Пол Дрейк припарковал машину перед многоквартирным домом «Паркхерст».

– Кто-нибудь наблюдает за домом, Пол? – поинтересовался Мейсон. – Из какой-нибудь подворотни или машины?

– Пока никого не вижу, – ответил сыщик, быстро оглядываясь по сторонам. – Ты знаешь ее машину?

– Нет, – покачал головой Мейсон. – Она всегда работала, так что, скорее всего, это недорогой автомобиль четырех– или пятилетней давности.

– Здесь полно таких. Вторые машины в семьях. Жены на них ездят по магазинам, пока мужья зарабатывают на жизнь, отправляясь в конторы на хороших машинах.

– Что-то ты сегодня больно щедр для холостяка, как я посмотрю, – заметил Мейсон.

– Чертовски романтичен, – возразил Дрейк, не переставая оглядывать окрестности. – Наверное, в таблетке от желудка, которую я принимал вчера вечером, оказалась какая-то добавка… Конечно, не в гамбургере… Что может быть романтического в гамбургере, Перри?.. Похоже, путь свободен.

– Поднимаемся к ней, – решил Мейсон.

– Давай вначале определим план действий. Предположим, тот, что стоит в коридоре, попытается скрыться, заметив нас?

– Вытащим его из укрытия и потрясем хорошенько.

– Если это полиция, у тебя возникнут проблемы, Перри, – заметил детектив.

– А если нет, то они возникнут у него. По крайней мере, ему придется предложить какие-то объяснения. Ладно, Пол, вперед.

Они сели в лифт и вышли на девятом этаже.

– Пол, ты идешь налево, я – направо. Нужно охватить весь коридор.

Мужчины прошлись в оба конца и снова встретились у лифта.

– У тебя никого? – спросил Дрейк.

Мейсон покачал головой.

– И у меня тоже.

– Ладно, пойдем поговорим с ней… Не забывай, Пол: вся история с наследством пока не должна всплывать. Вначале необходимо в точности разобраться, что к чему. Меня нанимали для одной конкретной цели.

– Для какой?

– Чтобы мисс Амблер не сделали козлом отпущения в связи с тем, чего она не совершала. Вперед?

Мужчины приблизились к девятьсот седьмой квартире.

Мейсон нажал на кнопку звонка.

– Она должна быть здесь, – заметил Мейсон.

Адвокат снова нажал на кнопку, приложил ухо к двери, потом постучал.

– По-моему, внутри кто-то есть, – сказал детектив. – Мне кажется, что-то тащат по полу.

Мейсон снова приложил ухо к двери.

– Ты прав, – согласился адвокат и принялся настойчиво стучать кулаком в дверь.

В квартире что-то с глухим звуком упало на пол, отчего сотряслась дверь, затем закричала женщина. Крик резко оборвался, словно ей зажали рукой рот.

Мейсон надавил плечом на дверь. Замок поддался, и она приоткрылась дюйма на три – на столько, на сколько позволяла цепочка.

Где-то внутри квартиры хлопнула какая-то дверь.

– Вперед, Пол! – крикнул Мейсон, снова наваливаясь на дверь.

Дерево затрещало, но мужчинам так и не удалось войти.

– Давай вместе. Три, четыре!

Мейсон и Дрейк одновременно с силой толкнули дверь. Болты вылетели, она распахнулась и осталась висеть на петлях. Мужчины на несколько секунд застыли на пороге, оглядывая разруху внутри квартиры.

Она состояла из гостиной, спальни, кухни и ванной. Дверь в спальню была широко открыта, все ящики письменного стола и комода вытащены, их содержимое грудой валялось на полу.

На полу в гостиной на спине недвижно лежал мужчина в неестественной позе, слегка приоткрыв рот.

Из-за закрытой двери, видимо ведущей в кухню, доносились какие-то звуки.

Мейсон бросился к двери и надавил. Она приоткрылась на дюйм или два, затем снова закрылась, когда Мейсон отпрянул перед тем, как надавить с новой силой.

– Пол, помоги мне! – позвал он. – Мы обязаны туда попасть.

Оба мужчины одновременно толкнули дверь. Она снова приоткрылась на дюйм или два и опять закрылась.

– Кто-то держит ее с той стороны, – решил Дрейк. – Осторожно! Они могут начать стрелять!

– Неважно, – ответил Мейсон. – Женщина в опасности. Ломаем. Вперед!

Детектив схватил его за плечи и оттащил в сторону.

– Не дури, Перри. Я уже насмотрелся подобных историй. Убийца попал в ловушку. Надо вызывать полицию. Ни в коем случае не стой на линии огня. Когда убийца понимает, что ему уже не выбраться, он готов выпустить всю обойму.

Мейсон подумал несколько секунд, а потом кивнул.

– Хорошо, Пол. Звони в полицию. Я сейчас осмотрю мужчину на полу и попробую определить, сколько времени он мертв.

Адвокат сделал несколько шагов в направлении тела, потом неожиданно повернулся и с силой толкнул кухонную дверь.

Она снова приоткрылась на дюйм или два и опять закрылась.

– Минутку, Пол, – сказал Мейсон. – Ее никто не держит. С другой стороны приставили стул или какую-то тяжелую вещь. Помоги мне.

– Подожди. Управление полиции на проводе.

Сыщик назвал адрес, по которому располагалась квартира Дорри Амблер, и заявил, что на полу лежит мертвый мужчина, убийца или убийцы забаррикадировались в кухне, очевидно, они схватили девушку – хозяйку квартиры и держат ее как заложницу.

Дрейк повесил трубку.

Мейсон схватил стул, размахнулся и с силой ударил о кухонную дверь. Доски захрустели, Мейсон выбил одну, заглянул внутрь и сообщил:

– К двери приставлен большой кухонный стол. Между дверью и столом – матрац.

– Они застряли в кухне, говорю тебе, – настаивал Дрейк. – Не рискуй понапрасну – полиция приедет через несколько минут.

Мейсон снова размахнулся стулом и выбил еще несколько досок, затем начал вырывать остальные доски, потом, оглядев всю кухню, как только это стало возможно, внезапно повернулся и бросился в коридор.

– В чем дело? – не понял Дрейк.

– Там есть черный выход. Он открыт!

Адвокат пронесся по коридору, завернул за угол, добрался до черного хода квартиры Дорри Амблер и вошел в кухню. Детектив следовал за ним по пятам.

– Да, мы попались на удочку, – вздохнул сыщик. – А представлялось, что кто-то держит дверь с другой стороны. Теперь все понятно. Они взяли два матраца и поместили один между дверью и столом, а второй – между столом и плитой. Дверь открывалась на дюйм или два, а казалось, что в кухне кто-то есть и не дает распахнуть ее полностью.

Дрейк снова бросился к телефону и набрал управление полиции. Как только на другом конце провода ответили, он быстро заговорил в трубку:

– Диспетчер! Передайте патрульным машинам, направляющимся по сообщению об убийстве и похищении женщины, что, по крайней мере, один мужчина и женщина – это, скорее всего, заложница – только что убежали через черный ход. Наверное, они прямо сейчас выходят из здания. В любом случае они не могли далеко уйти. Пусть ваши люди осмотрят прилегающие кварталы.

Дрейк повесил трубку и подошел к Мейсону, склонившемуся над неподвижной фигурой на полу.

– Он жив, – сказал адвокат.

Дрейк пощупал пульс.

– Слабый и неровный, но есть. Надо вызывать «Скорую». О, взгляни-ка сюда.

Детектив показал на маленькое красное пятно на груди у лежавшего на полу.

Дрейк расстегнул рубашку, поднял майку и принялся рассматривать крохотную дырочку на коже.

– Черт побери! – воскликнул сыщик.

– От пули двадцать второго калибра, – решил Мейсон. – Нам следует проявлять осторожность, Пол, и ни до чего не дотрагиваться… Еще раз свяжись с управлением и сообщи им, что мужчина жив. Пусть они сами вызовут «Скорую», чтобы его отвезли в больницу.

Дрейк снова направился к телефону. Когда он вернулся, они вдвоем с Мейсоном оглядели квартиру.

– Откуда взялись эти матрацы? – спросил Дрейк.

– Очевидно, с кроватей в спальне. Вначале преступники, наверное, хотели забаррикадироваться в кухне, а затем выяснили, что могут просто привалить матрацы к двери и скрыться через черный ход.

– Преступники? Ты считаешь, что их было двое?

– Конечно. Матрацев-то два. Их тащили по полу, сняв с кроватей. Времени, чтобы два раза сходить туда и обратно, просто не было. Не исключено, что налетчиков окажется и трое – ведь кто-то еще держал девушку. Если помнишь, она закричала, а потом ей определенно закрыли рот рукой.

– Им пришлось действовать очень быстро, – заметил Дрейк. – С момента нашего первого звонка прошло мало времени. Мы слышали, как что-то тащат по полу. Наверное…

– Они потратили на все секунд пятнадцать, – перебил Мейсон, – а за пятнадцать секунд можно многое успеть. Если бы она только закричала чуть пораньше, мы не теряли бы время, стоя под дверью, как два идиота.

– А кто эта девушка? – поинтересовался Дрейк.

– Моя клиентка, Дорри Амблер.

– Ты считаешь, что они…

– Что здесь происходит? – послышался властный голос из дверного проема.

Мейсон повернулся к полицейскому в форме.

– Очевидно, здесь стреляли, ранили человека, а хозяйку квартиры похитили. Мы загнали налетчиков в кухню, они забаррикадировали дверь и скрылись через черный ход.

Полицейский склонился над лежащим на полу мужчиной.

– Похоже, что не дотянет до больницы, – заметил он.

– Мы вызвали «Скорую», – сообщил Мейсон.

– Я в курсе. Вы в состоянии описать тех, кто это сделал?

Мейсон покачал головой.

– Я просил диспетчера…

– Знаю, знаю, – перебил полицейский. – У нас сейчас четыре патрульные машины кружат по микрорайону. Но, наверное, сделать что-либо уже слишком поздно.

– А вот и «Скорая», – сказал Мейсон, услышав вой сирены.

– Ладно, господа, вы сделали все, что могли, – обратился полицейский к Мейсону и Дрейку. – Давайте выйдем в коридор, чтобы не оставлять лишних отпечатков пальцев. Пусть все доказательства остаются на местах.

Мейсон с Дрейком стояли в коридоре, пока санитары в белых халатах не вынесли на носилках лежавшего на полу мужчину и не появились другие полицейские во главе с лейтенантом Трэггом из отдела по раскрытию убийств.

– Так-так-так! – воскликнул Трэгг. – Какая неожиданность! Обычно вы, Мейсон, оказываетесь по другую сторону баррикады. Если я правильно все понял, вы сами предложили сотрудничать с полицией?

– Да, и с радостью воспользовался бы полицейской расторопностью, которая в прошлом неоднократно оказывалась очень некстати.

– Что вы можете рассказать о деле?

– Боюсь, что практически ничего. Хозяйка квартиры консультировалась со мной по одному вопросу, который в данный момент я не вправе обсуждать с вами, однако у нее имелись основания считать, что ей угрожает опасность, когда она звонила мне сегодня утром.

– В какое время она вам звонила? – уточнил Трэгг.

– Примерно двадцать минут одиннадцатого.

– Как вы фиксируете время?

– По ряду сопутствующих обстоятельств и по памяти.

– Каких именно сопутствующих обстоятельств?

– В данном случае по слушанию одного дела в суде, которое меня интересовало.

– Как обычно, вы что-то скрываете, – заметил Трэгг.

– Защищаю свою клиентку, – возразил Мейсон. – Я прекрасно знаю, что сведения, полученные полицией, частенько оказываются в газетах. Я думаю, что моя клиентка не хотела бы подобной популярности. Однако я сообщаю вам, что она звонила мне сегодня утром и просила немедленно приехать сюда, она считала, что за ее квартирой кто-то следит. Она предполагала, что за наблюдением могут последовать нежелательные для нее действия этих лиц.

– И вы с Полом Дрейком решили переквалифицироваться в телохранителей и бросились сюда? Почему вы не позвонили в полицию?

– Я считаю, что она не хотела вызывать полицию.

– Почему вы так решили?

– Она сама могла с вами связаться, если бы желала этого.

– К зданию примыкает гараж. Я сейчас отправлюсь туда, – заявил Трэгг. – Вам с Дрейком, наверное, лучше составить мне компанию. Думаю, что не следует выпускать вас из виду.

– А что будет здесь? – спросил Мейсон, кивая на раскрытую дверь квартиры.

– Здесь все подождет. Мои люди никого не пропустят. В данный момент снимают отпечатки пальцев и разбираются с уликами. А мне хотелось бы взглянуть, что делается в гараже.

– Вы там ничего не найдете, – заметил Мейсон.

– Почему вы так думаете?

– Я предполагаю, что вы там ничего не найдете.

– Вы считаете, что девушку похитили на ее машине?

– Понятия не имею.

– Но вы считаете, что ее похитили?

– Несомненно, что ее увели против воли.

– Ладно, спускаемся вниз. У меня для вас есть новости, Перри.

– Какие?

– Квартиры в этом доме сдаются вместе с гаражами. У каждого квартиросъемщика свой гараж. Мои ребята заглянули в девятьсот седьмой, и как вы думаете, Перри, что они там обнаружили?

– Случайно не тело мисс Амблер?

– Нет, нет, нет, – покачал головой Трэгг. – Я не хотел вас пугать, пытался просто сообщить вам одну вещь. Мы нашли там то, что ищем уже несколько дней.

– И что?

– Светлый «Кадиллак», сбивший пешехода. Номер YBI шестьсот девяносто четыре. Его украли в Сан-Франциско пятого сентября, а шестого им сбили мужчину уже у нас в городе.

– Вы хотите сказать, что эта машина стоит в девятьсот седьмом гараже?

– Все правильно. Украденный автомобиль с вмятиной на крыле и разбитой левой передней фарой. Стекла, найденные на месте происшествия, как раз подходят. Хочу, чтобы и вы взглянули, Перри.

– Значит, она была права, – заметил Мейсон.

– Кто?

– Моя клиентка.

– В каком смысле?

– В настоящий момент я не имею права раскрыть вам все детали, Трэгг, однако могу заявить, что наличие автомобиля у нее в гараже связано с причиной ее обращения ко мне.

– Очень мило. А теперь, Перри, если вы намерены помочь своей клиентке и помочь полиции найти ее, пока не произошло что-нибудь серьезное, вам лучше объяснить мне, что же ее волновало.

– Ладно, кое-что я вам открою. Она считала, что будет сделана попытка связать ее с этим… в общем, с чем-то, что произошло шестого сентября. Она не могла с точностью сказать, с чем именно.

– И вы решили с этим разобраться?

– Провел небольшое расследование.

– И выяснили про наезд на дороге?

– Да.

– Вы знали, что машина, совершившая наезд, стоит у нее в гараже?

– Конечно, нет. И, к вашему сведению, Трэгг, я не являюсь соучастником после события преступления. Я не пытался скрыть или замести какие-либо следы. Я не сомневаюсь, что машину поставили в гараж несколько минут назад, и это часть дела, которым мы занимаемся в настоящий момент.

К Трэггу подошел полицейский и вручил ему сложенный листок бумаги.

Трэгг развернул его, прочитал записку, снова сложил, опустил в карман, поднял глаза на Мейсона и заявил:

– Теперь вы видите, Перри, как чувствует себя человек по другую сторону баррикады.

– Что вы имеете в виду? – не понял Мейсон.

– Мужчина, которого увезли на «Скорой», не дотянул до больницы. Теперь придется расследовать убийство.

– Давайте надеяться, что не два, – ответил Мейсон.

Лейтенант первым направился к лифту, мужчины спустились на первый этаж и подошли к гаражам, над каждым из которых висел свой номер.

– Сюда, – указывал путь Трэгг.

Наконец они остановились перед девятьсот седьмым гаражом.

Лейтенант достал из кармана ключ и отпер замок.

– Прошу вас держать руки в карманах и ни к чему не прикасаться. Просто хочу, чтобы вы посмотрели. Вот и все.

Мейсон засунул руки в карманы. Через несколько секунд Дрейк последовал его примеру. Трэгг включил свет.

– Вот машина, – кивнул он.

Мейсон оглядел огромный автомобиль светлого цвета.

– Ну и что?

– Обратите внимание на правое крыло, Перри. Вот сюда пройдите. Чуть-чуть подальше. Так, отсюда прекрасно видно. Паутину заметили? И сколько мух в нее попало? Проследите за тем, как тянется паутина: до маленького верстака. Значит, паук здесь долго трудился, а следовательно, машину не только что загнали в гараж.

Трэгг наблюдал за выражением лица Мейсона.

– Я уже давно работаю в полиции, Перри, – продолжал лейтенант. – Никогда нельзя доверять словам женщины, в особенности если у нее имелась возможность отрепетировать рассказ. Дорри Амблер – ваша клиентка, ее могли похитить, а могли и не похитить. На полу в ее квартире лежал смертельно раненный мужчина. Может, это ее вина, может, нет, однако у нее в гараже стоит машина, наехавшая на пешехода. За машину, стоящую у нее в гараже, она отвечает. Во-первых, это краденый автомобиль, во-вторых, им сбили человека. А теперь, Перри, скажите мне, что вам вообще известно о Дорри Амблер?

Мейсон стоял в задумчивости какое-то время, а потом покачал головой:

– Не очень много.

– Только то, что она вам сама говорила?

– Да.

– Я никому не собираюсь докладывать, что показывал вам паутину, – продолжал Трэгг. – Однако мы ее обязательно сфотографируем. Это окажется одной из улик в версии окружного прокурора, независимо от того, какое дело будет слушаться. Я показал вам паутину под свою ответственность. Я хочу заключить с вами сделку. Это информация, жизненно важная для вашей клиентки. Я думаю, что у вас есть информация, жизненно важная для меня.

Лейтенант, Мейсон и Дрейк вышли из гаража. Трэгг запер его.

– Ну как, Перри? – обратился лейтенант к Мейсону.

– Трэгг, я не против того, чтобы сотрудничать с вами, однако мне необходимо немного подумать и кое-что проверить.

– А после того, как вы проверите это кое-что, вы сообщите мне все, что можете?

– То, что я смогу открыть вам с чистой совестью и что пойдет на пользу моей клиентке.

– Да, это лучшее, что вы в состоянии сделать, – согласился Трэгг. – На большее нам рассчитывать не приходится.

– Я хотел бы попросить вас об одной вещи, Трэгг.

– Да?

– Как только свяжетесь с моей клиенткой, дайте мне знать, пожалуйста.

– Как только мы свяжемся с вашей клиенткой, Мейсон, мы начнем допрашивать ее об убийстве и наезде на пешехода. Мы, конечно, объявим ей, что она имеет право проконсультироваться у адвоката, однако предпримем все возможное, чтобы заставить ее говорить. Вы сами это прекрасно знаете.

– Знаю, – кивнул Мейсон.