Хилберс с благодарностью смотрит на Дюриэа.

Пирл Райт слезливым тоном обращается к прокурору:

— Умоляю вас, мистер Дюриэа, обещайте мне, что вы проясните этот вопрос и узнаете, был ли на самом деле Эддисон Стирн отцом Ниты Молин или чем-то в этом роде…

— Или она была его любовницей, — добавляет Хилберс. Затем молодой человек поворачивается к Милдред: — Надеюсь, вы простите нам наше вторжение. Мне, право, очень неловко, что мы испортили вам вечер, но…

Милдред импульсивным жестом протягивает ему руку:

— Не стоит извиняться, мистер Хилберс. Я прекрасно вас понимаю. Вы поступили правильно.

Дюриэа провожает посетителей до крыльца. Когда он возвращается в гостиную, Милдред говорит ему:

— Они оба очень симпатичные. Ты тоже считаешь, что кто-то унес из каюты револьвер и письмо?

— Вполне возможно. — Он на секунду задумывается и добавляет: — Может быть, нам тоже поиграть в детективов, что ты на это скажешь? Было бы неплохо вернуться на яхту и в спокойной обстановке еще раз все осмотреть.

— Значит, мы не идем в кино? Филыц демонстрируется сегодня последний вечер…

— Ты Виггинс или нет? Твой предок не колебался между долгом и бредятиной…

— В таком случае я выбираю долг…

— Ты достойна быть женой прокурора, Мил. А я постараюсь быть достойным Грэмпса Виггинса. В путь!