…Посторонних в Тоннеле действительно многовато.

Однако Свободный Охотник не поддаётся первому порыву души, не выскакивает из Узла слияния в Тоннель, а сначала вызывает гипархат Входов. Откликается сам главный инженер:

— Прекрасно, высокородный гип Узора. Я как раз хотел поговорить с тобой наедине, без непременного участия твоего ревнивого друга-покровителя. Кстати, я слышал, у вас с уважаемым гипом Связи возникли разногласия…

— Прошу простить, — перебивает его Свободный Охотник. — Срочное дело. Я извещаю твою службу о той неслыханной наглости, которой я свидетель. Посмотри и ты. Подключаю ко Всеобщей свою систему обзора.

Только теперь можно выйти в Тоннель.

Хорошо видно: бесформенное пятно Входа-Для-Всех заполнено ремонтными капсулами, заполнено движением и светом.

— Что происходит? — напрягается гип Входов.

Впрочем, цель пугливой суеты понимается с лёгкостью.

— Они устанавливают новые турникеты, — чеканит Свободный Охотник. — Чинят оборудование станции. Тихо и скрытно. Кому пойдут монады, собираемые с капсул и с кораблей? Это вопиющее нарушение монополии, твоей монополии, гип. Теперь посмотри сюда…

Разворот системы обзора в противоположном направлении. Обнаруживается ещё один Вход-Для-Всех, в котором — отчётливо видно! — ведутся работы того же рода.

— Хотелось бы принять меры, — упруго встаёт гип Входов. Голос его вибрирует от гнева. — Ты можешь оказать нам помощь?

— Даю координаты Узлов и оптимальный маршрут. Оплаты не требую. Высылайте свои капсулы и, что гораздо важнее, распространите информацию об этом случае среди участников совещания. Доказательства у тебя есть, если ты, конечно, делаешь запись.

— В нашем с тобой мире записывается каждый выдох каждого из Истинных, — брезгливо усмехается гип Входов. — Традиции сильнее людей.

— Надеюсь, опознавательные знаки ремонтных капсул в документах останутся?

— Да, энергетикам теперь не отмыться, — соглашается собеседник, еле сдерживая нетерпение. — Я полагал, что время войн за монополию целиком осталось в древней истории. Неужели ошибался? Я тебе очень обязан, уважаемый гип Узора. Подаренный тобой маршрут уже обрабатывается моей службой безопасности, так что скоро, очень скоро…

— Всё, меня заметили, — говорит Свободный Охотник. — Не будешь ли ты возражать, если я, защищаясь, случайно ударю по какому-либо из двух показанных тебе Входов?

— Тех Входов и так не существует, — звучит яростный отклик. — У меня встречная просьба, друг. Оставь моим парням хоть кого-нибудь из бедолаг, которые имели несчастье тебя заметить…

Они приближаются. Очень медленно. Один за другим они включают защиту, становясь неповоротливыми и абсолютно бестолковыми. И рассеивателями они, конечно, пользоваться не станут, потому что "Универсал-Плюс" им нужен отнюдь не в виде фотонного облачка. Итак, боя не получится. Это прекрасно: Свободному Охотнику всегда было трудно и нестерпимо больно рассеивать людей, даже самых отвратительных из них, Свободный Охотник всегда воевал с тварями, а не с людьми. Вот почему он спокойно ждёт, когда группа захвата войдёт в зону прямого удара, и спокойно включает боевую призму. Однако его рассеиватель фокусируется вовсе не на врагах, наоборот, обогнув приближающиеся капсулы, сильнейший толчок уходит в Тоннель — по тщательно рассчитанной траектории. Из Узла вываливается страстный огненный язык, подтверждая, что тайные работы по восстановлению Входа-Для-Всех прерваны надолго. Бойцы торопятся, оценив замысел Неуловимого. Погоня! Прыжок в первый же Узел ветвления, в глубины Метро, классическая фигура "крест-квадрат", и "Универсал" является обратно, точно к следующему Входу-Для-Всех. Преследователи где-то заплутали, ремонтники в панике разбегаются — всё просто. Рассеиватель — на полную мощность. Дело сделано, густая радуга закупоривает вторую дыру в трехмерное пространство, и можно возвращаться домой, сквозь невидимый технический Вход — быстрее возвращаться…

Увы, мирно долететь до базы ему не дают. В личный канал просится гип Энергии. Номер Пятый, раскрути его Метро.

— Ты все ещё в чем-то сомневаешься? — холодно удивляется Свободный Охотник. — Мой титул подтверждён, проверка прошла благополучно, так что причин для волнений больше нет.

— Зачем ты так поступил? — с мягкой ненавистью спрашивает гип Энергии.

— Мне показалось, что эти Входы-Для-Всех слишком притягательны для наших общих врагов, для каких-нибудь жадных идиотов, помешавшихся на Полной Карте.

— Зачем ты, молодой человек, поссорил меня с гипом Входов?

Свободный Охотник сочувственно догадывается:

— Вот оно что! Его сотрудники уже добрались до твоих?

— В Тоннеле, из которого ты имел честь сбежать, идёт бой. Не понимаю, Неуловимый, для чего нужно было раздувать междоусобицу? Тебе мало Дедушек фермерских Клонов с их претензиями на собственную монополию, мало войн за вещество?

— Гип испугался, — уходит в канал связи жёсткий ответ. — Зря боишься, междоусобицы не будет, потому что я совершенно согласен с тобой — кончилось время для таких забав. Ни одна из конфликтующих сторон не получит от меня маршрутов и, тем более, карт, поэтому гипархатам Энергии нет прямой угрозы.

— И все-таки ты поторопился, — кивает сам себе гип Энергии. — Вполне можно было договориться, не разнося сплетню по Фрагментам…

Свободный Охотник решительно обрывает его:

— Ради того, чтобы вы ни с кем больше не смогли договориться, я и поступил так. Будущему Управлению не нужна борьба группировок, как и сами группировки. Я понятно выражаюсь?

Он отключается. Только одна фраза успевает проскочить в корабль, подытоживая разговор: "Ты вообще понятен насквозь, молодой невоспитанный счастливчик, потому что интриги — не твоё пространство боя…" Он связывается с Хозяюшкой.

— Принцесса скучает?

Нет, дочь гипа не скучает. Она радостно возбуждена.

— Смотри, я нашла колдовские протоколы!

Свободный Охотник разворачивает запущенные в канал таблицы и послушно смотрит.

— Похоже на то, — отвечает он через некоторое время. — По крайней мере — часть протоколов. Не хочу тебя огорчать, но очень маленькая часть.

— Сама знаю! — фыркает она. — Это приложение к той части инструкции, где говорится, как вызывать фотонные бури. Пока только это.

— Ты справилась с защитой?

— Оказывается, и справляться было не с чем. Хотела про фотонные воронки побольше узнать, начала просматривать старые записи из Хроник, и протокол вдруг дезархивировался.

Свободный Охотник зевает:

— Ясно, фантазия у энергетиков всегда была небогатой.

— Да, колдун взял ключевые картинки из Большой Серии катастроф.

— Ну, хорошо. Значит, у тебя все в порядке, ничего интересного не происходит…

Снова зевает. Устал. Усталость липкими пальцами давит мозг, и тогда Свободный Охотник решает отключиться, но Хозяюшка не отпускает его.

Потому что разве можно так говорить — ничего, мол, интересного! Ещё скажи, "ничего важного"! Как же он не понимает, что теперь, когда к блок-схеме ритуала из колдовской инструкции добавились таблицы тайных кодов и адресов, теперь появился шанс привлечь на свою сторону самые жуткие из галактических стихий! Пусть враги подожмут хвосты от страха! Короче, Хозяюшка зря времени не теряла, пока Неуловимый летал на разведку — неужели трудно это признать?

Свободный Охотник сердится. Он-то как раз понимает. Красивая сказка, которая так взволновала девчонку, лично у него не вызывает ничего, кроме скептического любопытства, и от резких высказываний он до сих пор воздерживался только потому, что не хотел ссориться из-за ерунды. Он устал… И вообще, знает ли юная дочь гипа, что такое — "фотонная воронка"? Это самопроизвольный сброс одной из Координат. Положительные и отрицательные значения по оси взаимоуничтожаются, аннигилируются, остаётся просто ноль — центр воронки. Трехмерный базис координат временно превращается в двухмерный, а центр проецируется в какой-либо из Фрагментов, перемалывая все, что попадётся. Эти процессы — нечто большее, чем сбои в системах. Надеяться вызвать их с помощью зловредных технических ритуалов — несерьёзно. Когда же дочь гипа повзрослеет настолько, что перестанет поддаваться на выдумки разнообразных безумцев!

Ага, радуется она, а сбои в Системах, по-твоему, не выдумки безумцев? Системы, значит, не сказка? "Я сказал не "в Системах", а "в системах", — ворчит он, — чувствуешь разницу, как говорю я, и как говорите вы все…" Кстати, о том, кто и что говорит. Хозяюшка ведь в самом деле не теряла времени даром. Например, она постоянно держала включённым канал "Метро-Новости", в результате чего узнала довольно-таки неожиданные вещи. Оказывается, по Метро гуляют слухи про нового гипа Узора. Будто бы он страдает тяжёлой формой "синдрома аналоговых спазмов" или попросту — боязнью записей. Именно из-за этой стыдной болезни, якобы, он и прятался от всего мира, прикрывшись именем Неуловимый. Если слух подтвердится, то последствия невозможно предсказать, ибо, с одной стороны, человеку с подобным изъяном не приходится рассчитывать на уважение коллег и партнёров, а с другой — кто кроме него вернёт Галактике Полную Карту? И ещё новость. Есть подозрение, что новый гип Узора — тайный приверженец культа Героя, и даже подверг себя "обряду ожидания", как какой-нибудь обиженный жизнью мальчишка из нищей семьи…

— Правда, что такое "культ Героя", я не поняла, — признается Хозяюшка, не скрывая ехидства. — Может, они имели в виду, что ты любишь хвастаться своими подвигами?

Свободный Охотник ужасно хохочет.

— Идиоты! — давится он бурлящей ненавистью. — Вот это интриги! Вот уж точно — не моё пространство боя!

Новости исчерпаны, разговор окончен. Дома все в порядке, это главное, и тогда молодой воин блокирует Всеобщую, чтобы ничто больше не мешало возвращению.

Лишь полтысячную покоя дарит ему путь домой.

Лишь полтысячную времени ему разрешается поспать. Он спит. Он уходит в сон, как корабль приговорённого к казни проваливается во мрак окружающего Галактику космоса — без надежды вернуться. Приходит Мальчик, огромный и добрый. Опять — ты (хочет сказать ему спящий). Опять ты будешь со мной играть (хочет сказать, но не может). В руках Мальчика — шар настройки, заставляющий спящего воина произносить совершенно посторонние фразы. Ослушаться невозможно. Нелепые, плохо сконструированные фразы, пригодные разве что для показа возможностей речевого аппарата. Воин беззвучно открывает и закрывает рот. Игра продолжается, шар настройки мелькает в умелых руках, дёргая невидимые ниточки в канале управления. Команды поступают непосредственно в мозг, формируя правильный образ мыслей и программируя дальнейший ход событий. Теперь гип Узора знает, что он должен совершить, когда проснётся. Он изо всех сил старается проснуться, ведь это единственный способ закончить игру, он сопротивляется, однако ослушаться невозможно. Напряжение растёт, пальцы на руках и ногах непроизвольно растопыриваются, мышцы сводит судорога. Управляющие коды попадают в голову через разинутый в крике рот. Человеку позволяют кричать (а может, заставляют): "Нечестно, нечестно! У тебя есть шар настройки, почему у меня нет?", и тогда Мальчик протягивает ему этот немудрёный атрибут власти: "Бери". Мальчик огромный и добрый, он терпеливо объясняет происходящее: "Я дарю тебе своё истинное имя, раб. Теперь Свободный Охотник — ты". "Твоё истинное имя Свободный Охотник? — пытается возмутиться воин. — Как такое может быть?" "Я — это ты, — звонко смеётся юный властитель. — Никто не знает нашего с тобой истинного имени, даже мама. Хочешь, расскажем обо всем маме?" "При чем здесь мама!" — кричит воин, пробив кулаком упругую стену сна…

"Причём здесь мама? — лихорадочно шепчет он. — У меня не твоё имя! Я сам придумал себе имя и сам открою его людям, когда придёт время…" Он просыпается. Выпрыгивает из капитанского кокона и хватает с пульта шар настройки. Я не раб, думает он, я — свободный. Я — это я. Свободный Охотник… Нет, только теперь он просыпается — когда измученно валится обратно.

Бред, думает Свободный Охотник. Опять эти кошмары. Призрак сопливый, что ж ты никак не наиграешься? А у тебя, оказывается, есть мама. Может, и папа тоже есть? Тоннели им всем поперёк… Болезнь, похоже, активизируется, выходя за рамки "Формата счастья" — спасибо тварям, спасибо Их Резвости, отдельное спасибо вождю Гладкому, срази его "синдром аналоговых спазмов". Чем же выбить эту дурь? Раньше, шесть Единиц назад, добровольный пленник "Чёрной дыры" выздоровел, когда решил выйти в мир. Достаточно было окунуться в самое месиво боев, достаточно было стать легендой, имя которой

— Неуловимый. Увы, легенда погибла, зато ожила болезнь. Или это не болезнь?

"Универсал-Плюс" возвратился домой.

Девочка сидит в своём коконе, будто и не вставала. Шпион Ласковый по-прежнему размещается у неё на коленях, дочь гипа расчёсывает ему шерсть собственным любимым гребнем, и зверь с готовностью подставляет ей себя, жмурясь от удовольствия.

— Тебя вызывал гип Связи, — сообщает Хозяюшка. — Совсем недавно. Говорит, "Универсал-Плюс" не отзывается, а я говорю — гип Узора спит, пожалейте человека.

— И этот знает, где мы находимся! — Свободный Охотник пытается быть бодрым. — Значит, действительно пора удирать отсюда. Что он хотел?

— В одном из гипархатов Энергии раскрыта шпионская сеть тварей. О, Ласковый, прости… Короче, инженеры Голого Народа, считай, тоже нас нашли. Он уговаривал срочно лететь к нему, предлагал свою защиту. Говорил, что искренне хочет помочь, несмотря на то, что вы плохо расстались. Ты с ним поссорился?

— Хоть смейся, хоть плачь, Хозяюшка. Мы не договорились о процедуре выбора Генерального. Он настаивает на возрождении старых традиций, когда директорат и сам Директор избирался жребием, а я предлагаю секретное голосование.

— Это что, так важно? До совещания у вас все было прекрасно.

Свободный Охотник темнеет лицом.

— Видишь ли, Хозяюшка, — медленно отвечает он. — Поведение гипа Связи объясняется только одним. Он, очевидно, предполагает или даже уверен, что сумеет вмешаться в работу Генератора Случайностей. Не зря же он водит дружбу со службой Системного кодекса?

— Откуда ты знаешь?

— Я видел, как они с первым инспектором случайностей мило беседовали, спрятавшись от всех. Планировали вторую фазу совещания, забыв про обычные в этой ситуации родовые условности. Видела бы ты, как они оба взвились, когда я заговорил о голосовании! А средствами воздействия на Генератор эта парочка вполне может располагать.

— Зачем тебе нужно секретное голосование?

— Все просто, маленькая. Я исследовал ситуацию на имитационной модели. В условиях, когда средний слой совещания отвергает не только любую из процедур выборов, но и сами выборы вообще, наибольшую вероятность победить имеет какой-нибудь совершенно новый человек. Например, я. Думаю, такие подсчёты выполнил не я один.

Ласковый шевелится и, прогнувшись, длинно-длинно потягивается.

"Хозяин станет гипом всего Метро, — выдаёт декодер. — Я правильно думал, помнишь? Я хорошо умею думать, далеко".

— Не царапайся! — дёргается дочь гипа. — Да спрячь ты свои пальцы!

Она встаёт (Ласковый соскакивает с её колен) и горько говорит:

— Зачем же тогда ты турнир по чёт-нечету проиграл? Да ещё кому — как раз его сыночку! Как будто специально, мне назло!

— Кто же знал, что мы с гипом Связи потеряем общий язык?

— Тоже мне, политик-неудачник. Зачем, спрашиваю, поддался?

Глаза Свободного Охотника загадочно поблёскивают.

— Думаешь, поддался… Хорошо, что ты в этом не сомневаешься. Вот и гип Связи подумал точно так же. Ох, как он меня потом благодарил! Мол, его мальчик на всю жизнь запомнит ощущение этой неожиданной победы, мол, такие подарки многого стоят… — Искорки в глазах вспыхивают последний раз и гаснут.

— А что, разве не так? — недоверчиво хмурится Хозяюшка.

— Наверное, трудно поверить, друзья мои. Я ведь и правда плохо играю в чёт-нечет. У меня в детстве не было возможности тренироваться, я-то воевал по-настоящему… — Свободный Охотник тоже встаёт, обрывая никчёмный разговор. — Ну, хватит болтать. Расходимся по кораблям, быстро.

В его глазах — сигнал тревоги. Он уходит, и все уходят, словно сорванные с мест его дыханием. "Быстро, быстро, быстро… — затухает под куполом ненавистное слово. Он вскрывает шлюзы. Два "Универсала" и одна разведкапсула полностью готовы к бегству. Опять надо спасаться и прятаться, оставляя позади хрупкие осколки рассыпавшегося дома…

Впрочем, время разговоров ещё не кончилось. Всеобщую занимает новый собеседник:

— Вы уже покидаете свою уютную норку? — скорбно удивляется он. — Неужели я опоздал?

Вождь Гладкий!

И тогда тесное пространство пластикового домика взрывается непривычными звуками. Юноша хохочет, уткнувшись затылком в упругую перепонку шлюзу.

— Стойте, герои, — зовёт вождь беглецов, — задержитесь ненадолго.

Вместо ответа Свободный Охотник бьёт из аннинигилятора — точно в фокус информационного канала.

— Мы не ждём гостей, — объясняет он шарахнувшимся друзьям…