В книге «На следующий день после Розуэлла» Филипп Корсо говорит об «осеменении» американской промышленности передовыми технологиями, выявленными при исследовании внеземных летательных аппаратов и их обломков, обнаруженных на территории США.
Эта концепция, как, впрочем, и все содержание книги, навлекли на автора многочисленные обвинения в фальсификациях и подтасовках, о чем уже говорилось ранее. Но у подполковника нашлись и защитники. В числе последних оказался журналист Кенни Янг, поначалу скептически воспринимавший все связанное с НЛО, но лишь до тех пор, пока у него не произошла странная встреча, заставившая его изменить свою позицию.
Весной 1995 года Янгу, проживавшему и городе Цинциннати, штат Огайо, позвонил некий житель Спрингфилда из того же штата. Звонивший, не называя себя, сообщил, что он — из отставных военных и что ему известны факты о некоторых проектах реверсивной инженерии. Аноним уточнил, что речь идет о воссоздании технологии изготовлении и техники применения деталей и узлов «летающих тарелок». Он добавил, что эту информацию он получил от приятеля, бывшего сотрудника научно-исследовательской корпорации «Монсанто Рисерч». находящейся на шоссе Николас-роуд близ города Дейтона, также в Огайо, и что он готов поделиться ею с мистером Янгом.
Этот разговор произошел вскоре после того, как информационное агентство Ассошиэйтед Пресс передало в газеты Спрингфилда статью Янга, где он скептически высказывался о возможности визитов инопланетян. Телефонная беседа закончилась договоренностью встретиться через две недели и пообедать в одном из ресторанов к югу от Дейтона.
Янг связался с двумя своими знакомыми, Кларой и Луисом, также журналистами, которые интересовались всякой необычной информацией, и они охотно согласились послушать, что расскажет таинственный информатор.
Журналисты приехали в Лейтон за час до назначенной встречи и решили разыскал, корпорацию «Монсанто» и что-нибудь узнать о ней. Благодаря полученным от информатора точным указаниям найти фирму оказалось довольно легко. С дороги были хорошо видны несколько похожих на огромные ящики корпусов, окруженных забором. Здания не имели окон, а их верхние части опутывали воздуховоды, вентиляционные трубы и металлические ограждения. Однако теперь корпорация работала под вывеской «Кволити Кэмикел».
Когда «экскурсанты» подошли к главному входу, охранник отложил в сторону сандвич, подтянул кверху сползшие с внушительного живота брюки и строго спросил:
— Чем я могу вам помочь?
— Мы работаем по проекту изучения корпораций, находящихся в данном регионе, и нам было бы интересно узнать, не называлась ли прежде эта организация «Монсанто Рисерч»?
Ответ и последовавший за ним вопрос должны были развеять явно назревавшую напряженность.
— Да, она называлась так несколько лет тому назад.
— А не знаете ли вы, какой характер носили выполнявшиеся здесь исследовательские проекты? — спросил Янг, надеясь услышать в ответ что-нибудь интригующее.
— Ист, не знаю, — равнодушно ответил «секьюрити», — но это был какой-то секретный проект для военно-воздушной базы Райт-Паттерсон.
После того как охранник, видимо, рассказал все, что знал, включая и подробности ряда крупных пожаров, случившихся здесь несколькими годами ранее, Клара и Луис тепло его поблагодарили. Обратный путь журналисты проделали под сильным впечатлением от упоминания охранником секретного проект, выполнявшегося по заданию военно-воздушных сил. Несмотря на его неосведомленность о подробностях проводившихся работ, было получено косвенное подтверждение того, что заказчиком этих работ были ВВС США. А подробности должен был сообщить во время встречи загадочный «разоблачитель секретов».
Этот джентльмен сидел в своем автомобиле около ресторана. Рядом с его машиной журналисты припарковали свою, поздоровались друг с другом, и все вместе вошли в ресторан. Выслушав рассказ Янга о том, как они только что пообщались с охранником, новый знакомый многозначительно улыбнулся и сказал: «Это интересно»!
— Ну а теперь расскажите нам о вашем приятеле, — попросила Клара после того, как официант принял заказ.
— Сейчас его уже нет в живых… Но он работал в «Монсанто», и у него был допуск к секретной работе, — задумчиво произнес бывший офицер и продолжал: — Как следовало из его рассказов, в подразделения «Монсанто» были доставлены детали и составные части летающей тарелки, и они находились там в течение нескольких лет. Все делали скрытно, а систему строгих мер безопасности, на удивление, не ввели. Видимо, отсутствие таких мер обеспечивало надежную маскировку дли сверхсекретного проекта.
— А откуда прибыли эти детали и составные части? — последовал очевидный вопрос.
— Я не знаю, но все мы слышали рассказы о Розуэлле, — ответил информатор. Было заметно, что он старается уклониться от ответов на неудобные для него вопросы и продолжить выбранную им линию беседы. — Во всяком случае на предприятии одновременно проводилось немало и других работ, и на протяжении нескольких лет там произошел ряд серьезных происшествий. Во время одного из них случился взрыв химических веществ, вызвавший сильный пожар…
При этих словах Клара бросила быстрый взгляд на Луиса, вспомнив недавний рассказ тучного охранника.
— Одно из этих происшествий стало следствием экспериментов с гравитационными волнами. Тогда мой приятель получил травмы, и его увезли в больницу, где сразу же подвергли серьезному обследованию. К вечеру того же дня его отпустили, но, говорят, какое-то время у него наблюдались признаки дезориентации.
Значительная часть исследований в сфере реверсивной инженерии касалась гравитационных волн. Например, однажды я узнал о существовании устройства в виде стержня, похожего на полицейскую дубинку. Если такой стержень направить на массивный бетонный блок, то его можно поднять в воздух… Почти как по волшебству. Были и какие-то ядерные материалы которые производились там же, на месте, а потом их втайне увозили на грузовиках в Джэкес-Флэтс, где выгружали и захоранивали. Однажды ими оказалась заражена вся территория корпорации.
— А это заражение было как-то связано с компонентами «летающих тарелок»? — спросил Янг, пытаясь вернуть разговор в русло тематики НЛО.
— Я полагаю, было. По крайней мере частично, — неуверенно ответил его собеседник.
Складывалось впечатление, что он сведущ во всех аспектах деятельности корпорации.
— Но настоящей сенсацией, — продолжал он, — стало появление там весьма странного человека. Как рассказывал мой покойный приятель, существовал некий человек, посещавший «Монсанто» в сопровождении вооруженной охраны. Начиная с конца 60-х и до начала 70-х годов он побывал там раз шесть. У этого хорошо одетого человека был допуск к секретным работам — он давал ему право находиться на территории корпорации и вступать в контакты с ее сотрудниками. Он беседовал с ними, — пояснил информатор. — но он был необычной личностью. Этот субъект обсуждал с сотрудниками разные вопросы, касающиеся их повседневных служебных обязанностей, проверок, а еще, что более непонятно, разговаривал с ними на темы их личной жизни.
— А что вы имеете в виду, называя его «необычной личностью»? — решительным тоном спросила Клара.
— Я имею в виду то, что он был не обычным человеком. То есть выглядел он обыкновенно, точно так же, как вы или я, и даже носил отличный деловой костюм, но это не был обычный человек. Многие люди после разговоров с ним чувствовали себя подавленными, а некоторые даже впадали в тяжелую депрессию. Дело в том, что он знал о них то, чего не должен был знать. Однажды он побеседовал с моим приятелем и сказал ему нечто такое, что травмировало его душу на всю оставшуюся жизнь. Его вдова рассказывала мне, что с тех пор по ночам он часто сидел на краю кровати в холодном поту, размышляя о том странном человеке. И не раз говорил: «Он знал обо мне все»…
По сведениям, полученным от информатора, «детали и составные части», изготовленные по экзотической и неизвестной технологии, были доставлены в особо секретное подразделение корпорации «Монсанто» с авиабазы Райт-Паттерсон и подвергнуты инженерно-техническому анализу в научно-исследовательской лаборатории. Затем там изготовили дубликаты этих деталей и частей, которые куда-то увезли дли последующей сборки.
Не удовлетворившись сведениями, полученными «из вторых рук». Янг постарался побольше узнать о покойном приятеле «информатора-фантома». В итоге журналисту стало известно, что жена этого человека неоднократно беседовала с информатором, поскольку она тоже имела прямое отношение к упомянутой деятельности корпорации, и эти беседы продолжались в течение нескольких лет после смерти ее мужа.
Сведения, полученные от информатора, даже если, они достоверны, подтвердить не удалось. Однако упоминание корпорации «Монсанто» Филиппом Корсо в его книге, вышедшей через два года после описанной встречи, в сочетании с загадочной историей о деталях и компонентах, полученных в этой корпорации методами восстановительной инженерии, могут представлять собой еще один кусочек той деформированной и перекрученной головоломки, которая является слишком странной, чтобы быть правдой, а если это все-таки правда — то такая, в которую очень трудно поверить [20. 2000, т. 7, № 3. с. 70–71].