Событие, о котором пойдет речь, произошло в австралийском штате Квинсленд. На земельном участке, принадлежащем 39-летнему предпринимателю Кейту Paйлэнсу и расположенном в окрестностях приморского городка Тиаро, в нескольких милях севернее Брисбена, шло строительство винодельческого завода. Поздним летним вечером 4 октябри 2001 года на строительной площадке находились сам владелец участка и будущего предприятия, его 22-летняя жена Эми и их деловой партнер, 35-летняя Петра Хеллер.
Около половины десятого Кейт отправился в спальню стоявшего на участке передвижного дома-автоприцепа, Петра ушла в отведенную ей комнату, а Эми уселась на диван перед телевизором в примыкающей к обеим комнатам гостиной. Дверь между гостиной и комнатой Петры осталась приоткрытой.
А дальше, как рассказывает Петра, произошло следующее. В начале двенадцатого ночи она внезапно проснулась с ощущением непонятной тревоги и что-то заставило ее заглянуть в гостиную. То, что она там увидела, ошеломило ее.
Через открытое окно внутрь гостиной проник яркий прямоугольный луч света. Его конец был словно бы срезан. Внутри луча, растянувшись во весь рост, лежала спящая Эми. Луч вытягивал ее головой вперед через раскрытое окно наружу. Рядом с ней внутри луча Петра заметила несколько предметов, находившихся перед ним на столике, стоявшем рядом с диваном, устроившись на котором смотрела телевизор Эми.
Проследив взглядом за «уплывающей» Эми, Петра увидела за окном дискообразный НЛО, висящий неподалеку над самой землей. После этого сознание ее затуманилось, и она без чувств упала на пол… Петра считает что она была в обмороке очень недолго, а когда пришла в себя, стала кричать и звать на помощь Кейта.
По словам Кейта, он, разбуженный отчаянными криками Петры, бросился в гостиную. Там металась близкая к истерике Петра, а на полу возле окна лежали предметы с книжного столика, стоявшего перед диваном. Еще он заметил, что закрывавшая окно москитная сетка была разорвана вверху по горизонтали, а также сбоку по вертикали и свисала до полу, оставляя окно полностью незащищенным. Не добившись никаких объяснений у Петры, с которой все-таки случилась истерика, Кейт побежал искать Эми. Однако ее нигде не было. Вернувшись в дом, он сумел немного успокоить Петру, и та, продолжая всхлипывать, более или менее внятно рассказала, что произошло.
Сперва рассказ Петры показался Кейту каким-то бредом. Выслушав ее и не поверив ни единому слову, он снова отправился на поиски Эми. Возвратившись ни с чем около 23:45, Кейт решил позвонить в полицию. Рассказав дежурному все, что услышал от Петры, Кейт настойчиво попросил немедленно прислать на стройплощадку полицейских. Они приехали только через полтора часа в составе старшего констебля Роберта Мараны из Тиаро и полицейского инспектора из города Мэриборо, расположенного севернее.
Поначалу полицейские, к которым вскоре присоединился сержант Джон Босняк из Тиаро, решили, что Кейт решил позабавиться и попросту дурачит их или что они находятся на месте убийства, только что совершенного с холодным расчетом. Но затем, присмотревшись к явно взволнованным «потерпевшим», выслушав их ответы на уточняющие вопросы, блюстители порядка восприняли услышанную версию о похищении Эми инопланетянами с «летающей тарелки» более внимательно и серьезно. Они осмотрели разорванную москитную сетку и обнаружили, что растущий недалеко от окна розовый куст словно бы обожжен с обращенной к нему стороны, а также убедились в том, что около домика на близлежащей территории участка нет никаких следов Эми.
Полицейские взяли для последующего анализа образцы листьев и цветов с обожженного куста и почвы рядом с ним. Примечательно, что на кусте, росшем по другую сторону от окна, никаких следов ожога не было
Когда стражи порядка, не придя ни к каким выводам, собрались было уезжать, раздался телефонный звонок. Трубку взял Кейт. Звонила незнакомая женщина из рода Маккай, расположенного примерно в семистах километрах от Тиаро. Она рассказала, что подобрала с автозаправочной станции на северной окраине города молодую особу, которая находилась в состоянии крайнего истощения физических и духовных сил и вдобавок испытывала сильную жажду. Женщина отвезла ее в городскую больницу, где пострадавшую осмотрел врач и сказал, что теперь ее здоровью ничто не угрожает. Немного оправившись, особа сообщила, что ее зовут Эми Райлэнс, и дала номер телефона, по которому попросила позвонить.
Поблагодарив незнакомую спасительницу, Кейт попросил ее подождать и передал трубку старшему констеблю Маране. Женщина повторила свой рассказ еще раз. Выслушав его и получив ответы на уточняющие вопросы, Марана немедленно сообщил о таком невероятном повороте событий в полицейское управление города Маккай. После этого в расследовании оказались задействованными полицейские силы уже трех городов: Тиаро, Мэриборо и Маккая.
Еще находясь в больнице, Эми Райлэнс рассказала в присутствии адвоката и сотрудников полиции о том, что с ней происходило с того момента, как она осталась одна в гостиной перед телевизором.
Сначала она сидела на диване, потом прилегла и задремала. Того, о чем рассказала Петра, она не помнит, зато помнит, что, внезапно проснувшись, увидела себя лежащей на столе в ярко освещенной незнакомой квадратной комнате. Свет струился из стен и потолка. В комнате, кроме нее, никого не было. Сначала она не почувствовала никакого страха и громко крикнула: «Эй, есть здесь кто-нибудь?» Никто не появился, но в ответ как бы у нее в голове зазвучал приятный мужской голос. Он просил ее не волноваться и заверил, что не причинит ей никакого вреда и что с ней все будет хорошо…
Вскоре в стене возник проем. В комнату вошел «парень» ростом в два с лишним метра. Он был строен, хорошо сложен, одет в облегающий комбинезон. Его лицо закрывала черная маска с прорезями напротив глаз, носа и губ. Подойдя к столу, он снова произнес слова успокоения. Затем к столу подошли еще несколько человек или гуманоидов, похожих на людей. Их одежда состояла либо из облегающих комбинезонов, либо из костюмов, какие носит персонал медицинских операционных, а лица закрывали маски серого цвета. Двое были нормального человеческого роста, остальные напоминали карликов. Дальше в памяти Эми всплывали лишь отдельные эпизоды. Она помнит, что ей рассказывали об устройстве космического корабля, на который она попала, и что, по словам гуманоидов, он построек на принципах нанотехнологии[63].
Еще Эми считала, что пропела на корабле гуманоидов семь дней, тогда как с момента ее похищения с помощи светового луча и до обнаружения на автозаправочной станции Маккея прошло не более трех часов. Она утверждала, что помнит, как по время пребывания на корабле несколько раз ложилась спать, и просыпалась в удобной кровати в небольшой, уютной спальне. Перед тем как отпустить Эми, высокий «парень» сказал, что они высадят ее неподалеку от стройплощадки, поскольку снижаться над самой площадкой для корабля небезопасно.
Далее Эми помнит себя, лежащей на земле среди высоких деревьев. Она почувствовала запах моря и услышала шум волн, поэтому решила идти в противоположном направлении, надеясь попасть на дорогу. Эми долго пробиралась сквозь густой кустарник, очень устала, но в конце концов вышла на шоссе и увидела невдалеке огни заправочной станции. Она добрела туда из последних сил, исцарапанные в кровь ноги болели и подкашивались, ей страшно хотелось пить. Работники станции дали воды и оказали посильную помощь Эми, которая в тот момент была готова потерять сознание даже не смогла сказать, кто она, откуда и как сюда попала. На станции решили, что бедняжка либо крепко выпила, либо набралась наркотиков, но в ответ на эти вопросы она лишь отрицательно помотала головой и попросила отвезти ее в больницу.
Когда Эми почувствовала себя лучше, она позвонила Кейту, а потом с ней побеседовали двое сотрудников полиции. Затем ее доставили в полицейское управление Маккея, где она подтвердила свой рассказ о происшедшем, ставший, таким образом, ее официальным заявлением. После этого Эми поместили в близлежащий мотель, куда на следующее утро приехали Кейт и Петра.
Все трое к этому времени уже достаточно пришли в себя и успокоились, они подробно и без излишних эмоций обсудили события предыдущей ночи. Приглашенный врач, Петра и Кейт тщательно осмотрели Эми, составили протокол осмотра и приложили к нему ряд фотографий. На снимках были зафиксированы странная отметина в форме треугольника на внутренней стороне правого бедра, круглые красные пятна на обеих пятках, а также проявившийся у корней волос на голове их естественный цвет, хотя Эми красила их накануне поездки на стройплощадку. Последнее обстоятельство привело в недоумение всех, кроме нее. «Родной» цвет мог обозначиться нс раньше чем через неделю после покраски, но ведь Эми как раз и утверждала, что пробыла у инопланетян целую неделю.
It тот же день Кейт позвонил в AUFORN — Австралийскую сеть исследований НЛО — и они с Эми (обессилевшая Петра спала) подробно рассказали директору этой организации, Даяне Харрисон, о невероятных событиях предыдущей ночи. Услышанное произвело на Даяну сильное впечатление. Особенно ее заинтересовал факт использования похитителями луча «твердого света». Кроме того, налицо было явное смещение времени. По просьбе Даяны к расследованию уникального случая с Эми подключился Билл Чокер, один из ведущих уфологов Австралии, член редакции журнала «Международный вестник НЛО» и автор опубликованной в 1996 году книги «Дела страны Оз: история НЛО в Австралии».
Билл сразу же связался по телефону с Кентом, Эми и Петрой, все еще остававшимися в мотеле, и с их разрешения записал весь последующий разговор. Каждый из троих во всех подробностях сообщил Биллу о своем участии в этом загадочном происшествии. Кейт также рассказал ему о медицинском обследовании Эми и о фотографиях странных следов на ее теле.
Посовещавшись, Даяна и Билл решили что, прежде чем история с абдукцией Эми попадет в СМИ и получит широкую огласку, AUFORN должна провести собственное, максимально объективное и беспристрастное расследование этого случая, Начать они решили с обследования прицепного дома и участка Кейта. Он же, оставшись вмеете с Эми и Петрой в мотеле Маккея, предложил Даяне и Биллу поехать туда самим и в случае надобности переночевать в упомянутом доме. Еще Кейт сказал, что оставил на попечение соседа свою собаку ньюфаундленда и что они без опаски могут выпустить ее побегать по участку: собака очень добрая, но от радости иногда пытается прыгать на людей, чтобы лизнуть их в лицо.
Даяна и Билл приехали на участок Кейта вечером 9 октября. Первым делом зашли к соседу и попросили выпустить собаку. Та была вне себя от радости, ласкалась, каждого пробовала «поцеловать». За тем бросилась к домику и, подпрыгнув, достала лапами середину окна с москитной сеткой. Это насторожило расследователей: именно после такого наскока сетка могла оказаться сорванной.
Наутро они осмотрели обожженный куст около окна, и также другие кусты, растущие поблизости. Оказалось, что похожие ожоги были еще на некоторых кустах. Садовник соседа пояснил, что здесь это довольно обычное явление, результат «солнечного удара» в жаркую и безветренную погоду.
И тем не менее налицо два зафиксированных и совершенно не поддающихся объяснению факта.
Во-первых, с момента исчезновения Эми из дома на колесах до появления на бензоколонке Маккея прошло не более трех часов. Из них как минимум полчаса она пробиралась через лес к дороге. Возникает школьная задачка: с какой средней скоростью должна была перемещаться Эми, чтобы за два с половиной часа преодолеть расстояние между городами Тиаро и Маккаем, равное семистам километрам?.. Из очевидного ответа следует, что у нее «под рукой» не было никакого подходящего для этого транспортного средства, кроме… корабля ее похитителей. Во-вторых, не могли за три часа полосы Эми вырасти настолько, чтобы стал виден их природный цвет. Все любительницы перекрашиваться знают: происходит это как минимум через неделю. Но именно неделю, как утверждает Эми, она и провела среди инопланетян. А на Земле эта неделя продлилась всего три часа!..
Можно предположить, что Кейт, Эми и Петра талантливо сочинили всю эту историю и превратили ее в искусно срежиссированный и блестяще сыгранный спектакль. Ведь его первый акт — от момента похищения Эми до ее появления на бензоколонке — проходил без единого зрителя, то бишь без единого свидетеля.
Только в этом случае остается без ответа классический вопрос древних римлян: «Cui prodest?» — «Кому это выгодно?» [43, 2001. № 404, с. 3–6].