В понедельник утром Мейсон вставил ключ в дверь своего кабинета, выходящую прямо в общий коридор.

– О, здравствуйте, незнакомец! – воскликнула Делла Стрит.

– Неужели ты успела меня позабыть? – улыбнулся Мейсон.

– Конечно – летаете туда-сюда в Сан-Франциско, работаете вместе с частными детективами. Что нового?

– Ничего. Могу сказать только, что Диана Дуглас – одна большая ходячая проблема. Хочется выбросить ее за борт.

– Тогда почему ты этого не сделаешь?

– Ну, у меня есть профессиональные обязанности.

– Она врала вам с самого начала, – напомнила Делла Стрит. – А когда не врала, то что-то скрывала.

– Знаю, – кивнул адвокат, – но бедняжка страшно беспокоилась о брате.

– О том, что попал в автокатастрофу?

– Он умер в пятницу, – сообщил Мейсон. – Похороны, по-моему, сегодня утром. В пятницу я велел Диане принять снотворное, лечь спать и постараться забыть обо всем.

– Ты ходил в компанию «Эскобар»?

– Познакомился с двумя весьма интересными мужчинами. Хотелось бы поподробнее выяснить о том, как они ведут дела. Я встречался с Хоумером Гейджем и Франклином Гейджем.

– Вкрадчивые и льстивые?

– Ставящие в тупик… Время от времени Хоумеру Гейджу приходится с трудом сдерживать себя. Создается впечатление, что Франклин Гейдж всю жизнь пытается не показывать своих истинных чувств. Когда он жмет тебе руку, ты думаешь, что на нее надета подушка из плоти, какая-то губка или резина – используемый им изоляционный слой, не позволяющий проникать магнитным течениям.

– От него к тебе?

Мейсон подумал несколько секунд, улыбнулся и ответил:

– В обе стороны… Мы чересчур углубились в эту тему, Делла. Однако должен заметить, что о человеке можно многое сказать по тому, как он пожимает руку. Есть какой-то магнетизм, который ты ощущаешь.

– Знаю, – кивнула Делла Стрит. – Иногда рукопожатие твердое и искреннее, иногда – какое-то уклончивое, в общем, трудно поддающееся описанию.

Мейсон снова задумался.

– Жать руки – странный обычай, – продолжал он. – На какое-то время соединяются два тела. В результате происходит обмен энергетикой, или как это там называется… Ладно, пора приниматься за работу.

– У тебя на сегодняшнее утро были назначены две встречи, однако, когда от тебя до вечера пятницы не поступило никаких сведений, я их отменила, – сообщила Делла Стрит.

– Да, мне следовало с тобой связаться, но я закрутился в Сан-Франциско. Вначале это знакомство в компании «Эскобар», а потом произошла одна странная вещь.

– Какая?

– Кто-то из стенографисток оставил записку для меня рядом с фигуркой из слоновой кости, выделявшейся среди других, так что я остановился, чтобы повнимательнее ее рассмотреть.

– О, теперь понятно, почему ты задержался в Сан-Франциско!

Мейсон улыбнулся.

– Это не такая записка, как ты думаешь. Вот, взгляни сама.

Адвокат вынул сложенный листок бумаги из блокнота и протянул Делле Стрит.

– Думаю, что печатали на электрической машинке, – заметила она. – Ты обратил внимание, кто из секретарш сидит за электрической?

– Нет, – покачал головой адвокат. – Я смотрел на выставленные изделия – статуэтки, слоновую кость, нефрит. У них в конторе добра на полмиллиона долларов.

– Тебе что-нибудь предлагали со скидкой?

– Они торгуют только оптом. Мне хотелось бы поподробнее выяснить, кто у них это все покупает и откуда они берут товар… Ты говоришь, что отменила все встречи на сегодняшнее утро?

– Да. Они были не очень важными. Так что я позвонила в пятницу в конце рабочего дня и извинилась.

– Выйдя из компании «Эскобар», я отправился в рыбный ресторанчик и пообедал, вернее, поужинал крабами, потом поехал в аэропорт… Вечер пятницы в аэропорту Сан-Франциско. Мне вообще повезло, что я добрался домой. Мы приземлились в пятнадцать минут шестого, и я решил тебя не беспокоить… Схожу к Полу Дрейку, выясню, не попалось ли что-нибудь на нашу приманку.

– Приманку?

– Я имею в виду Стеллу Граймс, оперативницу, проживающую под именем Дианы Дииринг в гостинице «Виллатсон». Не исключено, что мы отстали от событий. Кстати, к твоему сведению, Франклин Гейдж не стал носиться кругами, услышав про недостачу в двадцать тысяч долларов. На самом деле это оказалось только десять тысяч, потому что сам Франклин брал десять для заключения сделки, которая провалилась. Он вернул их в кассу в пятницу утром.

– И он сразу же признался в том, что брал десять тысяч долларов?

– Как только племянник сообщил ему, что есть недостача.

– Очень кстати, – заметила Делла Стрит.

– По-моему, они весьма небрежны с хранением таких сумм наличными. Я думаю, что Франклин Гейдж лучше понесет какие-то убытки, чем предстанет в суде, где ему придется объяснять, почему такие деньги лежат в сейфе у них в конторе и как они их используют… Не исключено, что они скрывают истинные доходы от налогового управления… К тому же не сомневаюсь, что они обходят множество таможенных инструкций.

– Контрабанда?

– Наверное, те, с кем они имеют дело, занимаются контрабандой. Все очень нерегулярно, непостоянно… Некоторые вещи, выставленные у них в конторе, на самом деле красивы… Схожу на минутку к Полу Дрейку. Думаю, что сейчас он на месте. А потом уже без передышки буду трудиться до вечера.

– У тебя назначены три важные встречи на вторую половину дня, – напомнила Делла Стрит.

– Хорошо. Я недолго – и снова на рудники… По-моему, похороны Эдгара Дугласа планировались на сегодняшнее утро. После этого можем услышать что-нибудь от Дианы. С другой стороны, можем никогда больше о ней не услышать. Предполагаю, что на похоронах появится Франклин Гейдж и скажет Диане, что все разговоры о присвоении денег оказались ложной тревогой. Диана, бесспорно, выглядела ужасно. Она прилетела на самолете из Лос-Анджелеса, отправилась в больницу и сидела у постели брата, когда он умер, потом ей пришлось заниматься организацией похорон и бежать на встречу со мной в здании, где находится компания «Эскобар». О, минутку… Я велел ей получить чек кассира, и она это сделала.

Мейсон достал из кармана кожаный бумажник, порылся в нем и объявил:

– Вот он. Чек кассира, выписанный Фермерским финансовым банком Сан-Франциско на имя Дианы Дуглас, доверенного лица, на сумму пять тысяч долларов. Не исключено, что она и срезала углы, но в точности выполнила мои указания, что касается этого чека, хотя в тот момент у нее, несомненно, разрывалось сердце. Она на самом деле любила брата. Насколько я понял, она одновременно была ему и сестрой, и матерью… Если случится что-то важное, я в Детективном агентстве Дрейка.

– Не торопись. Я позвоню, если будет что-то, требующее твоего немедленного внимания.

Мейсон отправился по коридору в контору Пола Дрейка, поздоровался с девушкой за коммутатором и большим пальцем показал в направлении кабинета главы агентства.

Оператор коммутатора улыбнулась, узнав Мейсона, и кивнула:

– Он на месте. Сейчас говорит по телефону. Проходите.

Пол Дрейк сидел за огромным письменным столом, на котором стояло несколько телефонных аппаратов. Когда Мейсон открыл дверь, сыщик заканчивал разговор. Детектив жестом показал Мейсону на стул.

– Привет, Перри, – поздоровался он. – Это место планировалось как командный пункт для руководства многочисленными операциями.

Мейсон откинулся назад.

– У тебя что, прямая связь с управлением полиции? – улыбнулся адвокат.

– Почти, – с серьезным видом ответил Дрейк. – Конечно, большая часть звонков идет через коммутатор, однако в пикантных ситуациях, когда мои люди работают с телефонами в машинах, у них просто нет времени соединяться через секретаря. Я даю им свой номер, не зарегистрированный ни в каких справочниках. Они звонят прямо мне и уверены, что если снимают трубку – то ее беру я.

– А если, предположим, тебя нет на месте?

– В таком случае на коммутаторе загорается лампочка и оператор отвечает. Однако, как правило, я здесь. Если мы работаем по делу подобного рода, нельзя отлучаться ни на секунду, в особенности если я даю им телефоны в машины… Что случилось, Перри?

– Я зашел насчет дела тридцать шесть – двадцать четыре – тридцать шесть. Диана Дуглас относится к тем, кто вызовет врача, потому что заболела гриппом, заставит его выписать себе лекарство, потом послушается совета двойника, примет две таблетки аспирина, запив их горячим молоком, и выбросит лекарство, прописанное врачом. Затем к ней заглянет подружка навестить ее и скажет, что ей необходимы витамин С и виски. В результате Диана примет несколько драже и выпьет горячего пунша. Потом кто-то посоветует горячий чай и хину. Она последует и этому совету. Когда снова зайдет врач, чтобы проверить, как она себя чувствует, Диана затолкает бутылку виски и чайник под кровать, чтобы врач не догадался, что она принимала, и воскликнет: «Доктор, я чувствую себя ужасно!»

Дрейк улыбнулся.

– Ты просто описываешь человеческую натуру, Перри. Что она еще натворила?

– Ничего. Она была очень привязана к брату, попавшему в автокатастрофу. Он скончался в пятницу рано утром. Однако к тому времени наша маленькая мисс Дуглас натворила множество всяких вещей, вернее сказать, не натворила. Предполагалось, что она вместе со мной полетит в Сан-Франциско, однако она не успела на самолет. У нее создалось впечатление, что кто-то ее преследует. При обычных обстоятельствах я принял бы подобные заявления клиента за чистую монету, но в данном случае меня одолевают сомнения. Пол, я считаю, что нам стоит снять с задания двойника из гостиницы «Виллатсон» и пока ничего по этому делу не предпринимать.

– Ты можешь мне рассказать о нем немного поподробнее, не нарушая профессиональной этики?

Мейсон покачал головой.

– Не забывай, Пол: твой клиент – я. Все, что ты знаешь о Диане Дуглас, ты раскопал сам, выполняя работу детектива. Позвони Стелле Граймс. Пусть собирает вещи и возвращается домой.

Дрейк поднял трубку и попросил оператора коммутатора:

– Свяжись с гостиницей «Виллатсон». Мне нужен семьсот шестьдесят седьмой номер. – Через несколько секунд Дрейк говорил уже со своей оперативницей: – Привет, Стелла. Похоже, работа закончена. Тебе следует собрать вещи и… Что?.. Ты уверена?.. Не вешай трубку. – Дрейк поднял глаза на Мейсона и сообщил: – Стелла считает, что происходит что-то странное. Когда она ходила завтракать, за ней по пятам следовал мужчина. Она уверена, что в конце коридора на седьмом этаже стоит дежурный. Он наблюдает за лифтом.

Мейсон взглянул на часы.

– Передай ей, что мы немедленно выезжаем, Пол.

– Послушай, Перри, я не могу вот так взять и сорваться с места. Я пошлю оперативника, если…

– В таком случае я сам справлюсь. Я просто подумал, что ты тоже захочешь туда съездить. Я свободен сегодня утром, а если наш друг Мори Кассел поставил в коридоре одного из своих дружков-сутенеров, чтобы напугать обитательницу семьсот шестьдесят седьмого номера, я с огромной радостью объясню ему, куда ему пойти и что там сделать.

– Не кипятись, Перри. Иногда они оказываются очень воинственными, – предупредил детектив.

– Я сам не робкого десятка, в особенности если сутенер начинает давить на женщину.

Мейсон вышел из кабинета сыщика и попросил девушку на коммутаторе:

– Позвоните, пожалуйста, ко мне в контору и предупредите Деллу Стрит, что я уехал примерно на час по делу.

– По делу? Больше ничего не объяснять?

– Добавьте, что по благородному, – улыбнулся адвокат. – Если начнет задавать вопросы, скажите, что я уже и так долго сижу на командном посту, позволяя войскам самим вести борьбу. Чувствую, что покрываюсь ржавчиной. Думаю, пора мне самому выходить на передовую.

– Хотите, чтобы я передала ей все это?

– Нет. Наверное, нет. Просто скажите, что я вернусь через час.

Адвокат спустился на лифте на первый этаж, поймал такси, вышел у гостиницы «Виллатсон», поднялся на седьмой этаж и заметил в конце коридора мужчину, прибивающего что-то молотком. Больше никого не было.

Адвокат направился к семьсот шестьдесят седьмому номеру, тихо постучал и позвал:

– Диана!

Стелла Граймс распахнула дверь.

– Проходите, мистер Мейсон, – пригласила она. – И, пожалуйста, никогда больше не давайте мне подобных заданий.

– Вы имеете в виду, что испугались, когда кто-то пошел за вами?

– Боже, нет! Просто я умираю со скуки. Вам когда-нибудь доводилось сидеть в гостиничном номере час за часом, ожидая, что вот-вот что-то должно случиться? Включаешь радио – и у тебя выбор между двумя станциями. Слушаешь какую-то чушь, пока она не начинает сводить тебя с ума. Пересаживаешься с одного стула на другой. Заказываешь еду в номер. Ни на минуту не отлучаешься от телефона, потому что боишься пропустить важный звонок. Сама никому не звонишь, так как нельзя занимать телефон на тот случай, если шефу потребуется тебе что-то немедленно сообщить. Наверное, за последние три дня я выспалась на месяц вперед. Сегодня утром я в первый раз вышла из номера. У горничной начали возникать подозрения, так что я связалась с агентством и предупредила, что на сорок пять минут иду подышать свежим воздухом. В следующий раз, надеюсь, вы дадите мне задание, требующее активных действий.

– Где у вас будет возможность воспользоваться рабочим лифчиком?

Девушка улыбнулась в ответ:

– На самом деле мне еще ни разу не приходилось его использовать. Доставала револьвер несколько раз, когда ситуация осложнялась, и…

Стелла внезапно замолчала, потому что в дверь постучали.

– А вы говорили, что ничего не происходит? Наверное, я поторопился отменить задание. Готов поспорить, что это наш друг Мори Кассел.

– А если он снова увидит меня здесь?

– Примите виноватый вид… А потом вы должны быть очень осторожны. Ему, наверное, захочется записать вас в свою конюшню девушек по вызову.

В дверь снова постучали, на этот раз сильнее.

– Это ваша комната, – сказал Мейсон.

Стелла Граймс распахнула дверь.

Двое мужчин, стоявших на пороге, оттолкнули ее и вошли в номер. Это были не те полицейские, что заходили ранее.

– Это ваша кредитная карточка? – обратился один из них к Стелле Граймс. – Вы ее потеряли?

Полицейский вручил Стелле Граймс кредитную карточку Банка Америки, потом внезапно заметил Мейсона и поинтересовался:

– Кто ваш приятель?

– Задавайте вопросы по одному, – ответила Стелла Граймс – Так какой же из них первый?

Один полицейский с воинственным видом повернулся к Мейсону и потребовал ответа:

– Кто вы такой?

Второй продолжал протягивать Стелле Граймс кредитную карточку, повторяя:

– Так она ваша или не ваша?

Стелла Граймс посмотрела на Мейсона и произнесла:

– Похоже, что это кредитная карточка Банка Америки, выданная на имя Дианы Дуглас.

– Она ваша или не ваша?

– Я…

– Не отвечайте, – перебил Мейсон.

Его голос прозвучал резко, как удар хлыста.

– Минутку, – обратился к нему один из полицейских. – Вы вставляете шею…

– Подожди, Билл, – предупредил второй. – Это адвокат. Я его сейчас узнал. Перри Мейсон.

– Что, черт побери, вы здесь делаете? – обратился к Мейсону первый.

– А вы что тут делаете? – парировал Мейсон.

– Пытаемся выяснить, принадлежит ли эта кредитная карточка вот этой девушке.

– Кредитная карточка на имя Дианы Дуглас? – уточнил Мейсон.

– Все правильно. Дианы Дуглас.

Мейсон задумался на несколько секунд, а потом обратился к полицейским:

– Если вы расследуете какое-то преступление, вы должны предупредить об этом подозреваемую и рассказать ей о ее конституционных правах.

– Хорошо. Мы полицейские в штатском. Отдел по расследованию убийств. Вот наши документы.

Говоривший вынул из кармана кожаный бумажник и представил Мейсону жетон и удостоверение.

– А теперь, мисс, мы предупреждаем вас, что вы имеете право молчать, если пожелаете. Если вы станете отвечать на вопросы, то ваши слова в дальнейшем могут быть использованы против вас. Вы имеете право на адвоката на всех этапах расследования.

– У нее есть адвокат, – заявил Мейсон. – Я представляю ее интересы. А теперь объясните, в чем конкретно вы ее обвиняете.

– Пока ни в чем, однако мы идем по горячему следу. К вашему сведению, мы хотим допросить ее об убийстве Мори Кассела, проживавшего в квартире девятьсот шесть в многоквартирном доме «Таллмейер». Итак, вы намерены говорить или нет?

– Минутку, – сказал Мейсон. – Мне надо подумать.

– Думайте быстрее. Мы не собираемся никого обвинять в чем бы то ни было, но, если эта девушка не объяснит, как ее кредитная карточка оказалась в квартире убитого, она оказывается в незавидном положении. Если же она может все объяснить, мы готовы ее выслушать, а потом проверить предоставленную ею информацию.

– Когда убили этого Кассела? – поинтересовался Мейсон.

– Вопросы здесь задаем мы, и хотим побыстрее получить на них ответы.

– Если вы хотите побыстрее получить ответы, вам следует схватить мужчину в конце коридора, притворяющегося, что что-то прибивает молотком, и выяснить, как он вписывается в картину.

Оба полицейских широко улыбнулись.

– Не волнуйтесь. Это наш человек. Мы наблюдаем за этим номером с раннего утра в надежде, что кто-то появится. Ждали сообщника-мужчину. Ваш приход послужил сигналом.

Мейсон повернулся к Стелле Граймс и приказал:

– Покажите им свое удостоверение, Стелла.

Девушка поднесла руку к сумочке.

– Предупреждаю: никаких шуточек, или вас ждут большие неприятности, – быстро сказал полицейский. – Дайте мне вашу сумочку, и вначале я загляну внутрь.

Стелла Граймс протянула ее ему. Полицейский просмотрел содержимое, вернул девушке и сказал:

– Ладно, доставайте удостоверение.

Стелла Граймс протянула полицейскому свою лицензию частного детектива.

– К вашему сведению, я сам положил приманку в капкан, – заявил Мейсон. – Стелла Граймс – частный детектив, работает в Детективном агентстве Дрейка. В настоящий момент она представляется Дианой Дииринг из Сан-Франциско.

Полицейский задумчиво изучил удостоверение.

– А Диана Дииринг – это псевдоним Дианы Дуглас? – поинтересовался он.

– Я этого не говорил, – заметил Мейсон.

– От вас и не требовалось.

Последовало молчание.

– Наверное, мой профессиональный долг адвоката и гражданина – сотрудничать с полицией, расследующей серьезные преступления, – сказал Мейсон. – Поскольку, как очевидно, вы думали, что это Диана Дуглас, я поставил вас в известность о том, кто эта девушка на самом деле и каков род ее занятий. Этого достаточно.

– Зачем вам потребовался двойник?

– Никаких комментариев.

– Какая-нибудь связь с Мори Касселом имеется?

– Никаких комментариев.

– Послушайте, если Диана Дуглас вдруг окажется вашей клиенткой… о, интересная мысль, не так ли, Билл?

Полицейский по имени Билл с презрительным видом засунул кредитную карточку в карман.

– Мы раскрыли им свои карты, – заметил он.

– Если вы попытаетесь связаться с Дианой Дуглас, – обратился другой полицейский к Мейсону, – это будет считаться враждебным актом по отношению к правоохранительным органам и сделает вас соучастником после события преступления.

Мейсон повернулся к оперативнице Дрейка.

– Позвоните Диане Дуглас, Стелла, – попросил он.

Полицейский по имени Билл оттолкнул девушку от телефона, снял трубку и сказал оператору коммутатора:

– Это полиция. У нас срочный звонок. Немедленно соедините меня с управлением полиции Сан-Франциско.

Второй полицейский не подпускал Мейсона и Стеллу Граймс к аппарату.

Через несколько секунд Билл заговорил в трубку:

– Это полиция Лос-Анджелеса. Билл Ардли. Мы хотим, чтобы вы задержали Диану Дуглас для допроса. Она работает в компании «Эскобар», занимающейся импортом и экспортом. На ее имя была выдана кредитная карточка Банка Америки… Вы нам звонили какое-то время тому назад и сообщили, что она зарегистрирована в гостинице «Виллатсон» у нас в Лос-Анджелесе под именем Дианы Дииринг. Это оказалась ложная информация. Скорее всего, она в настоящий момент находится в Сан-Франциско. Задержите ее для допроса и известите нас в семьсот шестьдесят седьмом номере в гостинице «Виллатсон»… Вы записали мое имя? Билл Ардли из… О, вы меня знаете?.. Да, все правильно, год назад мы вместе работали по делу Смита… Отлично. Буду очень признателен. Сразу же займитесь этим, ладно? Как только возьмете ее, поинтересуйтесь, где ее кредитная карточка Банка Америки. Если скажет, что потеряла, спросите где… Ладно. Пока. – Полицейский повесил трубку и тут же поднял ее снова. – Полиция Лос-Анджелеса, оператор. Отключите этот номер до тех пор, пока мы не зайдем на коммутатор и не изменим приказ. Если сюда кто-то позвонит – соединяйте. Однако из номера никто не должен звонить, только полиция. Вы поняли? Прекрасно.

Билл Ардли повесил трубку и сел верхом на один из стульев с прямой спинкой.

– Ладно, господин адвокат, не пора ли вам немного поговорить? – обратился он к Мейсону.

– А если я решу этого не делать? – спросил Мейсон.

– Нам это не понравится.

– Ну и пусть не нравится. Я ухожу.

– О нет! По крайней мере, пока.

– Вы что, намерены силой удерживать нас здесь? – уточнил Мейсон.

Полицейский дружелюбно улыбнулся.

– Постараемся сделать все, что сможем.

– Это будет глупостью с вашей стороны, – заметил Мейсон. – Если вы меня арестуете, я подам иск в связи с незаконным арестом, а эта девушка…

– Не кипятитесь, – перебил полицейский. – Я стараюсь вам помочь. Вы еще поблагодарите меня за это.

– А кредитная карточка – улика в деле об убийстве? – переменил тему адвокат.

– Что вы думаете о шансах «Лос-Анджелес Доджерс» в этом году?

– Могут выиграть, – ответил Мейсон.

– А теперь мы хотели бы знать, мистер Мейсон, когда вы в последний раз виделись с Дианой Дуглас, о чем вы разговаривали и что вы ей посоветовали.

– Вы прекрасно осведомлены о том, что я не имею права открывать то, что мне конфиденциально сообщил клиент. Кстати, а вы как расцениваете шансы «Лос-Анджелес Доджерс»?

– Могут выиграть, – ответил полицейский и повернулся к Стелле Граймс: – Вы не адвокат, и профессиональные привилегии вас не касаются. Вы – частный детектив, работающий по лицензии. Вы обязаны сотрудничать с полицией. Что привело вас сюда?

Стелла Граймс в бессилии посмотрела на Мейсона.

– Он прав, – кивнул Мейсон. – Скажите ему.

– Мистер Мейсон позвонил в Детективное агентство Дрейка, где я работаю, и попросил меня приехать в гостиницу и остаться в этом номере под именем Дианы Дииринг, а если кто-то спросит меня, используя код тридцать шесть – двадцать четыре – тридцать шесть, я должна отзываться.

– Кто-нибудь приходил?

Стелла Граймс снова посмотрела на Мейсона.

– Скажите ему. Вы – свидетельница, а он расследует убийство.

– Мужчина, причем вел себя довольно странно.

– В каком смысле?

– Похоже, что он пытался кого-то шантажировать.

– Что вы ему сообщили?

– Я не произнесла ни слова. Говорил мистер Мейсон.

– И что именно говорил мистер Мейсон?

– Я не знаю. Я вышла из номера. Мистер Мейсон дал мне сигнал, чтобы я представилась его подружкой, тайно встречавшейся с ним в гостинице. Я подошла к мистеру Мейсону, поцеловала его и вышла.

– Мистер Мейсон и этот мужчина остались вдвоем?

– Да.

– Как выглядел мужчина?

– Я дала бы ему тридцать с чем-то. Холеная внешность. Черные блестящие волосы. Тщательно отутюженные брюки, ботинки вычищены до блеска, ухоженные руки.

Полицейский нахмурился.

– Он как-нибудь представился?

Стелла Граймс еще раз посмотрела на Мейсона. Адвокат кивнул.

– Сказал, что его фамилия Кассел.

– Черт побери! – выругался полицейский.

Последовало молчание, потом полицейский снова заговорил:

– Итак, вы ушли, оставив Мейсона и того мужчину в этом номере?

– Все правильно.

– И куда вы направились?

– Скажите ему, – велел Мейсон.

– Мистер Мейсон сигнализировал мне, что я должна проследить за мужчиной, когда он выйдет отсюда. Это оказалось на удивление легко. Он припарковал свой «Кадиллак» прямо перед входом, очевидно дав швейцару хорошие чаевые. Я записала номер машины: WVM пятьсот семьдесят четыре. Я поймала такси, а когда объект сел в «Кадиллак», велела таксисту следовать за ним.

– И вы поехали за ним?

– Да.

– Куда?

– К многоквартирному дому «Таллмейер».

– А потом?

– Пошла на несколько уловок, чтобы запутать таксиста. Мне не хотелось, чтобы он сообщил водителю «Кадиллака», что им кто-то интересовался.

– А дальше?

– Вернулась сюда и отчиталась.

– Может, вы продолжите, Мейсон? – обратился полицейский к адвокату.

– Я – адвокат, защищающий интересы клиента. Я не могу предоставить вам никакой информации, которая была бы вам интересна, кроме как сказать, что у меня нет никаких комментариев по поводу того, что вам сообщила эта девушка.

– Однако вы сразу же выяснили по номеру, на кого зарегистрирован «Кадиллак»?

– Никаких комментариев.

– И узнали, что автомобиль принадлежит Мори Касселу, проживающему в квартире девятьсот шесть в «Таллмейере»?

– Никаких комментариев.

– И если вы передали данные сведения Диане Дуглас, то это самое простое дело об убийстве, которое мне когда-либо приходилось расследовать. Даже великому Мейсону ни удастся ничего сделать.

– Все равно никаких комментариев.

Полицейский вынул из кармана пачку сигарет, положил одну в рот, предложил закурить вначале Стелле Граймс, потом Мейсону, потом своему напарнику.

– Пожалуй, мы нашли ключ к разгадке тайны, – заметил он.

Все курили молча. Полицейские, очевидно, обдумывали информацию, полученную от Стеллы Граймс.

На протяжении следующих двадцати минут никто не сказал ничего по существу, отпускались только отдельные замечания. Затем зазвонил телефон. Билл Ардли снял трубку. Пока он слушал, что говорили на другом конце провода, у него по лицу медленно расплывалась улыбка.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарил он и повесил трубку.

Билл Ардли повернулся к Мейсону и кивнул на дверь.

– Вы можете быть свободны. Не станем вас больше задерживать.

– Возьмите свои вещи, – обратился Мейсон к Стелле Граймс. – Диану арестовали в Сан-Франциско.