Когда Мейсон вернулся, дверь кабинета оказалась запертой, а на своем письменном столе он обнаружил записку:

«Мы с Мэри ушли. Позвоните мне домой, если вам что-нибудь понадобится.

Адвокат прочитал записку, смял ее, бросил в мусорную корзину и уселся за письменный стол. Неподвижно посидев минут тридцать, вскочил и принялся расхаживать по кабинету, уставившись на ковер, перебирая в уме факты, пытаясь их связать друг с другом.

Внезапно заверещал аппарат незарегистрированного телефона, Мейсон пересек комнату, поднял трубку.

– Шеф, я попала в переделку, – сообщила возбужденным голосом Делла Стрит.

– Что случилось?

– Думаю, об этом не стоит говорить по телефону.

– Где ты?

– В той квартире, о которой вы говорили.

– Ты имеешь в виду?..

– Да. Там, где вы хотели снять отпечатки.

Мейсон, вдруг осознавший, что произошло, глянул на стол, на который Мэри Броган положила портфель с набором для снятия отпечатков пальцев, и увидел, что его нет.

– Мэри с тобой? – спросил он.

– Нет. Тот тип следил за ней. Я велела ей оторваться от него и идти ко мне домой.

– А что произошло у тебя?

– Думаю, вам лучше приехать сюда.

– Еду, – не раздумывая, заявил Мейсон и спросил: – Но ты в безопасности?

– Не то чтобы… но, боюсь, влипла в неприятности.

– Скоро буду, – пообещал адвокат. – Сиди там тихо.

Он бегом помчался к лифту, в рекордное время добежал до стоянки, где находилась его машина, и еще через несколько секунд уже несся по улицам, пользуясь любой возможностью проскочить побыстрее.

Меньше чем через пятнадцать минут адвокат остановился у входа в отель «Киноут», нашел место для парковки, пересек улицу, нажал кнопку звонка в квартиру Петти Кейлор.

Почти мгновенно раздалось ответное жужжание, Мейсон толкнул дверь и вошел в подъезд.

Пройдя по узкому, слабо освещенному коридору, он поднялся на лифте на третий этаж.

Делла Стрит ждала его за дверью квартиры Кейлор и открыла ее, как только он подошел, мгновенно приложив палец к губам, призывая к молчанию. Потом пропустила его в квартиру, закрыла и заперла дверь.

– В чем дело? – тихо спросил адвокат.

– Я знаю, как вам нужны эти отпечатки, – ответила Делла. – Мэри в курсе, что я собиралась сделать. Она повела «хвост» за собой, потом, когда от него отделается, пойдет ко мне домой, а я взяла портфель и пришла сюда.

Мейсон потрепал ее по плечу:

– Отличная работа, Делла! И все-таки тебе не следовало так поступать. Ты могла…

– Знаю, – нетерпеливо перебила она. – Я хотела снять отпечатки и передать их вам через Пола, не рассказывая, откуда они взялись. Но вот попала в переделку, которую вам придется расхлебывать.

– Так что же произошло?

– Пойдемте со мной, – попросила она и повела Мейсона в спальню.

На кровати, укрытая одеялом по самую шею, лежала неподвижная фигура.

– Что за черт! – воскликнул адвокат.

– Она была на полу гардеробной, – сообщила Делла. – Я покрутилась тут минут пять-десять, снимая отпечатки пальцев, потом открыла дверь в гардеробную, и эта девушка прямо выпала оттуда. Я с трудом перетащила ее на кровать.

– Она была одета? – поинтересовался адвокат.

– Полностью. Туфли и все такое. Кто она, шеф?

– Посвети на нее. Мне тоже это хочется выяснить.

Делла подтащила к кровати торшер, и бледное лицо девушки залил свет.

– Конечно, живая и при полном боевом раскрасе она выглядела бы несколько иначе, – проговорил Мейсон, – но провалиться мне на этом месте, если я могу узнать в ней Петти Кейлор, с которой провел вчера вечер. Нет, думаю, это не она. На ее одежде есть какие-нибудь метки?

– Я не смотрела, – ответила Делла. – Позвонив вам, я только успела перетащить ее сюда, на кровать. Не думала, что эта девица окажется такой тяжелой.

– Ты не видела ее сумочки?

– Нет, в гардеробной ее не было.

Мейсон отогнул одеяло, провел руками по обоим карманам жакета, в котором была девушка, вытащил кожаный чехольчик с одним-единственным ключом.

– Это уже кое-что. – Он вернулся в коридор, испробовал ключ на входной двери, потом вернулся в спальню.

– Подходит? – спросила Делла.

Адвокат отрицательно покачал головой.

– Пока вы там пробовали ключ, я посмотрела этикетки на одежде, – сообщила она. – На пиджаке есть одна… какой-то магазин в Лас-Вегасе, штат Невада.

– Надо разобраться с этим ключом, – сказал Мейсон. – Он может оказаться той ниточкой, которая приведет нас к разгадке.

– Господи, я боялась, что вы скажете «ключевой уликой»! – отозвалась Делла. – Как мы поступим дальше? Вызовем полицию, или «Скорую», или и тех и других?

– Думаю, лучше вызвать врача, – решил Мейсон.

– А потом? Вы собираетесь отсюда просто уйти?

– Мы уйдем вместе.

Она покачала головой:

– Понимаете, мне пришлось наврать, чтобы попасть сюда. Когда привратник открыл мне дверь, я сказала ему, что мисс Кейлор в больнице и попросила меня прийти сюда, взять для нее кое-что из одежды. Представилась ему медсестрой. Он взял ключ, открыл мне дверь.

– И ничего не заподозрил?

– Нет, но довольно хорошо меня рассмотрел.

– Он старый или молодой?

– Около пятидесяти. Швед, говорит с сильным акцентом. Если полиция начнет расспрашивать, вспомнит меня и детально опишет. И… думаю, ни к чему хорошему это не приведет. Так что лучше мне остаться здесь и расхлебывать эту кашу.

Мейсон пересек комнату, подошел к телефону.

– Делла, посмотри номер доктора Хановера.

– Ему можно доверять?

– Придется, – ответил адвокат. – Впрочем, думаю, можно. Мы же вытащили его из этой истории с шантажом. Какой у него номер?

Делла быстро пролистала страницы телефонной книги, назвала номер, и Мейсон его набрал. А когда ему ответил женский голос, сказал:

– Это Перри Мейсон, адвокат. Мне необходимо немедленно поговорить с доктором Хановером по совершенно неотложному делу… Я знаю, что сегодня суббота, но дело очень срочное… Хорошо, я подожду у телефона. – Через мгновение он уже разговаривал с доктором, назвал ему адрес дома и номер квартиры. Потом спросил: – Запомнили? – и продолжил: – Здесь находится девушка, которая, судя по всему, приняла слишком большую дозу снотворного. У нее слабый пульс, она очень бледна, находится в бессознательном состоянии. Приезжайте как можно скорее.

– Буду немедленно, – пообещал доктор.

– И еще: надо, чтобы это все осталось между нами, – добавил адвокат.

– Можете на меня положиться, – пообещал доктор Хановер. – Вы же это знаете. Приеду немедленно.

Мейсон повесил трубку, повернулся к Делле.

– Шеф, вы что-нибудь понимаете? – спросила она.

– Не знаю даже, как к этому подойти, – ответил тот. – С чего начать?..

– Ведь эту девушку увезли в машине «Скорой помощи». Она…

– Откуда тебе известно, что это ее увезли?

– Ну как же, сюда подъехала «Скорая», ее вывели из дома и увезли. Правда, мы не знаем, куда подевалась «Скорая», но ее-то увезли – это факт! Конечно…

– Продолжай, – попросил Мейсон.

– Нет, – отказалась она. – Все это не согласуется со здравым смыслом.

– А по-моему, у тебя возникла какая-то идея, но ты остановилась.

– Пустая!

– Почему же?

– Потому что я не знаю, какую из нее можно извлечь пользу.

– И все-таки поделись со мной. О чем ты подумала?

– Ну, видимо, санитары из «Скорой» поднялись сюда, снотворное только начинало действовать, мисс Кейлор была еще в силах идти сама. Ее посадили в «Скорую» и увезли. Естественно, все предположили, что в больницу.

– Дальше, – подтолкнул адвокат.

– А на самом деле просто привезли обратно сюда и оставили умирать.

– Каким образом они могли ее пронести?

– Должно быть, через черный ход.

Мейсон прошел по комнате, остановился около кровати, задумчиво посмотрел на девушку.

– Единственное, чего я не понимаю, это зачем они так сделали, – продолжила между тем Делла. – К чему сначала надо было ее забирать, а потом привозить обратно?

Мейсон сказал:

– Это было бы в высшей степени артистичное убийство, ты не находишь, Делла?

– Что вы имеете в виду?

– Мисс Кейлор добровольно приняла снотворное, – принялся объяснять адвокат. – Мэри Броган может это засвидетельствовать. Она сообщила об этом Дрейку, Пол уведомил полицию. То есть и Мэри, и Дрейк остаются вне всяких подозрений.

– На что вы намекаете? – удивилась Делла Стрит.

– Потом некая «Скорая» с незарегистрированными номерами вылетает из-за угла, и два санитара вбегают в здание. Через некоторое время выходят, поддерживая с двух сторон пошатывающуюся женщину. Лица ее никто не видел, голова женщины была низко опущена. Ее сажают в машину и уезжают.

– Хотите сказать, что Кейлор не увозили и не привезли обратно? Что это была совсем другая женщина?

– Нам же неизвестно, поднимались ли они вообще в эту квартиру? Войдя в дом, могли увидеть на лестнице спотыкающуюся женщину, которая пролепетала: «Я приняла слишком много снотворного», и увезти ее, естественно предположив, что это именно тот случай, о котором им сообщили. Следом приехали полицейские, но эти даже не потрудились войти в дом. Увидели толпу, собравшуюся у подъезда, – зевак, вышедших из соседнего ресторана и салона красоты через дорогу, которые в таких случаях появляются словно из-под земли, – и кто-то из них сообщил, что полиция опоздала, «Скорая» уехала несколько минут назад. Полицейские, естественно, решили, что меры приняты, отрапортовали и поехали дальше. А тем временем мисс Кейлор лежала наверху в своей квартире…

– В гардеробной, – поправила Делла.

– Совершенно верно, – признал Мейсон, – хотя это мало о чем говорит. Она могла решить выйти на улицу. Подошла к гардеробной, чтобы взять пальто и шляпку. К этому моменту у нее уже сильно кружилась голова, она упала и тут же заснула. Сон перешел в кому, кома через некоторое время может перейти в смерть…

– Это убийство, – твердо произнесла Делла.

– Докажи! – вызывающе попросил Мейсон. – Она сама приняла снотворное. Все остальное может оказаться цепью случайностей.

– Но что-то же заставило ее пойти на такой шаг?

– Не исключено, что снотворное принял ее двойник.

Когда Делла полностью осознала сказанное адвокатом, глаза ее расширились.

– Но… но откуда вы знаете, что существует двойник?

– Пока не знаю, это только предположение, которое крепнет у меня все больше и больше.

– Боже милостивый, шеф! Выходит, мы имеем дело с хладнокровным убийством, которое будет невозможно доказать!

– Разберемся с этим позже, Делла, – отозвался адвокат. – А пока давай пойдем на кухню, нальем воды в чайник и поставим его на огонь.

– Я сейчас это сделаю, шеф.

– Не наливай слишком много воды, всего две-три чашки, – предупредил Мейсон. – Кипяток может понадобиться доктору, чтобы простерилизовать иглу и шприц. И посмотри, как там насчет кофе.

– Кофе? – переспросила она.

– Кофеин – хороший стимулятор. Свари целый кофейник, и покрепче. – Мейсон пошел следом за Деллой на кухню и стал смотреть, как она, уверенно и быстро двигаясь, наливает воду в чайник, разыскивает кофе и кофеварку. – Не возись с кофеваркой, – посоветовал он. – Просто насыпь побольше кофе и вскипяти. Так быстрее.

– Как вы думаете, шеф, доктору еще долго добираться?

– Думаю, скоро будет, – ответил адвокат. – Он знает, я не стал бы ему звонить, если бы случай был не очень серьезным.

Они стояли возле плиты, глядя на пламя под чайником и кофейником. Потом Мейсон сходил в спальню, взял лежавшую без сознания девушку за запястье, посчитал пульс и, вернувшись, вновь встал возле Деллы.

– Как она? – спросила та.

– Видимо, в том же состоянии. Пульс почти такой же, как был, дыхание без изменений.

– Как вы думаете, все… все обойдется?

– Не знаю. Все-таки она приняла огромную дозу снотворного.

– И ее организм уже начал его впитывать?

Адвокат кивнул.

– Тогда дорога каждая минута.

– Вот именно. Надеюсь, доктор вот-вот появится. Но, как только кофе будет готов, попробую ее им напоить.

– А вдруг она… Я хочу сказать, до приезда доктора…

– Я об этом тоже думаю, – признался Мейсон. Некоторое время они помолчали, потом он продолжил: – И все-таки, насколько я помню, надо довольно много времени, чтобы от снотворного наступила смерть.

– Чем дальше, тем сильнее действие лекарства, оно постепенно отравляет организм. Ведь это делает ситуацию с каждой минутой опаснее, не так ли?

– Вне всякого сомнения.

– Чайник закипает.

Из носика чайника после нескольких порывов пошла ровная струя пара.

Делла уменьшила пламя газовой горелки, чтобы поддерживать воду на точке кипения.

– Шеф, вы думаете, это та самая девушка, которая приехала с Полом из Лас-Вегаса, а потом исчезла из библиотеки суда?

– Не знаю, – ответил Мейсон. – Я все время думаю о возможности существования двух сестер или двух девушек, родственно никак не связанных, но внешне очень похожих.

– Из-за двух квартир?

– Отчасти да.

– И в чем тут идея?

– Этого я не знаю, – признал Мейсон.

– Разумеется, эта девушка по какой-то причине могла ездить в Лас-Вегас и обратно.

– Могла.

– И что в этом необычного?

– Ничего. Мне интересно проверить версию о двух сестрах, потому что я думаю, что «хозяйка», с которой мне довелось провести вчерашний вечер, вовсе не та молодая женщина, которую привез из Лас-Вегаса Пол.

– Но та же фамилия, те же связи, то же…

– Знаю, – перебил адвокат, – однако есть разница в характерах, в реакции…

– И две квартиры, – дополнила Делла Стрит, озадаченно нахмурив брови.

Закипел кофе, Делла бросилась к плите, но не успела выключить газ – черная горячая жидкость хлынула через край турки. И тут же прозвенел звонок.

– Так я и знала, он появится как раз в тот момент, когда убежит кофе и зальет всю плиту, – проворчала она.

– Где здесь кнопка, чтобы открыть дверь? – поинтересовался Мейсон.

– Возле телефона.

Мейсон нажал кнопку, которая открыла железную дверь подъезда, потом подошел к двери квартиры. Делла в это время вытерла убежавший кофе, накрыла кофейник крышкой, зажгла другую горелку и сделала пламя совсем маленьким.

Адвокат слышал, как открылись, а потом закрылись автоматические двери лифта, после чего распахнул дверь квартиры.

Излучая профессиональную уверенность, доктор Хановер широким шагом пересек лестничную клетку.

– Итак, с чем мы имеем дело? – войдя в квартиру, поинтересовался он.

– Возможно, с барбитуратами, – ответил Мейсон. – И, по-моему, состояние тяжелое. Посмотрите сами.

Доктор Хановер снял шляпу, бросил ее на стул, поставил на кровать свой черный чемоданчик, откинул одеяло, взял запястье девушки, лежавшей без сознания, посчитал пульс. Потом расстегнул ей блузку, открыл чемоданчик, достал стетоскоп и стал слушать биение ее сердца.

– Горячая вода есть? – спросил он.

– Есть.

– Кипяток?

– Кипяток.

– Возьмите столовую ложку, – приказал доктор, – подержите ее над огнем, хорошенько разогрейте, затем налейте в нее кипяток и принесите мне.

Делла поспешила на кухню.

– Помогите мне снять с нее жакет и закатать как можно выше рукав блузки, – обратился доктор к Мейсону.

– Как она?

– Думаю, выберется. Только нужно будет кое-что сделать. Как давно она выпила снотворное?

Мейсон покачал головой:

– Мы нашли ее в таком состоянии.

– А как получилось, что вы здесь оказались?

– Искали улики.

– Кто вас впустил?

Адвокат усмехнулся:

– С медицинской точки зрения это имеет какое-то значение?

– С медицинской – нет, – ответил доктор. – Но если придется подписывать заключение о смерти, все эти сведения окажутся кстати.

– Есть такая вероятность?

– Пока не знаю.

Делла принесла столовую ложку с кипятком. Доктор Хановер открыл маленькую баночку, бросил в воду таблетку, подождал, пока она растворится, потом достал из чемоданчика шприц и втянул в него раствор.

– Подержите ее руку вот в таком положении, – попросил он Деллу. Затем смочил спиртом вату, протер предплечье девушки, ввел иглу, а когда вынул ее, сказал Мейсону: – Чтобы избежать неприятностей, ее надо отвезти в больницу.

– Отвезите, – откликнулся тот.

– А что я скажу, если мне станут задавать вопросы?

– Послушайте внимательно мой телефонный разговор, и тогда поймете, что вам говорить.

– Какой телефонный разговор?

– Вот этот. – Мейсон подошел к аппарату, набрал номер и заговорил с сильно утрированным шведским акцентом: – Я звонил вам много времени назад про случай самоубийства. Полиция пришли и ушли. Я думал, девушка, может быть, умереть.

– Кто это? Откуда вы говорите? – раздался мужской голос на другом конце провода.

– Это привратник, – сказал Мейсон. – Я есть привратник дома «Уиндмор-Армс». Девушка в квартире 321.

Послышалось удивленное восклицание, затем диспетчер возмутился:

– О чем это вы говорите? Девушку забрали около половины второго. Приезжали полиция, «Скорая»…

– Она есть прямо на кровать, – проговорил адвокат. – Я вызвал доктор. Он говорит, она умрет, если ее не отвезти в больницу. Ваша полиция вся сумасшедшая. Они стояли у двери, даже не поднимались. – И он бросил телефонную трубку.

Доктор Хановер, который внимательно прислушивался к разговору, спросил:

– И что я должен теперь делать?

– Вас вызвал привратник-швед, – ответил Мейсон. – Вы приехали, обнаружили все это…

– Минуточку, – запротестовал доктор. – Привратник скажет, что никогда в жизни обо мне не слышал.

– Совершенно верно, но зато девушка попадет в больницу.

– А что я объясню полиции, когда привратник заявит, что не вызывал меня?

Мейсон усмехнулся и сказал:

– То же самое, что скажут полицейские, когда привратник поклянется, что он никогда и их не вызывал.

– Понял, – улыбнулся доктор Хановер. – Давайте уходите отсюда скорее и помните, мы не виделись с вами несколько недель.