Нита Молин сидит в кабинете Дюриэа, сложив на коленях руки в перчатках. Неожиданно она меняется в лице.

— Итак, мисс Молин, я повторяю свое утверждение о том, что смерть мистера Стирна была вам выгодна в финансовом смысле, не так ли?

— Да.

Дюриэа выдвигает ящик своего стола и достает из него револьвер 38-го калибра, обнаруженный водолазом на морском дне.

— Я хотел бы, мисс Молин, чтобы вы сказали мне, знакомо ли вам это оружие.

Нита встает, делает шаг назад:

— Сожалею, мистер Дюриэа, но я не люблю такие предметы.

— Посмотрите на него внимательнее, — настаивает Дюриэа, сунув ей револьвер под нос. — Вы его уже видели раньше?

— Нет. Я не часто вижу оружие.

— Значит, вы не узнаете его?

— Нет.

— Вы в этом уверены?

— Да.

Дюриэа говорит медленно, подчеркивая каждое слово:

— Этот револьвер был поднят водолазом со дна океана. Нет сомнения в том, что он был брошен в воду с «Джипси Квин».

Она молча качает головой, не спуская глаз с оружия.

— На револьвере есть номер, — продолжает Дюриэа. — А по нашим законам, любой торговец оружием обязан при его продаже записать в книгу номер оружия, имя и адрес клиента.

— Да, я знаю.

— Ах так? Благодаря номеру мы установили, что он был продан сначала одному оружейнику в Лос-Анджелесе, а тот продал его в свою очередь… кому бы вы думали?

Нита чувствует себя как пойманный в клетку зверь, но сжимает зубы и молчит.

Дюриэа спокойно продолжает:

— Револьвер был продан известному вам Артуру С. Райту.

— Это револьвер Артура? — удивляется Нита.

— Да.

— И его сбросили в воду с яхты?

— Очевидно. Но это еще не все, мисс Молин.

Нита поднимает вверх тонкие брови.

Дюриэа продолжает:

— Благодаря специальному прибору, названному сравнительным микроскопом, мы можем безошибочно установить принадлежность данной пули данному оружию. У нас есть неопровержимые доказательства, что пули, которыми были убиты Стирн и Райт, выпущены из этого револьвера.

Нита Молин погружается в глубокую задумчивость.

— Реконституция¹ преступления позволила нам сделать вывод о том, что вместо предполагаемого двойного убийства речь идет в данном случае об убийстве и последовавшем за ним самоубийстве. Что вы об этом думаете?

— Я? Ничего.

— Сколько времени вы пробыли на яхте, прежде чем вам стало плохо?

— Минуту или две, не больше. Когда я подплыла к яхте, подала голос, но никто мне не ответил. Я подумала, что все еще спят. Я поднялась на яхту и решила Приготовить кофе. Я спустилась в большую каюту и… увидела трупы.

— Сколько времени вы оставались там?

— В каюте с трупами?

— Да.

— Только несколько секунд, максимум минуту.

— Что вы делали потом?

— Я закричала и побежала по яхте, но все каюты были пусты. Тогда я подбежала к борту и…

— Да, нам известно, что произошло потом. Я хотел бы знать, что произошло до этого.

— Но больше ничего не произошло.

— Вы все рассказали?

— Да, все.

— Вам больше ничего не известно?

— Нет, ничего.

Дюриэа хмурится.

— Тем не менее я убежден, мисс Молин, что вы что-то скрываете.

Нита возмущенно вскакивает со стула и говорит:

— Я не могу больше иметь с вами дело, мистер Дюриэа. Я вам все сказала, и я отказываюсь от дальнейших допросов. Я не хочу…

В этот момент дверь в кабинет открывается, на пороге появляется мисс Стивенс, секретарша Дюриэа, и докладывает:

— Здесь мистер Виггинс. Он говорит, что вы его ждете.

— Пусть подождет, — отвечает Дюриэа с легким раздражением.

‘Реконституция — воспроизведение обстановки и подробностей преступления.

— Он говорит, что привел людей, которых вы…

Грэмпс деликатным движением отстраняет мисс Стивенс и входит в кабинет.

— Спасибо, милочка, — начинает он своим пронзительным голосом. — Мистер Дюриэа назначил встречу этим людям… Входите, друзья мои.

Прокурор ошеломленно смотрит на Грэмпса и на входящую в кабинет пару.

Внешность обоих не внушает ему доверия. Мужчина кажется очень робким и смущенным, зато женщина — настоящая бой-баба. Она решительным жестом отстраняет Грэмпса, подходит к Ните и начинает беззастенчиво разглядывать ее. Мужчина тоже внимательно смотрит на Ниту.

— Что скажете? — спрашивает Дюриэа раздраженным тоном.

Мужчина энергично трясет головой. Мужеподобная женщина следует его примеру и неистово трясет своими жирными лохматыми волосами.

Дюриэа понял, что Грэмпс обвел его вокруг пальца. Он поворачивается к старику и говорит, едва сдерживая ярость:

— Хватит! Уходите! Уведите отсюда этих людей!

— Слушаюсь, мистер, — отвечает Грэмпс с наигранной почтительностью.

Повернувшись к своим «друзьям», он произносит:

— Это все, что от вас хотел прокурор. Вы можете идти.

Раздраженность Дюриэа возрастает, когда он осознает, что изгнание четы из кабинета было запланировано Грэмпсом. Когда посетители выходят из кабинета и мисс Стивенс закрывает за ними дверь, рассерженный Дюриэа поворачивается к мисс Молин.

К его удивлению, в ее облике произошли разительные изменения. Горделивая надменность улетучилась. Губы девушки дрожат, хотя она изо всех сил пытается овладеть собой. Неожиданно она разражается рыданиями, обхватив голову руками.

— Прошу прощения… — говорит Дюриэа смущенным тоном.

— О! Я не должна была этого делать! Мне не пришло в голову, что кто-то мог меня видеть. Я уже в прошлый раз сильно перепугалась, когда приходила другая пара. Я поняла, что вы ищете…

Дюриэа быстро меняет тактику и спокойным голосом произносит:

— Мне кажется, мисс Молин, будет лучше, если теперь вы мне скажете всю правду.

— Когда эти люди меня видели?

— Мисс Молин, я попрошу вас сделать подробнейшее заявление, не упуская ни одной мелочи.

Он открывает дверь в смежный кабинет:

— Мисс Стивенс, будьте любезны записать показания.

Усадив секретаршу, он обращается к мисс Молин:

— Я вас слушаю.

Нита смущенно говорит:

— Я рассказала вам не всю правду…

— …о вашем появлении на яхте.

— Да. Я была на яхте в субботу днем.

— О! — восклицает Дюриэа.

Он тут же спохватывается. Не стоит демонстрировать Ните свое удивление.

— Продолжайте, мисс Молин, я слушаю.

— Видите ли, Эддисон очень настаивал, чтобы я приняла участие в этой морской прогулке, во время которой он хотел обсудить со мной какие-то важные вещи. Но я ему сказала, что в субботу буду занята, так как у меня была назначена встреча с парикмахером… я вам уже говорила… В субботу, около часу дня, Эддисон позвонил мне.

— Где вы были?

— У парикмахера.

— А где был Стирн?

— В Санта-Дельбарре, в яхт-клубе.

— Зачем он звонил?

— Он меня спросил, в котором часу я освобожусь, и я сказала, что часа в два. Он попросил меня освободиться как можно скорее и выяснить, где находится Пирл Райт или на худой конец Хилберс. Он попросил меня перезвонить ему, как только я что-нибудь узнаю.

— Он вам сказал, куда звонить?

— Да, в яхт-клуб.

— Дальше.

— Освободившись, я сразу поехала к Пирл Райт. Ее не было дома, и прислуга ничего не могла мне толком объяснить.

— Вы знакомы с Уорреном Хилберсом?

— Да.

— Стирн хотел, чтобы вы подтвердили, что миссис Райт находится в обществе своего брата?

— Да.

— И узнали, где находится ее брат?

— Да.

— Как вы это обнаружили?

— Я позвонила своим друзьям на остров Каталина, и они сказали мне, что Пирл и ее брат появились утром, часов в девять или десять.

— Дальше?

— Обычно вся эта группа яхтсменов-фанатиков снимает один или несколько коттеджей на острове. Я узнала от своих друзей по телефону, что Уоррен и Пирл некоторое время кружили на катере вокруг острова, а позднее они видели на катере одного Уоррена, из чего я заключила, что они сняли коттедж, где осталась Пирл. Я спросила у друзей, где Хилберс обычно останавливается, и они мне назвали коттедж старой миссис Ралей.

— Вы попытались дозвониться до миссис Райт?

— Я позвонила ей позднее, в воскресенье вечером.

— Значит, Уоррен — фанатик водного спорта?

— Да, но он любит только сверхскоростные катера. Обычные яхты его не интересуют. Они схожи в этом с сестрой. Это она подарила ему последний катер.

— Мистер Стирн не сказал вам, зачем он их разыскивал?

— Нет. Я думаю, он хотел быть уверен, что… О, я не знаю.

— Уверен в чем?

— Не знаю, — повторяет Нита, покачав головой.

— Хорошо, продолжайте. Что вы сделали после того, как узнали, где они находятся?

— Я попыталась дозвониться до Эддисона. В яхт-клубе мне ответили, что он уехал и не сказал, когда вернется. Тогда я решила сама отправиться в Санта-Дельбарру, чтобы поговорить с Эддисоном.

— О чем?

— О том, что произошло между Артуром и Пирл. Я не хотела быть замешанной в их ссору.

— Итак, вы отправились в Санта-Дельбарру.

— Да.

— В котором часу вы туда приехали?

— Около четырех часов.

— Вы поднялись на яхту?

— Да.

— Как?

— Когда я вошла на понтонный мост, я заметила человека в шлюпке с другой яхты. Я попросила его подбросить меня на «Джипси Квин». Он охотно согласился.

— Вы застали там Райта и Стирна?

— Нет, только Эддисона. Он очень удивился, увидев меня. Он приложил палец к губам, чтобы я молчала, и жестом пригласил меня пройти в носовую часть яхты. Там он сказал, что просил меня только позвонить ему. Он вовсе не хотел, чтобы я приезжала.

— Что вы ответили?

— Я сказала, что приехала узнать, что произошло. Он заверил меня в том, что ничего не случилось, и просил приехать утром в воскресенье.

— Вы ему рассказали о результатах ваших поисков? — Да.

— Он что-нибудь сказал по этому поводу?

— Он мне сказал, что Артур не должен знать о том, что я приезжала.

— Вам это показалось странным?

— Да. Я настаивала, чтобы он сказал мне, что все-таки произошло. Он объяснил мне, что Пирл Райт ушла из дома и, вероятно, оставила записку для Артура. И не исключено, что в ней она писала также обо мне.

— Это все, что он вам сказал?

— Да. Казалось, он нервничал и опасался, что Артур узнает о моем неурочном появлении на яхте. В то же время он меня уверял, что все будет в порядке, после того как он поговорит с Артуром, и рекомендовал мне приехать в воскресенье пораньше.

— Дальше?

— Мы спустились в шлюпку, и он проводил меня до яхт-клуба.

— И Артур Райт не узнал о вашем визите?

Нита, помешкав, говорит:

— Похоже, что узнал.

— Почему вы так думаете?

— Когда я выходила из шлюпки, я услышала, что Эддисон тихо выругался. Затем он мне сказал: «Артур вышел на палубу. Не оборачивайтесь и идите прямо в яхт-клуб».

— Вы так и сделали?

— Да.

— Это произошло около четырех часов?

— Да. По дороге в Лос-Анджелес я остановилась у заправочной станции и посмотрела на часы: было двадцать пять минут пятого.

— Хорошо. И вы позвонили миссис Райт на остров Каталина в воскресенье днем, после того как узнали об убийстве?

— Да.

— Зачем?

— Я подумала, что в дом может прийти полиция и обнаружить это письмо…

Она замолкает.

— Продолжайте, — просит Дюриэа.

— В письме могли быть вещи, вы понимаете, грязное белье…

— Вы боялись оказаться в щекотливом положении?

— Я думала не столько о себе, сколько о Пирл.

Дюриэа на минуту задумывается:

— Скажите, мисс Молин, вам не приходило в голову, что она убила своего мужа?

Нита твердо отвечает:

— Нет.

— Но вы подумали, быть может, что на нее падет подозрение?

— Я подумала, что эта мысль может прийти в голову полицейским, если они обнаружат письмо.

— И вам было известно, что в письме речь шла о вас?

— О… нет. Я только позднее вспомнила о словах Эддисона.

Минуту они молчат, затем Дюриэа спрашивает:

— Это все, что вы хотели мне сказать, мисс Молин?

— Да, это все.

— А в отношении того, что произошло в воскресенье утром?

Нита округляет глаза:

— А что произошло в воскресенье утром?