Ибиш хорошо знал дорогу. Добродушно подшучивая над Джаби, он вел его кратчайшей дорогой.

— Сперва ты проводишь меня, а потом я тебя, — приободрившись, сказал Джаби. — А потом снова ты. Так до утра и будем провожать друг друга.

— Я согласен, — сразу посерьезнел Ибиш, — лишь бы пристав ничего не натворил у нас дома. Спасибо, что предупредил отца. Я еще духу не набрался рассказать ему о сегодняшнем дне. Не мстить я не мог, ты же понимаешь. А отец может пострадать. Вдруг этот толстый Муса прогонит его с работы?

— Муса сказал, обязательно прогонит, — угрюмо подтвердил Джаби.

Ибиш совсем приуныл.

— Мы и так плохо живем. А что будем делать, если отец потеряет работу?

Джаби проговорил с удивлением:

— Ибиш, я что-то не пойму, ты говорил, у вас денег не хватает, а отец в карты на деньги играет.

— В карты играет, — усмехнулся Ибиш. — Джаби, я хочу открыть тебе тайну.

— Ну говори, ты давно собираешься мне открыть тайну.

— Не проговоришься? — заколебался Ибиш.

— А еще другом называешься, — обиделся Джаби.

— Я верю тебе. Но вдруг тебя начнут мучить, бить. Выдержишь?

— Тайна останется тайной, хоть на куски изрежут, все равно не выдам.

— Подожди, Джаби. Отец мой любит говорить: «Не открывай тайну другу, ведь и у друга есть свой друг».

Губы Джаби дрогнули.

— Ладно. Это я слышал и от своего отца, только я не из тех друзей.

— Ну, тогда слушай.

Мальчики свернули с тропинки, присели на могильный холмик, и Ибиш рассказал о том, что скоро на промысле произойдет забастовка, что готовит ее подпольный комитет, что и ему, Ибишу, найдется дело. Комитет сумеет проучить жирного Мусу, а заодно и этого глупого гусака Фарруха; а если Джаби даст священную клятву, то и он, Джаби, сможет помогать Ибишу выполнять важные поручения.

Клятва была дана. Скрепили ее кровью, для чего Джаби пришлось порезать ножом руку. И оба мальчугана отправились дальше.

Вдруг послышались осторожные шаги, приглушенные голоса. Ибиш быстро потянул Джаби за руку, и друзья спрятались за высоким надгробьем. Минуту спустя мимо прошел пристав, немного поодаль шел полицейский, а замыкал это мрачное шествие Фаррух.