничего?.. О’кей. Спасибо… Ну вот, — утомленно сказал Дрейк. — Приехали.

— Куда? — спросил Мейсон.

— К одному из тех, кто болтается вокруг тебя. Полиция нашла орудие убийства.

— Где?

— Кто-то сбросил его вниз к северу от дома.

— Замечательно, — проговорил Мейсон. — Что они определили по оружию?

— Они определили, что это револьвер «смит-и-вес-сон» тридцать восьмого калибра, с пятидюймовым стволом, что из него стреляли трижды, номер на пистолете не забит. По номеру полиция определила, что он был продан Энрайту А. Харлану, живущему на Ламисон-аве-ню, 609. Примерно в то же время, — продолжал он, — полиция нашла таксиста, подобравшего пассажирку на Юнион-Стейшн, похожую по описанию на девушку, которую они искали. Этот таксист сообщил, что отвез ее куда-то на Ламисон-авеню, но номер дома точно не помнил, сказав, что это где-то между Пятой и Седьмой улицами. Тогда, — продолжал Дрейк, — полиция попросила таксиста указать дом, и это оказался номер 609 по Ламисон-авеню, принадлежавший мистеру и миссис Энрайт А. Харлан. Полиция пригласила их в участок для небольшой беседы с окружным прокурором. Сейчас они там.

— Ладно, — сказал Мейсон. — Похоже, будет интересное дело.

— Ты все почему-то скрываешь, — застонал Дрейк. — Это будет действительно волнующее дело, когда они узнают, что ты сделал с тем водителем.

— Что я с ним сделал?

— Ты… Черт, я не знаю, что именно ты с ним сделал. Вероятно, ты пытался как-то запутать дело. Ты…

Телефон снова зазвонил. Делла Стрит ответила и кивнула Дрейку:

— Снова тебя, Пол.

Дрейк взял трубку:

— О’кей, это Пол… Кто это, Джим?.. Да, понимаю. Они, да?.. Ну, скажи мне.

Почти минуту Дрейк слушал молча, потом задумчиво сказал:

— Ну, думаю, тут все ясно. Держите меня в курсе дела. Спасибо, что рассказали.

Дрейк повесил трубку.

— Ты так сообразителен, Перри, мог бы посоветовать своей клиентке быть чуть поосторожней.

— Каким образом?

— Полиция открыла ее сумочку и нашла квитанцию об оплате такси за поездку к Юнион-Стейшн на сумму два доллара девяносто пять центов. Водитель такси точно помнит эту сумму, так как она дала ему три с половиной доллара, оставив пятьдесят пять центов на чай. На квитанции был номер такси — семь-шестьдесят один. Мне кажется, ты мог бы это предусмотреть и посоветовать своей клиентке выбросить квитанцию где-нибудь в урну. Теперь мы на крючке.

— Кто на крючке?

— Ты и я.

— Ты не имеешь к этому отношения.

— Хотелось бы, чтоб было так, но я сйедил за такси.

— Теперь слушай меня, — сказал Мейсон. — Ты делаешь для меня большую работу, Пол. Но это нужно держать в секрете.

— А если полиция меня спросит? Я не смогу им врать.

— Пол, тебя беспокоит желудок. Ты живешь на сырых гамбургерах и непрожаренном луке. Ты ешь нерегулярно, потребляешь слишком много жареного. Тебе нужен хороший отдых. Можешь начинать его прямо сейчас.

Дрейк удивленно посмотрел на него.

— У меня есть работа в Ла-Джолле, и я хочу, чтобы ты ею занялся, — сказал Мейсон.

— Какая?

— Детали сообщу по телефону, когда ты будешь там.

— Я сейчас должен ехать?

— Немедленно, — ответил Мейсон. — Возьми хороший номер в мотеле, наслаждайся океанским бризом и отдыхай.

— Думаю, мне это понравится.

— Кто будет в твоем офисе, когда ты уедешь?

— Гарри Блэнтон. Я должен сходить в банк за деньгами.

— Дай Полу деньги из сейфа, Делла, — сказал Мейсон.

Она кивнула.

— Итак, — Мейсон посмотрел на часы, — тебя больше ничто не задерживает, Пол.