У наследного принца гордости было ни на грош. Он пил у стойки вместе с портовыми грузчиками, слушал старого приятеля, когда тот жаловался на беды матросов, изгнанных из судовой команды, и каждый раз — само собой разумеется — о деньгах.
Принц был женат на принцессе, славной девушке, ровне ему.
— Вы скажете, что я грубо и непочтительно выражаюсь?
Вы просто пс знаете принца.
Он называл меня «проклятый мальчишка», а однажды подарил мне трубку из глины английской вересковой пустоши, а я в отместку обучил его игре.
Дама и восьмерка пик,
Валет бубей стоит меньше, чем шпик.
Это игра, в которой выигрывают, когда твои партнеры пьяны. Вполне достаточно, чтобы я мог говорить о принце запросто, как это делают обычные люди, встреченные мной на жизненном пути.
Ах! Моя бедная душа и бедное сердце. Мне очень тяжело рассказывать эту историю о будущем, ведь она, вероятно, завершится самым худшим образом.
В то время столицу залил кровью отвратительный преступник. Он выпускал кровь из людей, как ее выпускают из скота на бойне. Это случалось и на углу улицы в предместье, и в коридорах жалких гостиниц, и на борту одиноких барж. К счастью, однажды ночью рука убийцы была не столь уверенной, как раньше. И безжалостный маньяк, автор пунцовой серии, был повержен кулаками гражданина в состоянии легитимной обороны.
Последовавший процесс стал золотым дном для репортеров и барменов заведений, расположенных рядом со зданием суда.
Убийцу звали Пул. У него была гнусная башка в виде сахарной головы, на нем был свитер велосипедиста и башмаки с серебряными пряжками буржуа.
Кто-то сравнил его с городским судебным приставом, и антипатия толпы к нему невероятно выросла. После шести дней дебатов его приговорили к смерти.
Принц из любопытства явился на последнее заседание и, несмотря на ужас совершенных злодеяний, хотел умолять короля, своего отца, использовать свое право на помилование, чтобы спасти это поганое отродье.
И тогда случилось незначительное происшествие, которое заставило принца изменить решение и которое стоило жизни Пулу.
Когда жандармы уводили смертника, согнувшегося под проклятиями толпы, как тополь под мощным ветром, убийца поднял глаза и встретил взгляд наследника трона. Это были два безмерно светлых глаза, бесчеловечно пустые, наполненные полярным ничто, которое живет в застывших зрачках кукол. Принц ощутил дыхание невероятной жестокости, которая встречается в джунглях и океанских глубинах. Он повернул голову к высоким охряно-кровавым окнам зала суда присяжных и обрек Пула на эшафот.
Еще нет 7.15, часа, когда…
Но Пул уже разбужен и жует галету, запивая ее черным кофе с ромом.
Еще нет 7.15, часа, когда…
Принцесса, бледная, но мужественная, улыбается в радостных страданиях и ожидании счастливого будущего. Ее муж ласково треплет ее по щекам, произносит нежные слова, а три королевских медика с почтительностью придворных слушают его.
Несколько дней назад матрос, который повидал много стран, твердо обещал принцу, что у него родится сын. Матрос, особенно если он старик и три четверти жизни провел в выпытывании тайн у звезд, не может ошибаться.
Значит, будет мальчик.
Пул глухо ворчит.
— Пул, — говорит директор тюрьмы, — будьте мужественны.
Принцесса стонет.
— Ваше высочество, — умоляет главный медик, — будьте мужественны.
Еще нет 7.15…
Серый свет зари прилипает к окну камеры, перекрещенному решеткой.
Заря не меняет туалетов, чтобы заглянуть в узенькие, почти тюремные окошечки королевских апартаментов.
Еще нет 7.15.
Заканчивающаяся жизнь следует по узким коридорам с тусклыми лампочками. Вздрагивают узкие плечи под рубашкой с оторванным воротником.
Жизнь, которая вот-вот появится, наполняет огромные покои дрожью и стонами.
Вверху среди громадных портретов на фоне облачного неба горит зеленый треугольник.
Глухой вскрик. В руках ученого мужа крохотное существо.
Кровь на белых простынях.
Глухой хрип.
Кровь.
Человек умер.
Человек родился.
В одно и то же мгновение… Не более двухсот шагов разделяют труп и новорожденного.
7.15.
— Ваше величество! Мальчик, — восклицают медики.
Наследный принц склоняется над маленьким липким и вопящим существом… которое вдруг открывает глаза. Захрипев от ужаса, принц вонзает свои глаза в ледяную бездну жестокого океана. Он узнает ужасающий взгляд. И в этом взгляде живут отвратительные воспоминания.
Крохотная жизнь, в которой сосредоточены все династические и народные ожидания, в секунду рождения впитывает преступную жизнь, которая завершилась в двухстах шагах…
— Однажды он будет властвовать, — с гордостью заявляет король.
— Да, — отвечает принц и выбегает из покоев, чтобы в одиночестве выплакать свое горе.