Отыскав не слишком многолюдный бар, Мейсон и Делла Стрит зашли в него.

– Итак, каковы наши дальнейшие действия? – поинтересовалась она, когда они устроились в его уголке.

Мейсон ответил:

– Экспресс «Лос-Анджелес» компании «Юнион пасифик» проходит здесь около двух часов ночи. Попробуем достать в нем места. Дома будем в девять утра. Я сойду в восточном пригороде и возьму такси.

– Замечательный финал для медового месяца! – заметила Делла.

– Пилот нашего самолета удивился бы, увидев нас сейчас, – засмеялся адвокат.

На мгновение шум в баре стих. Из радиоприемника за стойкой, передававшего до этого танцевальную музыку, послышался голос диктора:

«Радиостанция Лас-Вегаса передает очередной выпуск местных новостей. Спонсор нашей программы – фирма «Силвер стрик». Рестораны, бары и кафе и казино «Силвер стрик» удовлетворяют самые изысканные вкусы своих посетителей. Это великолепные кухни, сравнимые лишь с лучшими ресторанами самых крупных городов мира, широкий выбор всевозможных напитков и замечательное обслуживание…»

Мейсон небрежно махнул рукой:

– Когда фирма финансирует программу, она превращается…

Протянув руку через небольшой столик, Делла схватила его за запястье:

– Нет, вы только послушайте, шеф!

Диктор между тем продолжал:

«Согласно сведениям, полученным от одного из голливудских радиокомментаторов, занимающегося звездами кино, сегодня вечером в наш город прилетели известный лос-анджелесский адвокат Перри Мейсон и его очаровательная секретарша мисс Делла Стрит с целью официально оформить свой роман, длящийся, по словам их друзей, вот уже несколько лет. Мистер Мейсон и его секретарша были замечены во второй половине дня в аэропорту Лас-Вегаса. Разговор с пилотом подтвердил тот факт, что парочка появилась здесь, чтобы воспользоваться преимуществами либерального закона о браке штата Невада.

А теперь прогноз погоды для Лас-Вегаса и его окрестностей. Сегодня ночью и завтра небо будет безоблачным. Температура повысится с сорока двух градусов ночью до семидесяти восьми градусов днем. Легкий северный бриз…»

Затем последовало несколько объявлений, коммерческая реклама, и вновь заиграла танцевальная музыка.

Делла подняла бокал:

– Ну, мистер Мейсон, желаю вам счастья!

Чокаясь с нею, адвокат улыбнулся:

– Теперь эта новость разнеслась по всему городу, придется им подыграть. Мы же не хотим, чтобы информационные службы подали на нас в суд за клевету… О боже! – Он поставил бокал, достал из кармана бумажник и жестом подозвал официанта.

– Что случилось? – спросила Делла.

– Гиббс!

– А что такое с Гиббсом?

– Я вдруг вспомнил, как он настойчиво предлагал отпечаток своего пальца.

– Это вы к чему?

– И сделал это прямо у нас под носом!

– Шеф, объясните мне, наконец…

Появился официант. Адвокат рассчитался с ним.

– Оставьте сдачу себе. Мы уходим. Пойдем, Делла!

Они поспешно вышли на улицу.

– Что все-таки случилось?

– Гиббс. Он пришел в квартиру, чтобы что-то оттуда взять, – и взял.

– Нет, шеф, он ничего не брал. Я следила за ним как ястреб.

– Подумай еще, Делла.

– Да нет же! Он даже ни до чего не дотрагивался…

– Так ли?

– Ну, вот только вытер пальцы о какое-то письмо…

– Он явно хотел взять что-то со стола, – пояснил адвокат, – поэтому и предложил снять отпечаток своего пальца. И таким образом получил возможность сделать то, что хотел.

– Но, боже, шеф, это было всего лишь официальное письмо! Он не стал бы так рисковать ради…

– А это мы сейчас проверим! – пообещал Мейсон.

– И куда мы теперь идем? – спросила Делла.

– Поговорить по душам с мистером Гиббсом.

– Но он уже наверняка знает, что вы вовсе не полицейский.

– И все же попробуем ему устроить маленький экзамен.

Они спустились вниз по улице мимо сверкающих казино, битком набитых людьми.

– Главная улица Лас-Вегаса напоминает Лос-Анджелес за день до Рождества, – проговорила Делла.

Мейсон усмехнулся:

– Это, пожалуй, самый неугомонный город во всем мире.

– Здесь всегда так много людей?

– Всегда.

– Улица никогда не пустеет?

– Никогда. Ближе к утру суета немного уляжется, но деловая жизнь не останавливается ни днем ни ночью. Ну, мы пришли, Делла.

Они вошли в отель «Аррапахо», подошли к столику, на котором стояли телефонные аппараты для внутренней связи.

Подняв трубку, Мейсон сказал:

– Я хочу поговорить с Томасом Гиббсом из Лос-Анджелеса.

– Мистер Гиббс выписался около пятнадцати минут назад.

– Он оставил какой-нибудь адрес?

– Нет.

– Спасибо, – поблагодарил адвокат, повесил трубку и, взглянув на Деллу, сообщил: – Выписался.

– И что теперь? – поинтересовалась она.

Немного подумав, адвокат направился к стойке кассира.

– Добрый вечер, – приветствовала его девушка.

– Добрый вечер, – ответил он. – Я друг мистера Томаса Гиббса, который выписался около пятнадцати минут назад. Мистер Гиббс очень спешил и невнимательно посмотрел на счет. Лишь потом понял, что переплатил за какие-то междугородные разговоры, поэтому попросил меня…

Кассирша покачала головой:

– Люди почти всегда разговаривают дольше, чем им кажется…

– Это не так, – перебил ее Мейсон. – Дело в том, что в счете есть номера, по которым он просто не звонил.

– Междугородные?

– Да. Номера в Лос-Анджелесе.

Девушка выдвинула ящик стола, достала копии счетов с пометкой «Уплачено» и холодно произнесла:

– Вот было три звонка в Лос-Анджелес, все по одному номеру. Я абсолютно уверена, что мистер Гиббс действительно звонил три раза.

Глядя на счета, Мейсон возразил:

– Но он твердо уверен, что разговаривал лишь дважды.

– Так, – возмутилась кассирша, – он разговаривал три раза. Однако я сейчас проверю эти данные.

– Спасибо, – отозвался он.

Девушка отвернулась, подошла к другому ящику, выдвинула его и стала проверять счета.

Тем временем Мейсон пометил в записной книжке, что Гиббс сделал три междугородных звонка и пробыл в отеле всего лишь примерно четыре часа.

Кассирша вернулась со словами:

– Счета абсолютно точные. Состоялось три разговора. Один – чуть позже того, как мистер Гиббс зарегистрировался в отеле в пять часов вечера; второй – в шесть, и третий – за несколько минут до того, как он уехал. Я как раз вспомнила, что спросила мистера Гиббса при выписке, не звонил ли он недавно, так как этот звонок мог еще не попасть в счет, и он мне сказал, что звонил в Лос-Анджелес.

– Да, – подтвердил адвокат, – с этим и первым звонками все в порядке, но тот, третий, в шесть часов, попал в счет, вероятно, по ошибке.

– Уверяю вас, нет никакой ошибки.

Мейсон улыбнулся:

– Ну, в любом случае я поставил вас в известность, как и обещал моему другу.

– Доброй ночи, – произнесла она, едва сдерживая ярость.

– Доброй ночи, – холодно отозвался адвокат.

Мейсон и Делла Стрит пересекли вестибюль отеля и вышли на улицу.

– Запомнила номер? – спросил он.

– Запомнила и нашла его в телефонном справочнике, пока вы разговаривали с кассиршей.

– Ты не могла так быстро найти этот номер, – усомнился адвокат.

– Я нашла номера телефонов виллы «Лавина», – объяснила Делла Стрит. – Тот, по которому Гиббс звонил, – в вилле «Лавина-3».

– Отличная работа! – отметил Мейсон. – А теперь поразмыслим. Он звонил около шести, потом еще перед тем, как выписаться. Сложим два и два.

– Ну, в последний раз, несомненно, кому-то сообщал, что встретил девушку, заявившую, будто она Инес Кейлор, и мужчину, который предположительно является детективом…

– Ты так думаешь?

– А вы как думаете?

– Сделав последний звонок, Гиббс, вероятно, доложил, что в квартире оказались Перри Мейсон, который там снимал отпечатки, и его очаровательная секретарша Делла Стрит, изображавшая из себя Инес Кейлор.

– Но, шеф, он же не мог… Он никак не показал, что узнал нас. Он был ошарашен, открыв дверь…

– Разумеется, был ошарашен, – согласился адвокат. – Ведь он вообще не ожидал увидеть кого-либо в квартире, а тем более нас. Мне казалось, я сумел его переиграть, намекнув тебе изобразить из себя Инес Кейлор и прикинувшись детективом. Но вспомни, как сначала Гиббс тянул время, пытаясь придумать, как ему добиться своей цели.

– Вы хотите сказать, придумать, как ему оттуда уйти?

– Да нет! Забрать то, за чем он пришел туда, а уж потом повернуться и уйти. Если бы мы попытались его задержать, Гиббс мог позвонить в полицию, и тогда уже мы, а не он оказались бы в незавидном положении. Нет, Делла, Гиббс пришел что-то забрать и забрал. Потом позвонил Марте Лавине и доложил, что задание выполнил.

– В таком случае это может быть только то официальное письмо. Но вот какое? Насчет подписки на журнал или…

– А мы пойдем и посмотрим, – решил Мейсон. – Как бы там ни было, а он унес с собой то, за чем приходил.

– А он не позвонил в полицию и не сообщил про нас, хотя бы анонимно? – встревожилась Делла.

– Вполне мог.

– И все равно вы собираетесь туда вернуться?

– Именно так. Нам просто необходимо это сделать. Пойдем!

– Шеф, это опасно.

– Мы хорошенько оглядимся, прежде чем входить, – пообещал Мейсон. – Войдем и быстро выйдем, ведь мне нужно лишь бросить взгляд на оставшиеся письма. Подумать только, три звонка Марте Лавине!

– Я тоже не понимаю, зачем ему понадобилось звонить трижды.

Быстро шагая, адвокат предложил:

– Давай попробуем найти этому объяснение. Гиббс приезжает в Лас-Вегас, звонит и докладывает: все чисто, можно действовать. Затем идет в квартиру Кейлор, переворачивает там все вверх дном в поисках того, что ему нужно. Уходит, опять звонит Марте Лавине, что перерыл все, но не нашел того, что искал. Или, может, сообщает, что добыл все, что было нужно, а она спрашивает его о письмах, и он говорит ей, что оставил на столе три официальных письма, рассказывает какие. А она ему отвечает: «Ты чертов дурак, одно из этих писем надо изъять. Вернись и забери его». Он возвращается, но тут обнаруживает нас и начинает ломать комедию. Потом выходит, бежит в отель, звонит Марте и докладывает, что в квартире оказались мы, и торжественно сообщает, что достал письмо, за которым она его посылала, стянул прямо у меня из-под носа. Потом срочно выписывается из отеля.

– Все может быть, – протянула с сомнением Делла. – Только странно устраивать такую беготню из-за простого делового письма.

– Ну, увидим, – пообещал Мейсон. – Там их было три. То, что о подписке на журнал, – у меня в кармане, на нем его отпечатки. Другие два – из компании по недвижимости и модельного агентства. Вот мы и пришли, Делла… Думаю, тебе лучше подождать здесь.

– Нет-нет, шеф! Я с вами.

– Нет, – отрезал адвокат. – Погуляй пока по улице. Мало ли что может произойти? Если меня увезет полиция, ты сможешь внести за меня залог. Если меня увезет кто-нибудь еще, постарайся записать номер машины, присмотрись к людям, сидящим в ней, и немедленно иди в полицию.

– Я не хочу, чтобы вы шли туда один…

– Ты окажешь мне гораздо большую помощь, оставшись здесь.

– Ладно, пусть будет по-вашему, – согласилась Делла.

Мейсон окинул взглядом улицу. На этот раз он не стал задерживаться, чтобы звонить в квартиру. Просто открыл ключом дверь подъезда и поднялся по лестнице. Затем отомкнул квартиру Инес Кейлор.

Там все осталось так, как было, когда они уходили.

Он подошел к столу, задержался у него на мгновение, только чтобы взглянуть на оставшееся письмо. Оно оказалось из компании по недвижимости. То, что было из модельного агентства, исчезло.

Не потрудившись даже выключить свет, адвокат вышел на лестничную клетку, захлопнул за собою дверь, сбежал вниз по лестнице, вышел на улицу.

Делла Стрит перебежала через дорогу, подошла к нему и с облегчением произнесла:

– Боже, шеф, я так за вас волновалась! – И вдруг насторожилась: – Ой, что это?

Они услышали нарастающий звук сирены. В следующее мгновение из-за угла выскочила полицейская машина и остановилась перед домом Инес Кейлор. Из нее выскочили двое полицейских и побежали к подъезду.

– Надо же, как мы разминулись, – удивился адвокат, хватая Деллу за руку и уводя ее в боковую улицу.

– Гиббс вызвал?

– Наверняка. Только сначала выписался из отеля, а уж потом позвонил в полицию из автомата и сказал, что в квартире Кейлор орудуют воры.

Они свернули за угол.

– Что он взял? – спросила Делла.

– Письмо из модельного агентства. Ты помнишь его название?

– Боже, нет, шеф! Что-то вроде «Модели Афродиты».

– Думаю, это можно найти, – решил Мейсон. – Зайдем в отель «Апачи», посмотрим в телефонном справочнике. И, кстати, я позвоню Полу Дрейку.

Они быстро дошли до отеля «Апачи».

Из телефонной будки адвокат позвонил Дрейку.

– Так-так-так, – сказал тот. – Поздравляю, Перри! Наконец-то это произошло! Ну, я определенно рад был услышать…

– Цыплят по осени считают, – перебил его Мейсон. – Мы с Деллой здесь по делу.

– Это ты так думаешь, – возразил Дрейк. – Весь город обсасывает эту новость. Теперь вы как будто женаты.

– Не валяй дурака, Пол!

– Что ж тут дурацкого?

Адвокат захлопнул дверцу будки.

– Давай выкладывай все начистоту. Не важно, насколько плохи дела.

– У меня действительно плохие для тебя новости, – сообщил детектив.

– В чем дело?

– Ты взял ложный след.

– Что ты имеешь в виду?

– Твой клиент все-таки виновен. В любом случае твой план его защиты разлетелся вдребезги.

– Как это произошло?

– Помнишь сумочку?

– А что с ней такое?

– Это сумочка Марты Лавины.

– Что?! – воскликнул Мейсон.

– Это правда.

– Пол, такого не может быть!

– Факт есть факт. Я нашел эксперта из компании, занимающейся производством кожаных изделий. Парень в этой области просто ас. Он сразу определил, что эта сумочка была сделана в Пасадине человеком, который шьет их на заказ. Сумочка ручной работы. Она не проходила через оптовиков или торговую сеть, мастер передал ее покупательнице из рук в руки.

На всякий случай я слетал к нему. Сначала он немного разозлился, что я отвлек его от ужина в субботу вечером, но, в общем-то, оказался простым стариком с хорошей репутацией, так что его честность не вопрос. Он узнал предмет на фотографии. Марта Лавина купила эту сумочку. Она его постоянная заказчица. Конечно, многого мастер не сказал, говорит, что отношения с клиентами – его частное дело, но отлично помнит, что эту сумочку у него купила Лавина. Она ведь, как тебе известно, примечательная, с зеркальцем на клапане-застежке.

– И он знает Марту Лавину? Не может быть ошибки?

– Никак нет, – подтвердил Дрейк. – Я показал ему ее фотографию. Он даже сказал, что она расплачивается с ним чеками, на которых стоит ее имя. Спутать невозможно.

– Черт возьми! – воскликнул адвокат. – Я мог бы проспорить кучу денег, доказывая, что ее не было в машине вместе с Арчером… Черт, Пол, может быть, она кому-нибудь одалживала свою сумочку?

– Разумеется, она могла это сделать, но это практически не оставляет тебе никакого шанса выиграть дело и разрушает всю твою схему защиты.

– Ладно, – отмахнулся Мейсон. – А что тебе удалось выяснить о подружках Арчера?

– У него их нет. Он вдовец. Живет один. Даже если в ту ночь с ним была какая-то другая женщина, не существует причины, по которой ему следовало бы это скрывать. Он волен крутить с любой дамочкой. Богатый вдовец, без детей…

– Если только это не была замужняя женщина, – заметил адвокат, – чей муж мог…

– Ну конечно, всегда можно взглянуть с другой стороны, но в таком случае эта замужняя женщина должна была иметь при себе сумочку Марты Лавины. Повторяю, Перри, ты лаешь не на то дерево. Я думаю, замешательство Марты Лавины и ее неудачная попытка вспомнить подробности ограбления вызваны какой-то иной причиной, которую мы еще не знаем.

– О’кей, – устало произнес Мейсон, – продолжай работать в этом направлении.

– Слушай, Перри, прошу тебя, брось ты это дело! Расходы неимоверные, а мы лишь бегаем по кругу, нюхая след…

– Ну поработай хотя бы еще денек, – попросил адвокат. – В понедельник утром мы придем в суд…

– Послушай моего совета, брось эту затею! – повторил Дрейк. – В этом деле есть какой-то момент, который не имеет никакого отношения к ограблению, но его очень хотят скрыть. Твой клиент, Альберт Броган, виновен, он бродяжничал тут два или три месяца, совершил ограбление, убил Дафну Хоуэлл…

– Он мой клиент, – отрезал Мейсон.

– Да, но тебе его навязали, он не твой постоянный клиент. Тебя просто подставили…

– Хватит, Пол! Это ничего не меняет, он мой клиент. Давай на этом и остановимся. – И Мейсон повесил трубку.

Когда адвокат вышел из кабинки, Делла встретила его вопросительным взглядом. Он покачал головой.

– В чем дело?

– Они выбили почву у меня из-под ног.

– Шеф, что случилось?

Мейсон рассказал.

Делла задумалась. А потом, как всегда, спросила:

– Так, и что мы теперь будем делать?

– Ты нашла что-нибудь о модельном агентстве «Афродита»?

– Его нет в телефонном справочнике.

– И ничего похожего на такое название?

– Ничего.

– Не могу вспомнить, что было написано на конверте про агентство, но слово «Афродита» там точно фигурировало.

– Я знаю, – согласилась она, – но его в справочнике нет.

Мейсон нахмурился.

– Давай достанем лос-анджелесские газеты, – предложил он. – Просмотрим в них объявления из раздела «Требуются». У нас еще много времени до поезда. Я знаю тут киоск, где продаются газеты со всей страны.

Добравшись до киоска, они купили несколько газет, затем зашли в вестибюль отеля «Сал Сагев», находящегося неподалеку от железнодорожного вокзала, уселись там в холле и принялись их читать.

– На что обращать внимание в первую очередь? – поинтересовалась Делла.

– На объявления, в которых требуется помощник, работник, прислуга, да что угодно. Ты бери «Таймс», а я возьму «Экзаминер».

Минут через десять Делла нашла зацепку.

– Вот кое-что есть, – сказала она, открывая сумочку и доставая из нее маленькие маникюрные ножницы, чтобы вырезать объявление.

– Что именно? – поинтересовался Мейсон.

Она прочла:

«Для работы фотомоделями в иностранных авиакомпаниях и пароходствах приглашаются молодые женщины в возрасте от 21 до 29 лет, любящие путешествовать, свободные для поездок. Соискательницы могут не обладать средним образованием, но должны иметь привлекательную внешность, средний рост и вес, отвечать типичным представлениям о девушке-американке.

– Это нас на что-нибудь наводит? – спросила Делла.

– Не знаю, – ответил Мейсон, – но склоняюсь к тому, что наведет. – Он просмотрел свою газету и добавил: – Здесь тоже есть похожее объявление.

– Очевидно, Инес Кейлор отозвалась на него, – предположила Делла. – И получила ответ из агентства.

– И почему-то он был весьма важен для Марты Лавины, – добавил адвокат, – коли она послала за ним Томаса Гиббса в эту квартиру.

– Вы так думаете?

– О, черт, я в этом почти уверен, – ответил он. – Но хотел бы знать почему.