— И это все? — удивленно спросила Эллен Эйдер, когда лейтенант Трэгг направился к дому Агнес Берлингтон, а Перри Мейсон завел мотор.

— Нет, это далеко не все, — ответил Мейсон. — Это только начало.

— Но он не задал мне ни одного вопроса относительно того, что я знаю об убитой женщине.

— Он знал, что я не позволю вам отвечать на такие вопросы, — пояснил Мейсон. — Но даже если бы вы и ответили на них, у него не было бы возможности проверить, солгали вы или сказали правду.

— Что вы обо всем этом думаете?

— Лейтенант Трэгг разбирается в убийствах гораздо лучше, чем мы. Но если все-таки принять во внимание степень трупного окоченения, оставленный в доме свет и невыключенную оросительную систему, то можно предположить, что Агнес Берлингтон была убита приблизительно сутки назад. Правда, степень окоченения трупа — это лишь один из факторов, которые помогают определить время смерти. Есть и другие: температура тела, время последнего приема пищи, состояние пищи в желудке и много других. По мнению Трэгга, все мы люди умные и не будем пытаться избегать допроса. Он, например, знает, что все мои слова — правда, но лейтенант не- совсем уверен, что я ему сказал все. Например: зачем мы приехали к Агнес Берлингтон, какое дело связывает меня с вами и многое другое.

— Так вы беретесь за мое дело или нет? — спросила Эллен Эйдер, когда машина свернула на бульвар.

— Я не все еще понимаю, Эллен, — ответил Мейсон. — Сперва вы отказываетесь от моих услуг, а потом паникуете и снова прибегаете ко мне. Почему?

- Я не паниковала. Я просто задумалась и пришла к выводу, что, поскольку речь иде^ о двух миллионах, мне нечего больше прятаться. Я поняла, что они меня все равно найдут, что они найдут и Агнес Берлингтон, и Уайта… Ну и пришла к выводу, что незачем больше прятаться. Уайту надо становиться на ноги, и два миллиона помогут ему сделать это.

— Поэтому вы и пришли опять ко мне?

— Да.

Несколько кварталов они проехали молча, потом Мейсон сказал:

— Вы очень расчетливая женщина, Эллен.

— Я не расчетливая, я действую под влиянием обстоятельств. Правда, пытаюсь контролировать свои поступки.

— Я это и имел в виду, — ответил Мейсон. — И самоконтроль у вас отличный.

— Вам это не нравится?

— Не знаю… Но ведь всего несколько минут назад вы были в истерике.

— Я справилась со своей истерикой. А после нервного потрясения чувства обычно притупляются.

— И вы становитесь холодной и равнодушной ко всему?

— Конечно, я сейчас более холодна и равнодушна, чем в тот момент, когда увидела труп.

— Тем не менее, когда был обнаружен труп, вы действовали вопреки своему характеру, — заметил Мейсон. — Я сказал вам, чтобы вы ни к чему не притрагивались, а вы, словно пьяная, начали бродить по комнате, натыкаясь то на одно, то на другое, хватаясь то за шкаф, то за ручку двери, а потом вырвались из рук Деллы и натолкнулись на стену, чтобы и там оставить свои следы… Да, и еще. Когда я заглядывал в окно, вы встали рядом и тоже оставили свои отпечатки на стекле.

— Ну и что? — удивилась она. — Разве это можно поставить мне в вину?

— Вы везде оставили отпечатки пальцев…

— Мне очень жаль….

— Вы пожалеете еще больше, когда столкнетесь с лейтенантом Трэггом. Он не любит таких трюков. А ведь когда он найдет эти отпечаткй, он придет к выводу, что их слишком много. Лейтенант Трэгг — опытный офицер, и ему давно известны такие штучки.

— Он должен понимать, мистер Мейсон, что женщина не бездушная машина. Временами она чересчур логична, а временами непоследовательна.

— Все это понятно, — согласился Мейсон. — Но я уже сделал соответствующие выводы для себя, и мне было бы интересно узнать, придет ли к таким же выводам и лейтенант Трэгг.

— К каким же выводам вы пришли, мистер Мейсон? — поинтересовалась Эллен Эйдер.

— Что вы уже знали о смерти Агнес Берлингтон, когда появились в моей конторе в последний раз!

— Что вы говорите! — воскликнула Эллен Эйдер. — Никогда за всю свою жизнь я не слышала ничего подобного! Вы обвиняете меня в двуличии и лжи?!

— Я не обвиняю вас ни в чем, — спокойно ответил Мейсон. — Я просто высказал вам свою точку зрения. А сейчас прямо задаю вам вопрос: вы знали о смерти Агнес Берлингтон, когда пришли в мою контору?

— Конечно нет.

— Я даю вам немного времени подумать, Эллен, — сказал Мейсон. — Если вы уже знали раньше, что Агнес Берлингтон мертва, у вас будет ровно столько же неприятностей, сколько было бы, если бы вы вошли в ее дом с револьвером в руке и нажали на спуск, послав пулю в женщину, которая шантажировала вас.

— Я же сказала вам, что ничего не знала о ее смерти! Откуда мне было знать? Я думала, мы найдем ее живой и невредимой и вы сможете поговорить с ней.

Мейсон задумался.

— Странно, — произнес он. После небольшой паузы добавил: — На подъездной дорожке были видны следы автомобильных шин. Вода из оросительной системы не только затопила газон, но и вышла на гравиевую дорожку.

— Ну и что? — спросила она.

— Вам очень хотелось, чтобы я тоже проехал на машине до самого дома.

— Я думала, что так будет удобнее…

— Почему?

— Потому что… потому что… Ну, не знаю. Поближе к дому.

— Интересно, не хотели ли вы, чтобы я колесами своей машины затер уже имевшиеся там следы. Хотелось бы знать, не въезжали ли вы сами сегодня на эту подъездную дорожку и не остались ли там следы от вашей машины. Не входили ли вы в дом через черный ход и не видели ли уже труп Агнес Берлингтон, лежавший на полу. Хотелось бы знать и о том, не искали ли вы чего-нибудь в ее доме — каких-нибудь бумаг, дневника, чего-нибудь в этом роде — и не оставили ли где-нибудь еще отпечатков своих пальцев. Затем я хотел бы знать, зачем вы пришли ко мне, если собираетесь сами выкручиваться из этой ситуации. Только для того, чтобы я обнаружил труп Агнес Берлингтон и потом смог подтвердить лейтенанту Трэггу, что отпечатки пальцев вы оставили в моем присутствии?

— Мистер Мейсон, — произнесла Эллен Эйдер с холодной величавостью, — я полагаю, что при сложившихся обстоятельствах вы вряд ли сможете быть моим адвокатом.

— Это ваше дело, — ответил Мейсон. — Но хочу вас предупредить, что времени на размышления у вас осталось совсем мало. Если все, что я вам сказал, — правда, вам предъявят обвинение в предумышленном убийстве. И не ведите себя как ребенок — ведь лейтенант Трэгг предъявит вам это обвинение в ближайшие двадцать четыре часа. А теперь думайте, как вам выкрутиться из этого.

Эллен Эйдер промолчала.

— Ну? — спросил Мейсон. — Что вы скажете? И куда исчезло ваше величие?

Внезапно Эллен Эйдер коснулась рукой плеча Деллы Стрит.

— Все, что вы сказали, — правда, — призналась она.

Услышав это, Мейсон тотчас свернул с магистрали.

— Куда вы? — спросила Эллен.

— Туда, где никто не сможет вас найти, — ответил Мейсон. — И вы останетесь там до тех пор, пока я не узнаю всей правды.