— 20 лет назад мы вступили в период очень большой неопределенности, эта неопределенность нарастает. Изменений такой глубины, которые мы сейчас переживаем, не было никогда. Название известной книжки Нассима Талеба[20] просто неправильно переведено, оно означает «жареный петух».

С 1991 года, когда в США объем информационных закупок впервые превысил объем материальных, а работа с информацией, соответственно, стала важнее, чем работа с материалом, мы живем в информационной эпохе. Информационные технологии ориентированы на изменение человеком восприятия окружающего мира. Понятно, что каждый применяющий информационные технологии хочет изменить восприятие не свое, а всех остальных, но если брать это дело в совокупности, то получается: на протяжении всей своей истории человечество занималось изменением окружающего мира, а теперь занимается противоестественным для себя делом — изменением своего сознания. Что с этим делать — не очень понятно, потому что главный инструмент познания мира, человеческий мозг, находится под очень сильным постоянным информационным воздействием: с одной стороны, хаотическим, а с другой — весьма и весьма корыстным. Мы впервые с эпохи Возрождения оказались в мире, который становится все менее и менее познаваемым. Мы видим систему управления, которая уже не адаптируется к новой реальности. Когда мы более 20 лет назад зафиксировали эту проблему, мы говорили: информационная революция только-только началась, через некоторое время системы управления к ней адаптируются. Мы видим, что системы управления освоили цифровую сферу, электронные системы, но при этом они делают те же нарастающие ошибки, что и четверть века назад. И это не только наши проблемы, они касаются всего мира. Общество, которое первым научится действовать в условиях этих изменений, получит колоссальное, ни с чем не соизмеримое конкурентное преимущество.

Помимо системы управления, которая перестала быть адекватной, мы видим полное разрушение традиционной западной демократии. Она, конечно, существует, но перестает работать. Что с английским парламентом, который не может принять решение, что с европейцами, которые через 30 лет превратят Европейский Союз в Европейский халифат (по-хорошему, нам пора готовить кадры для этой замечательной организации — иначе их будут готовить те, кто их обычно готовит). Мы видим большие проблемы в Штатах. Западная демократия нуждается в замене институтов.