Проклятый будильник позвонил без четверти шесть. Я проснулся, но сознание было затуманено, и потребовался холодный душ, чтобы оно начало нормально работать. Я побрился, оделся, спустился в гараж, взял служебную машину и отправился обозревать городские парки. Утомительная процедура. Но машин было мало, и передвигался я относительно легко. Ураган, бушевавший всю ночь, понемногу утих. Ветер прекратился. Радовал свежий, бодрящий воздух раннего утра, когда еще не стало слишком жарко. Даже на центральных улицах воздух был прохладен и чист. А ведь через несколько часов солнце расплавит асфальт, будет трудно дышать от жары и обилия выхлопных газов.

В парке уже появились первые теннисисты. В том числе женщины в шортах. Они поглядывали на меня с любопытством, когда я медленно объезжал корты.

В Гриффит-парке я увидел, как играют смешанные пары. Одна из девушек заинтересовала меня. Сильная, энергичная. Она быстро перемещалась по площадке, била по мячу резко, сгибалась и разгибалась, как стальная пружина. Мощная подача и удар, способный выбить ракетку из рук мужчины-соперника, что там говорить — опытная теннисистка. Присмотревшись (я сидел в своей машине), решил, что эта пара не впервые встречается на корте.

Играя против соперника, девушка, за которой я наблюдал, явно смягчала удары.

К сетчатой ограде корта был прислонен велосипед, на руле висел свитер.

Игра прекратилась примерно без четверти восемь. Соперники пожали руки через сетку, обменялись любезностями: «Благодарен за удовольствие». — «Вы в прекрасной форме». — «Отыграемся как-нибудь в другой раз».

Девушка подошла к велосипеду, натянула на себя свитер и обернула юбку вокруг бедер, прямо поверх шорт, застегнув ее на пуговицы.

Я быстро покинул кабину, подошел к теннисистке, приподнял шляпу.

Она держалась холодно, по-видимому, не одобряя случайных знакомств.

— Вы прекрасна играете, — похвалил я.

— Спасибо. — Вежливо ответила она, но отчужденность в глазах не исчезла.

— Не уходите, — попросил я.

Она окинула меня пренебрежительным взглядом.

— Нельзя ли поговорить с вами, мисс Старр?

Девушка уже поставила ногу на педаль велосипеда и готовилась оттолкнуться, но, когда я назвал ее имя, удивилась, и движения ее замедлились.

— Извините за нетрадиционный метод знакомства, но я должен был увидеться с вами прежде, чем вы прочтете утренние газеты.

Девушка насторожилась. Она не отводила от меня взгляда. Ее глаза были блекло-серого цвета. В такой цвет окрашены многие автомашины.

— Кто вы такой?

Я вручил ей визитную карточку. Изучив ее, мисс Старр подняла на меня глаза.

— Так о чем пишут утренние газеты?

— Доктор Деварест найден мертвым в своем гараже. Отравился выхлопными газами.

Ее лицо словно заморозило: маска, и все тут.

— Хотите на мне отыграться? — .спросила она ледяным тоном.

— Хочу, чтобы вы сказали правду.

— Как вы меня нашли?

— В городе не так уж много девушек, которые питают пристрастие к спорту, ездят на велосипеде, появляются рано утром на теннисных кортах.

— Откуда вы знаете о моих вкусах?

— Ваши перчатки… на них графитная смазка для велосипедов. Молодая женщина, теннисистка такого уровня, как вы, скорее всего играет в теннис и по выходным дням. Значит, у нее есть и вторая ракетка. А первую, ту, которой вы играете по рабочим дням, нашла полиция в багажнике машины доктора Девареста.

— Бедняга! Он был тяжело болен, его мучил нефрит, но держался мистер Деварест мужественно. Несколько лет он, беспечно созерцая, как болезнь прогрессирует, записывал наблюдения над своим организмом. Я-то думала, что могу помочь ему, стараясь вытащить его рано утром на теннисный корт. Мистер Деварест отказывался, могут, мол, быть вызовы, я настаивала, убеждала его, что пациенты редко звонят по утрам. Они любят звонить ночью, когда доктор уже улегся в постель.

— А для того чтобы миссис Деварест не ревновала, он оправдывал свое отсутствие по утрам срочными вызовами?

Девушка пожала плечами:

— Я не знаю, что доктор говорил своей жене. Мы играли всего несколько раз. Это правда… что он… погиб?

— Да.

— Как это случилось?

— Он въехал в гараж. Мотор забарахлил, он пытался исправить его…

— Да, он страшно любит… любил возиться с машиной, чистить свечи и всякое такое.

— А шофер?

— Доктор терпеть не мог, когда его обслуживали. Он предпочитал все делать сам. Никогда не ездил с шофером. Шофер возит миссис Деварест. Вот для нее он что-то вроде лакея.

— А почему вы сбежали сразу же после того, как сейф был ограблен?

— Я здесь ни при чем, — отрезала мисс Старр и взялась за руль велосипеда.

— Это интересует не только меня, — возразил я, — но и полицию. Исчезновение ваше подозрительно. Полиция намерена разыскать вас.

Девушка слезла с велосипеда.

— Ну ладно, — вздохнула она, — давайте поговорим. Поедем вместе в машине?

Я кивнул, открыл дверцу.

— Садитесь. Рядом со. мной, хорошо?

— Будете задавать вопросы или я сама расскажу, как сумею?

— Рассказывайте, — согласился я.

— У вас есть сигареты?

Она закурила, откинулась на спинку сиденья. В ней, чувствовалось, происходила внутренняя борьба. Я не торопил девушку, дал ей время покурить, подумать.

— Есть свои причины… — начала она.

— Причины чего?

— Моего бегства.

— Они в глубоком прошлом?

— Не в очень глубоком.

— Что-нибудь, что связано с должностью секретаря?

— Вовсе нет. Это случилось задолго до того, как я получила работу у миссис Деварест. Тогда я и взяла фамилию Старр, стала жить самостоятельно… Впрочем, я пытаюсь забыть о своем прошлом. Хочу, чтоб и другие забыли…

— О чём вы хотите забыть?

— Не надо входить в детали.

— Напрасно. Я мог бы вам помочь.

— Я не нуждаюсь в помощи.

— Вы заблуждаетесь. Ваша репутация небезупречна.

— Вы полагаете?

— Пропадают драгоценности. Исчезает секретарша. У полиции небогатое воображение. Она складывает два и два и всегда получает четыре, хотя в вашем случае результат может быть иным: шесть, восемь и даже двенадцать.

— Если меня найдут, мы внесем поправки в расчеты.

— Я вас уже нашел.

— Разве вы из полиции?

— Нет.

— Для чего тогда все эти расспросы?

— Я расследую это дело. Меня нанял доктор Деварест.

— С какой целью?

— Чтобы я нашел вас.

— Хорошо, вы меня нашли. Что дальше?

— Я должен отчитаться перед своим клиентом.

— Но он же мертв!

— Тогда перед его вдовой.

Мисс Старр решительно повернулась ко мне.

— Остановите машину. Я сяду на велосипед и уеду.

— Я предусмотрел и такой поворот событий.

— Что вы можете мне сделать?

— Я могу отвезти вас в ближайший полицейский участок.

— Не легко меня удержать.

— И от меня не легко сбежать.

— Но вы ведь не хотите передать меня полиции?

— Моя задача — не в этом. Я думаю, доктор больше был заинтересован в том, чтобы найти вас, а не драгоценности.

Несколько секунд она молча глядела на меня.

— Остроумно. Но в чем, собственно, смысл всего шума, вами поднятого?

— Видите ли… Что-то было в сейфе, очень ценное для доктора. А также для того, кто вскрыл сейф. Похищенные драгоценности — это чтобы сбить с толку тех, кто берется расследовать кражу. Это камуфляж, скрывающий истинные намерения похитителя, а возможно, предлог, который использовал Деварест, чтобы вызвать полицию.

— Я взяла то, что лежало в сейфе? Так считал доктор?

— Очевидно.

— Я ничего не брала.

— Меня наняли для того, чтобы я вас нашел. Я это сделал. Вы можете обсудить свои проблемы с моими клиентами.

— Но миссис Деварест — не ваш клиент.

Я усмехнулся:

— Она получила меня по наследству.

— Вам известно, что было в сейфе?

— Нет.

Девушка курила. Молчала. Думала. Пребывала, может быть, в некоторой растерянности — доверить ли мне некую серьезную информации или придумать убедительную, но лживую отговорку. Наконец мисс Старр загасила сигарету.

— Доктор Деварест благословлял землю, по которой ступала Надин Крой и ее маленькая Селма. Для них он был готов на все. — Она вздохнула. — Не знаю, что там было в сейфе, знаю, что Уолтер Крой, муж Надин, оказался подлецом. Он преследовал Надин, требовал отдать ему Селму, обращался в суд, к адвокатам. Внезапно все это прекратилось, и мы больше ничего не слышали об Уолтере. Тогда доктор и устроил себе сейф в кабинете.

— Любопытно. И что же?

— Да так, мелкие подробности…

— Вы полагаете, что доктор Деварест заставил Уолтера оставить Надин в покое?

— Я так думаю.

— Каким образом он осуществил это дело?

— У доктора было средство, которое… нельзя назвать шантажом, но похожим на шантаж, наверное.

— Интересно, — протянул я.

— Очень, — быстро согласилась она.

— И потому вы сбежали из дома доктора, когда произошла вся эта история с сейфом?

— Я решила, так будет лучше.

— А вы встречались после этого с доктором, играли с ним в теннис?

— Когда?

— После того, как сбежали?

— Нет. Это было раньше.

— И все-таки вы играли с ним?

— Я вам уже сказала.

— Но вы не сказали, играли ли вы с доктором в среду утром?

— Не в среду, а во вторник. В среду он ездил на рыбалку. Я ушла во вторник…

— Где вы живете?

— Это вас не касается.

— Хотите, чтобы я пошел к миссис Деварест и рассказал ей все, что узнал от вас?

—. Нет, не хочу. Лучше избрать другую тактику… Пойдите к миссис Деварест и скажите ей, что, мол, трагическая кончина мужа положила конец расследованию, что, мол, не требуется больше моего, то есть вашего участия в поисках драгоценностей. Правда, доктор Деварест заключил, мол, со мной соглашение на определенных условиях, но мы с вами, миссис Деварест, можем найти компромисс: вы выплачиваете мне некую сумму, и я выхожу из игры.

— Почему это я должен так поступить?

— Потому что это устроит всех.

— Доктор, очевидно, пришел к выводу: то, что было в сейфе,'находится у вас.

— Вы ошибаетесь, — возразила мисс Старр. — Доктор думал, что я знаю того, кто взял находившееся в сейфе.

— А вы знаете?

Ее колебания были заметны, отражались на лице.

— Нет, не знаю.

— Есть какие-нибудь догадки?

— Нет.

— Если бы доктор Деварест был жив, вы бы не вели себя так решительно, не выпаливали «нет» в ответ на все мои вопросы.

Она не отвела взгляда.

— Дайте мне еще одну сигарету, — попросила собеседница. Я протянул ей пачку.

По сосредоточенному виду девушки я понял, что она обдумывает дальнейший образ своих действий.

— Послушайте, мне надо принять душ и позавтракать, — объявила мисс Старр. — Вы, по-видимому, не хотите везти меня в полицейский участок, но и не отпускаете. Договоримся так: я скажу вам, где я живу, и мы закончим на этом.

— Хорошо. Где вы живете?

— В Бел-Айре. Всего в нескольких кварталах отсюда.

— Живете одна?

— С подругой.

— У вас есть комната и в доме доктора Девареста…

— Да, но там я работаю. А в свободное время у меня есть выходной, это значит — две ночи…

— А когда у вас выходной?

— По средам. Я уезжала вечером во вторник, возвращалась утром в четверг.

— Доктор Деварест, кажется, тоже старался отдыхать по средам.

Она холодно заметила:

— Не остроумно. И не пытайтесь меня запутать.

— А что? Не получится?

— Нет!

Она распахнула дверцу кабины. Я остановился, и мисс Старр вышла из машины. Я не стал ее удерживать. Помог вытащить велосипед. Девушка умчалась. Я поехал следом. В одном из кварталов Бел-Айре мисс Старр остановилась, слезла с велосипеда, оставила его на тротуаре и вошла в какой-то дом.

Я загнал машину на стоянку, нашел телефон и позвонил Элеи Бранд, тактичному и исполнительному секретарю нашего бюро.

— Элси? Привет! Ты уже завтракала?

— Только что позавтракала.

— Можешь мне помочь?

— Чем?

— Надо помять один велосипед.

— Как это… помять?

— Повредить его автомобилем. Это поручение нашего агентства.

— Берта знает?

— Нет.

— Позвони ей, объясни.

— Слишком долго придется объяснять.

— Где ты сейчас?

— На Вермонте, Бел-Айре.

— А я успею вернуться и вовремя открыть контору?

— Думаю, да, это не займет много времени.

— Что я должна сделать?

— Поезжай прямо, заверни в боковую улочку. Погуди два раза, когда завернешь за угол, замедли ход, чтоб я успел уехать. Увидишь дом, где сдаются комнаты, у дома велосипед. Если ни велосипеда, ни меня не окажется, немедленно уезжай и забудь про мою просьбу.

Элси, как прилежная ученица, повторила:

— Я сигналю. Ты уезжаешь. Велосипед стоит возле дома. Что дальше?

— Ты не очень искусна в разворотах и поворотах. И желая поставить машину, «случайно» задеваешь велосипед. Повреди его… слегка — но так, чтобы им нельзя было сразу же воспользоваться.

— А потом?

— Выбежит девушка, возмутится…

— Я ее понимаю.

— Не волнуйся. Ты ведь застрахована в своем автоклубе? — Да.

— Держись надменно. Скажи, что не следует так небрежно бросать велосипед возле автостоянки. И нельзя приставать к тебе со всякой ерундой! Оставь девушке свое имя и адрес и уезжай.

— Не пытаться следить за ней?

— Ни в коем случае!

— Это все?

— Все. Сообщи в автоклуб и предупреди, что когда поступит жалоба с описанием повреждений, пусть тебе ее передадут, чтобы ты могла ознакомиться с деталями.

— О’кей, — весело сказала Элси. — Я уже в пути.

Я повесил трубку и вернулся к машине, рассудив, что Элси Бранд будет здесь минут через десять. В характере Элси была очень ценная черта: если она за что-нибудь бралась, то делала это быстро и качественно.

Не прошло и десяти минут, как я услышал гудки и увидел в зеркальце ее машину. Я глянул на часы, небрежно нацарапал кое-что в блокноте и укатил.

Укатил, успев заметить, как подъехала Элси Бранд, как она повернула машину на стоянку, как правое переднее колесо резко вывернулось, автомобиль занесло, и он стукнул по велосипеду, небрежно поставленному у тротуара.