Мейсон, держа под мышкой свернутую утреннюю газету, вошел в обеденный зал, взглянул на часы и сел за столик на двоих.

– Моя секретарша должна подойти с минуты на минуту, – сказал он официантке. – Я звонил ей в номер, она готова спуститься на завтрак. – Адвокат потянулся и зевнул. – Принесите мне стакан томатного сока, а после этого кофейник с крепким кофе, пожалуйста. Остальное мы закажем через несколько минут.

Официантка кивнула и ушла.

Мейсон развернул газету.

– Вот так сюрприз! – услышал он за спиной.

Мейсон поднял голову и встретился взглядом с проницательными глазами лейтенанта Трэгга из отдела по раскрытию убийств управления полиции Лос-Анджелеса.

– Бог ты мой! – удивился Мейсон. – Что вы здесь делаете?

– Вопросы буду задавать я, – сказал Трэгг. – И первый такой: что здесь делаете вы?

– Вы будете задавать вопросы? – усмехнулся Мейсон. – Уж не воображаете ли, что расследуете дело об убийстве?

– Именно так! – сказал Трэгг.

– Вы шутите? – спросил Мейсон.

– В жизни своей не был более серьезен.

Официантка принесла Мейсону сок и кофейник.

– Не могли бы вы принести еще один стул для лейтенанта Трэгга? – спросил адвокат. – Или нам лучше пересесть за другой столик?

– Не беспокойтесь, – сказал Трэгг, – я сижу вон там с одним из сотрудников полиции Эль-Пасо. Как только я позавтракаю, мы собираемся навестить одну женщину, которая находится в этом отеле и, как мы полагаем, скрывается от правосудия Калифорнии.

– После завтрака?

– Именно, – улыбнулся Трэгг. – Пришлось провести в пути всю ночь, поэтому мне необходимо выпить немного горячего кофе и съесть что-нибудь, прежде чем я примусь за работу. Сид Рассел из полиции Эль-Пасо встретил меня в аэропорту. С шести часов утра он держит под наблюдением номер, чтобы птичка не смогла упорхнуть.

– Я и не знал, что вы явились сюда по официальному делу, – сказал Мейсон. – Раз дело обстоит таким образом, то вы, безусловно, должны составить мне компанию, или, если угодно, я присоединюсь к вам.

Трэгг заколебался:

– Может быть, лучше вы присоединитесь к нам?

Мейсон подозвал официантку, протянул ей доллар и произнес:

– Извините, что приходится доставлять вам дополнительные хлопоты, но не переведете ли вы меня за столик на четверых? Лейтенант Трэгг и его друг сейчас занимают два места, а когда придет моя секретарша, ей не хватит стула.

– О, нет проблем, – ответила она. – Я сейчас все сделаю!

Трэгг сжал локоть адвоката.

– Вон туда, Мейсон, – сказал он.

Трэгг провел адвоката к столу, за которым сидел спутник лейтенанта, с нескрываемым интересом следивший за происходящим.

– Детектив Рассел, – сказал Трэгг. – Я хочу познакомить вас с Перри Мейсоном, адвокатом из Лос-Анджелеса.

– Тот самый Перри Мейсон? – спросил Рассел, привставая с места.

– Тот самый Перри Мейсон, – сухо подтвердил Трэгг, – и когда он где-нибудь появляется, работникам правоохранительных органов следует быть настороже. Только и жди неприятностей. Он собирается позавтракать с нами и поведать, что он делает в Эль-Пасо.

– Как раз второе я и не могу сделать, господин лейтенант, – запротестовал Мейсон. – В конце концов я здесь в качестве адвоката, поэтому обязан соблюдать интересы моей клиентки.

– Так у вас здесь имеется клиентка? – сразу насторожился Трэгг.

– Вижу, что вы любитель наводящих вопросов, – улыбнулся Мейсон. – Очень рад с вами познакомиться, детектив Рассел. Лейтенант Трэгг любезно предложил мне позавтракать за вашим столом, и я… Ага, вот и моя секретарша. Если вы позволите, я провожу ее сюда.

Но в планы Трэгга не входило, чтобы Мейсон смог перекинуться с секретаршей несколькими словами наедине.

– Как приятно видеть вас, мисс Стрит! – воскликнул он. – Пойдемте, Мейсон, я хочу с ней поздороваться.

Трэгг двинулся вместе с адвокатом к входу в ресторан, где стояла Делла Стрит, внимательно вглядываясь в сидящих за столиками людей.

Глаза у нее радостно заблестели, когда она узнала Перри Мейсона, но тут же широко раскрылись при виде лейтенанта Трэгга.

– Здравствуйте, мисс Стрит, – сказал Трэгг. – Добро пожаловать в Эль-Пасо.

– Доброе утро, лейтенант. Вас перевели на новое место?

– О нет, – улыбнулся Трэгг. – Я приехал сюда разобраться с одним маленьким делом.

– Оказывается, в этом отеле находится некто из Лос-Анджелеса, – сообщил Мейсон, – кем интересуется лейтенант.

– Да, верно, – сказал лейтенант Трэгг, – и какое поразительное совпадение, что вы тоже очутились здесь, Мейсон. И, разумеется, вы, мисс Стрит.

Делла Стрит очаровательно улыбнулась.

– Лейтенант пригласил нас позавтракать за своим столом, Делла, – сообщил Мейсон и добавил: – Каждый платит за себя, не так ли?

– О, конечно, конечно, – сказал Трэгг. – Наш департамент не одобрил бы угощение адвокатов защиты и их секретарей. Такое предложение меня вполне устраивает. Если только вы не пожелаете заплатить за всех, мистер Мейсон.

– Что ж, я могу себе это позволить, – усмехнулся Мейсон.

Они подошли к столу, адвокат представил детектива Рассела Делле Стрит, после чего придвинул секретарше стул. Официантка с интересом рассматривала необычных клиентов.

Мейсон сел рядом с Деллой Стрит и спросил у лейтенанта Трэгга:

– Вы уже сделали заказ?

– Сделали, – сказал Трэгг и показал на большой кофейник: – Я попросил принести его в первую очередь. Прежде чем будет готова яичница с беконом.

– Как ты себя чувствуешь, Делла? – спросил Мейсон.

– Прекрасно, – ответила она.

– Яичницу с беконом?

– Для начала я хочу выпить томатного сока, – сказала она, – затем сосиски и яичницу-глазунью. – Она улыбнулась лейтенанту Трэггу: – В поездках с мистером Мейсоном приходится есть не тогда, когда хочется, а когда удается.

– А в моем деле, – сказал лейтенант Трэгг, – приходится есть, если удастся это сделать.

Детектив Рассел, на которого красота Деллы Стрит произвела большое впечатление, сказал:

– Когда работаешь в городской полиции, приучаешься есть, когда можешь заплатить за еду. И никак нельзя упускать счастливой возможности – принять приглашение коллеги из другого города, который по тем или иным соображениям намеревается тебя задобрить.

Все вежливо рассмеялись.

Официантка принесла тарелки с яичницей с беконом для лейтенанта Трэгга и Сида Рассела и приняла заказы для Мейсона и Деллы Стрит.

– Не обращайте на нас внимания, – сказал Мейсон, – и приступайте к еде, пока все не остыло. Я же просмотрю заголовки в газете, а по окончании завтрака мы поговорим.

– После завтрака нам придется приступить к работе, – сказал Трэгг.

– Допрос? – спросил Мейсон.

– Допрос, – лаконично ответил Трэгг.

Мейсон развернул газету, заметил вопросительный взгляд Деллы Стрит, лукаво подмигнул ей и принялся лениво просматривать одну страницу за другой.

– Господи! – удивленно воскликнул он. – Этот газетчик действительно описал все так, как планировал!

– О чем вы говорите? – спросил Трэгг.

– О газетном репортере, с которым мы беседовали, – ответил Мейсон.

– Это же газета Эль-Пасо, – сказал Рассел.

– Совершенно верно, – кивнул Мейсон. – Этого человека зовут Билл Пиккенс. Знаете такого?

– Знаю ли я его? – воскликнул Рассел. – Можете не сомневаться, очень хорошо знаю. Он у меня в печенках сидит, прямо вам скажу. Он всюду успевает, во все сует нос, публикует то, о чем иной раз следовало бы помолчать. Прекрасный журналист, спору нет, но…

Трэгг медленно отложил в сторону нож и вилку.

– На этот раз он что-то написал про вас? – подозрительно спросил он.

– Я прибыл сюда инкогнито, – сказал Мейсон. – Мы собирались внести деньги на благотворительные цели в одну организацию от имени клиентки, которая желала остаться неизвестной. Боюсь, я недооценил талант этого репортера: ему удалось незаметно увязаться за мной и выяснить личность моей клиентки. Это испортило, как вы понимаете, весь ее замысел.

– Этот ловкий репортер, Пиккенс, случайно не опубликовал имени вашей клиентки в своей статье? – спросил Трэгг.

– В том-то и дело, что опубликовал, – сказал Мейсон. – Да еще и несколько раз. «Сельма Ансон, наследница из Лос-Анджелеса, которая пытается скрыть свою личность под именем Элен Эбб, чтобы без лишней рекламы внести большую сумму денег в фонд Клуба международного сотрудничества для лучшего…»

– Дайте я посмотрю, – попросил Трэгг, отодвинув тарелку с едой и чуть не вырвав газету из рук Мейсона. Он прочитал несколько строк, затем повернулся так, чтобы Рассел тоже мог видеть текст поверх его плеча. Несколько минут они читали, затем Трэгг тяжело вздохнул, сложил газету и вернул ее Мейсону.

– Билла Пиккенса нельзя недооценивать, – сказал Рассел.

– Недооценивать Билла Пиккенса! – усмехнулся Трэгг. – Мейсон все прекрасно рассчитал. Он провел Пиккенса, как младенца.

– Эта Сельма Ансон, – сказал Рассел, – не та ли женщина, которую…

– Та самая, – устало произнес Трэгг.

– Боюсь, что я вас не понимаю, лейтенант, – сказал Мейсон, расправляя газету. – Пожалуйста, заканчивайте свой завтрак, а потом мы обо всем спокойно поговорим. Я же вижу, как вы голодны.

– Я был голоден, – сказал Трэгг. – Вы кого угодно заставите потерять аппетит!

– Ничего не понимаю, – произнес Рассел.

– Очень просто, – пожал плечами Трэгг. – Сельма Ансон в панике удирает из города под чужим именем. Мейсон спешит за ней, и после некоторых его действий Сельма Ансон уже не скрывающийся от закона преступник, нет, боже упаси, нет! Она – филантроп, занимающийся укреплением международной дружбы. Она болезненно скромна и изо всех сил старается остаться неизвестной, этакая миссис Анонимность…

– А что в этом плохого? – взорвался Мейсон.

– Плохого больше, чем хорошего! – сказал Трэгг. – Вы это понимаете не хуже меня! Если она старается остаться неузнанной, чего ради ей было лететь сюда и останавливаться в отеле? Почему она просто не вручила вам деньги?

– Потому, – сказал Мейсон, – что это лишь начало серии благотворительных пожертвований, которые она запланировала. Мы собирались отправиться отсюда в другие города, чтобы присутствовать на разных встречах. Она, конечно, осталась бы в тени, но вы представляете, как миссис Ансон приятно выслушать слова благодарности от людей, которых она облагодетельствовала, и мой доклад о том, как был принят ее дар.

Трэгг вздохнул, снова придвинул к себе тарелку и принялся за еду.

– Все остыло, – проворчал он, – приходится глотать, почти не жуя, но позднее не будет времени поесть.

– Ситуация изменилась? – с недоуменным видом спросил Рассел.

– Еще как изменилась! – буркнул Трэгг. – Женщина, которую мы хотим допросить, – клиентка Мейсона. Он здесь. Наши надежды вытянуть из нее хоть что-то в присутствии адвоката равны нулю.

– О, я убежден, она расскажет вам все о своих благотворительных планах, – сказал Мейсон. – Конечно, нельзя ожидать, что вы получите точный список намеченных миссис Ансон мероприятий, иначе полностью исчезнет элемент неожиданности. Это было бы несправедливо по отношению к моей клиентке. Но поскольку о ее пожертвовании Клубу международного сотрудничества уже написано в газете, нет оснований для того, чтобы мы не поговорили об этом.

– Возможно, мы сможем обсудить, почему она наняла такси до аэропорта в Лос-Анджелесе и прилетела сюда под вымышленным именем? – спросил Трэгг.

Мейсон улыбнулся.

– Лейтенант, – сказал он, – никогда не делайте поспешных выводов. Она вовсе не прилетела сюда под вымышленным именем.

– Какого черта! – возмутился Трэгг. – Она появилась здесь под именем Элен Эбб.

– Это же не вымышленное имя, – сказал Мейсон, – а позаимствованное. Миссис Ансон назвалась Элен Эбб, потому что купила у женщины с такой фамилией билет на самолет. А если бы не приобрела у нее, то не попала бы на этот рейс. Билетов в кассе не было.

– И зарегистрировалась в отеле тоже под именем Элен Эбб!

– Конечно, а как же иначе? – усмехнулся адвокат. – Она прилетела сюда под позаимствованным именем Элен Эбб и под ним же зарегистрировалась в отеле. Не забывайте, что она старалась остаться неузнанной, скрыть свою личность, имея в виду благотворительные пожертвования здесь и в других местах.

– И она не пыталась уклониться от допроса в лос-анджелесской полиции?

– Допроса о чем? – спросил Мейсон.

– Об убийстве ее мужа.

– Господи! – воскликнул адвокат. – Неужели вы серьезно считаете возможным допрашивать ее в связи со смертью мужа?

– Конечно!

– В таком случае вовсе не нужно было лететь в Эль-Пасо. Единственное, что от вас требовалось, это позвонить мне по телефону и сообщить, чтобы я привез мою клиентку в окружную прокуратуру. Я сделал бы это с готовностью.

– И разрешили бы ей ответить на все вопросы? – спросил Трэгг.

– Конечно, – улыбнулся Мейсон. – Естественно, могли бы прозвучать такие вопросы, на которые я посоветовал бы ей не отвечать. Если вы предполагаете выдвинуть против нее какие-либо обвинения, я не намерен допускать ущемления клиентки в ее конституционных правах… Когда закончите завтрак, можете подняться к миссис Ансон и побеседовать с ней.

– В вашем присутствии, разумеется? – спросил Трэгг.

– Конечно.

– Мне кажется, – сказал Трэгг, – что это будет пустой тратой времени. Разрешите мне еще раз взглянуть на газету, пожалуйста.

Мейсон протянул газету лейтенанту. Отправив в рот большой кусок яичницы, Трэгг расправил газетные листы и принялся читать, автоматически пережевывая пищу. Постепенно, сосредоточив все внимание на тексте, он позабыл двигать челюстями и сидел с набитым ртом, пока не закончил читать статью. Тогда он отложил в сторону газету, залпом допил остатки кофе и вздохнул:

– Сомневаюсь, чтобы из-за того, что нам сообщит миссис Ансон, стоило подниматься наверх и спускаться вниз на лифте.

– Можно мне еще раз посмотреть статью? – спросил Рассел.

Трэгг отдал ему газету.

Детектив из полиции Эль-Пасо перечитал репортаж. На его лице появилась улыбка.

– Билл Пиккенс, – заметил он, – сумеет неплохо продать такой материал и в другие газеты.

– Именно, – согласился Трэгг. – А вы обратили внимание, как легко он ему достался? Знаменитый адвокат по уголовным делам приезжает из Лос-Анджелеса, входит в банкетный зал, где заседает какая-то общественная организация и присутствуют репортеры, выкладывает две тысячи долларов наличными, а потом, не подумав о последствиях, выходит из зала и прямиком, не оглядываясь, идет к клиентке, которая изо всех сил старается остаться неузнанной.

– Когда я читал статью Пиккенса, – признался Рассел, – я как-то не подумал о такой возможности.

– Ну так подумайте сейчас, – проворчал лейтенант Трэгг. – Если мы поднимемся наверх и попытаемся поговорить с миссис Ансон, это будет походить на отлично отрепетированный спектакль, где роли выучены и перепроверены режиссером Мейсоном. Тот день, когда Перри Мейсон был принят в Ассоциацию адвокатов, нужно считать черным днем для юстиции!

– Что вы, лейтенант! – улыбнулся Мейсон. – Следует быть справедливым даже к тем людям, которые в данный момент вам неприятны. Закон предусматривает, чтобы невиновные были оправданы, а виновные осуждены и наказаны… Разве я в своей деятельности не стараюсь добиться того же самого?

– Если бы вы еще действовали более привычными методами, – со вздохом сказал Трэгг.

Официантка принесла Делле Стрит и Перри Мейсону тарелки.

– Дайте мне счет за весь наш столик, – сказал адвокат. – Пусть это будет моим сегодняшним вкладом в юстицию.

– Вы будете настаивать на своем присутствии на всех стадиях допроса миссис Ансон, Мейсон? – спросил Трэгг.

– Конечно.

– Вы разрешите ей отвечать на вопросы?

– На некоторые вопросы, – задумчиво ответил адвокат. – А на некоторые вопросы я отвечу сам.

– На какие вопросы вы разрешите ей отвечать?

– Если вы спросите у нее о смерти ее мужа что-то, что сможете вменить ей потом в вину, я разрешу ей ответить только отрицательно.

– Другими словами, вы будете не только отвечать за нее, но и думать, подсказывать каждое слово, каждый жест и каждый взгляд?

– Я так не говорил.

– Я так говорю.

– Я совершенно не собираюсь спорить с вами, лейтенант, – сказал Мейсон.

– А что вы собираетесь делать? – спросил Трэгг.

Мейсон развел руками.

– Как мне кажется, теперь бессмысленно продолжать благотворительную анонимную акцию. Благодаря стараниям Билла Пиккенса секрет стал известен всем, ну а ваша история окончательно прикончит это мероприятие.

– Какая еще история?

– О, Билл Пиккенс достаточно ловок, чтобы раздобыть продолжение, – сказал Мейсон. – Несколько минут назад я видел, как он заглядывал в ресторан. Очевидно, он спрашивал у портье, где я, а тот сказал, что завтракаю. Он будет ожидать меня у входа, чтобы вцепиться мертвой хваткой, ну и, естественно, мне придется познакомить его с вами. Можно не сомневаться, он знаком с детективом Расселом, и у него хватит ума сообразить, что к чему, даже если он не получит разрешения на интервью с Сельмой Ансон позднее… Конечно, от меня он больше не добьется ни слова. Я и так зол на него за публикацию в газете материала, который меня совершенно не устраивает. Но тем не менее Билл Пиккенс дождался своего звездного часа!

– Мы хотели бы пока избежать подобных, – сказал Трэгг.

– Я уважаю вашу позицию, – улыбнулся Мейсон.

– Хорошо, Мейсон, вы выиграли, – признал Трэгг. – Заплатите по счету. Дайте девушке щедрые чаевые. Идите и сообщите репортеру все, что считаете нужным. Мы не станем вам помогать в этом деле. – Он повернулся к полицейскому из Эль-Пасо. – Правильно, Сид?

– Правильно, – ответил Рассел.

Подошла официантка.

– Все в порядке? – спросила она.

– О да, – сказал Трэгг. – Дайте счет мистеру Мейсону, он заплатит вам хорошие чаевые, потому что крупно выиграл сегодня.