Папочка, почему кино со мной не разговаривает?
[ПЕРСИВАЛЬ АНК смеётся и присаживается рядом со своей темноволосой неугомонной дочуркой. Его нижнюю челюсть обрисовывает узкая борода. СЕВЕРИН хлопает ладошками по шёлковому проекционному экрану, умоляя его заговорить.]
Ты помнишь дядю Фредди, с рождественской вечеринки?
Он подарил мне заводного пони.
Да. Ну так вот. У дяди Фредди достаточно денег, чтобы купить всех заводных пони в мире, потому что его дедушка изобрёл камеру, которая снимает движущиеся картинки, и ещё несколько дьявольски полезных штучек, плюс пару вещей, которые он не изобретал, но всё равно сообщил всем, что изобрёл, включая машину, способную записывать звук и делать кино говорящим.
[Лицо СЕВЕРИН светлеет, она как будто ожидает, что отец вот-вот покажет ей мир говорящих кинолент, во входе в который до этого момента было отказано.]
Ох, малышка, милая моя баронесса, не смотри на меня так.
[Он берёт дочь на руки. Её нижняя юбка задевает микрофон, и раздаётся громкий шелест.]
Девочка моя, помнишь бандита в «Воре света»? Как он хотел всё держать под замком в своём огромном и пустынном доме — драгоценности короны, Чудесную Машину и, самое главное, Мину Айви?
Да, папа. Он был плохой. И носил маску.
Ну так вот, дядя Фредди — он такой. Только драгоценности короны — это патенты на аудио, Чудесная Машина — стопка патентов на цветное кино, а Мина Айви — это мир, где в кино ты могла бы увидеть поющую девочку в красном платье.