- Как ни странно, я тоже! - усмехнулся он. - И у меня тоже есть совесть. Мне приходится выбирать, что важнее. Вообще-то я думал, мы с вами все уже обсудили и избрали наилучший вариант для его блага.

- Я знаю. Я... не права, простите, - удрученно сказала Кэсси, и он бросил на нее быстрый, зоркий взгляд своих светлых, с серебристым отливом глаз.

- Ради Бога, бросьте вы думать об этих глупцах у вас дома, Кассандра, а то мне придется как следует вас встряхнуть! - рассердился он. - Мой отец ожидает увидеть нормальную, вспыльчивую и своенравную Кэсси. И если увидит нечто безвольно-унылое, вся вина падет на меня.

Джордан свернул к гостиничной стоянке и остановил машину.

- Все вдет по расписанию, - пробормотал он, глянув на часы. - Позавтракаем здесь.

Он вышел и открыл дверцу для Кэсси. Взяв ее за руку, он решительно вытянул ее из машины. Настолько решительно, что она покачнулась, с трудом сохраняя равновесие, и в тот же миг он подхватил ее одной рукой, не давая упасть.

- Боюсь, войти вам придется без моей помощи, - улыбнулся он. - Как вы знаете, на руках через порог переносят только невест!

Кэсси густо покраснела и обожгла его сердитым взглядом.

- Вот и отлично. Вижу прежнюю Кэсси! - мягко улыбнулся Джордан. - Вас очень легко вывести из себя.

Кэсси посмотрела на него с упреком, внезапно снова нахлынула неуверенность; он взял ее под руку и, ободряя взглядом, повел в гостиницу завтракать.

- Ну же, - мягко сказал он. - Все уже позади. Теперь будет намного приятнее.

В ответ на ее глубокий печальный вздох Джордан весело рассмеялся, и сразу же прежняя уверенность и спокойствие возвратились к ней, напряженная скованность исчезла от теплого прикосновения его руки.

- Есть еще одно преимущество, - умиротворенно и несколько опрометчиво сказала Кэсси за завтраком в теплой и уютной столовой. - Перед вашими родителями нам незачем слишком усердно разыгрывать жениха и невесту.

- Не уверен, что это преимущество, - рассмеялся Джордан. - В том, чтобы целовать женщину вопреки ее желанию, есть особая прелесть. И кстати, так легче легкого поставить ее на место.

- Надо же, типичный мужской шовинизм! - рассердилась Кэсси. - Квинтэссенция всей вашей омерзительной самоуверенности и мнимого превосходства над нами. Секс как оружие порабощения.

Его широкая ухмылка показала ей, с какой легкостью он способен завести ее, заставить плясать под свою дудку. И она даже не пыталась скрыть свою ярость.

- Само слово "секс" в ваших устах звучит странно, - мягко подколол ее он. - У меня просто мурашки ползут по спине, когда я слышу такое от закаленной журналистки, ненавидящей мужчин и привыкшей во всем полагаться только на себя.

- При чем здесь все это! - с нарастающим раздражением воскликнула Кэсси и злорадно добавила: - Моя мать, между прочим, считает, что вы для меня староваты.

- А вот это уж вовсе неправда, - заверил он, окончательно развеселившись. - Тому, кто на вас женится, придется многому вас учить. Ведь вашим недостаткам нет числа. Ужасный характер, сомнительные манеры, упрямство и совершенно нелепая способность ни с того ни с сего чисто по-женски ударяться в слезы. Молодому человеку с этим просто не совладать!

- Вы закончили? - в ярости спросила Кэсси.

- Хотите еще? - усмехнувшись, поинтересовался Джордан.

- Ради Бога, замолчите! - не выдержала Кэсси. А она-то, дура, считала, что он понимает ее и успокаивает! Просто смешно. Ведь прекрасно же знала, что он собой представляет. Сколько натерпелась от него на работе!

Выходя с ним из гостиницы, Кэсси все еще кипела от злости, а он наслаждался вспышкой ее темперамента. В машине она неподвижно застыла на своем месте, наблюдая, как Джордан пристегивает ремень безопасности.

- Я вижу, вы окончательно восстановили свой боевой дух, - удовлетворенно подытожил он. - Держите ушки на макушке, когда мы вернемся в редакцию. Теперь-то я знаю, как с вами обращаться.

- Потому и наговорили мне кучу приятных вещей? - сердито спросила она. - Чтобы встряхнуть меня после всей этой пытки в родительском доме?

- Конечно, - мягко ответил Джордан. Протянув руку, он взял Кэсси за подбородок и чуть приподнял ее лицо. - Вы думаете, мне нравится причинять вам боль, Кассандра? Помоему, вас и так уже достаточно помучили. Раны до сих пор не зажили.

Секунду Кэсси молча, с недоумением смотрела на него. Он опустил руку и тронулся с места. А она вдруг поняла, что не испытывает боли, что раны зажили, и почувствовала огромную радость. Проведенные с ним два дня излечили ее от застарелого тяжкого недуга. Темные влажные глаза итальянца уже не бередили ей душу. Теперь перед нею были серые, серебристо-серые, решительные и невероятно мужские глаза, по временам способные вызывать искреннее раздражение своей самоуверенностью и все же до странности успокаивающие и родные. Они видели ее страхи, ее боль, ее беззащитность, видели ее вспыльчивость и своевольное упрямство. Жаль только, что Джордан Рис человек слишком опасный, чтобы когда-нибудь назвать его своим другом.

Кэсси громко рассмеялась, увидев дом, в котором жил Хэролд Рис, - невысокий, длинный, окруженный садом, наверняка очень красивым в весеннюю и летнюю пору. А рассмеялась она потому, что очень близко за домом протекала река.

- Я должна была догадаться! - весело воскликнула она в ответ на недоуменный взгляд Джордана. - Ведь Хэролда Риса невозможно представить себе без удочки!

- В одежде рыболова он выглядит куда естественней, чем в какой-либо другой, - с улыбкой согласился Джордан. - Мои детские воспоминания - это сплошь выходные дни, проведенные на речных берегах, мама читает или вяжет, а отец учит меня тонкостям ловли капризной форели.

Кэсси примолкла. Ей вспомнились многочисленные няньки, к которым она не успевала толком привыкнуть, так как мать увольняла их, изощряясь в придирках. Вспомнилась и тишина в доме, когда родители уезжали в долгие гастрольные поездки. В свое время и Кэсси ненадолго вошла в театральный мир, мишурный блеск сияющих огней, атмосферу ярких красок и актерского грима, но все это кончилось, едва она подросла, ибо мать никак не могла примириться с тем, что при всей своей моложавости не в силах соперничать с расцветающей красотой изящной длинноногой дочери.

Что до Джордана, то у него наверняка все в порядке. Да разве может быть иначе, если имеешь вполне нормальную семью и такого отца, как Хэролд Рис?

- Сожалеете, что ввязались в эту историю, Кэсси? - услышала она несколько напряженный голос вышедшего из машины Джордана.

- Нет. - Кэсси покачала головой, с легкой грустью глядя на него. Наверно, я просто завидую вам, завидую вашей нормальной жизни, полной тепла и любви.

- В таком случае добро пожаловать в эту жизнь, - сказал он. - Поверьте, вам будут только рады. - Их приезд был замечен, так как открылась входная дверь, и Джордан поспешил обнять Кэсси за талию. - Кое-кому здесь вы весьма небезразличны, Кэсси, - мягко добавил он. - Здесь вы ребенок, которого любят и которому потакают. Моя мать большая мастерица по этой части, придется немного, ее приструнить. Но это не ваша забота. Джордан с улыбкой взглянул на нее. - Наслаждайтесь жизнью и забудьте о неприятном визите в свой родительский дом.

Она посмотрела в его спокойные, уверенные глаза и неожиданно для самой себя улыбнулась. В ответ просиявший Джордан вдруг нагнулся и быстро поцеловал ее.

- Вот так, - поддразнил он, поворачивая ее лицом к двери, навстречу стоящей там улыбающейся женщине, глаза которой светились радостной надеждой.

ГЛАВА 5

Кэсси не ожидала, что Дороти Рис окажется такой маленькой, но тут же забыла о своем удивлении, увидев счастливые, улыбающиеся глаза матери Джордана. Дороти смотрела, как они идут к ней по садовой дорожке, и лицо ее дышало такой радостью, что Кэсси внезапно почувствовала себя провинившейся девчонкой.

- Джордан! - Приподнявшись на цыпочки, Дороти поцеловала сына и лукаво засмеялась. - Мы знали, что ты приедешь с мисс Престон, и по описанию твоего отца я предполагаю, что это и есть единственная и неповторимая Кэсси? - Она улыбнулась Кэсси и вновь посмотрела на сына. - Означает ли это, что ты... Или целовать редактора новостей для тебя обычное дело?..

Джордан рассмеялся и, взяв Кэсси за руку, показал матери обручальное кольцо.

- Мы помолвлены, - сказал он, продолжая держать руку Кэсси в своей, и я бы не очень хотел, чтобы ты выложила ей все, что обо мне думаешь.

- Боже мой, Джордан, если бы ты знал, как мы... Твой отец будет в восторге! Ну, входите же скорей.

Она впорхнула в дом, словно крохотная экзотическая птичка, а Джордан с доброй, чуть снисходительной улыбкой посмотрел на Кэсси.

- Прелесть, да? - с гордостью спросил он. - Сегодня она просто выше похвал. Обычно-то обрывает фразы на середине. Думаю, это она ради вас старается. Как правило, она говорит без умолку и никогда не заканчивает свою мысль.

- Она совершенно не похожа на вас, - прошептала Кэсси, все более отчетливо сознавая, что водить за нос этих людей непозволительно.

- Наверное, я все-таки унаследовал от них кое-какие положительные черты, вам не кажется? - ехидно спросил Джордан. - Присмотритесь ко мне поближе, а потом скажите.

Он подтолкнул ее вперед, и Кэсси буквально оцепенела от страха.

- Ох, Джордан, я не уверена, что...

- Если вы сейчас меня подведете, - прицыкнул он, и в его тихом голосе не было уже ни намека на улыбку, - то я действительно накажу вас!

Она не успела ответить, так как перед ними внезапно появился Хэролд Рис. Его бледное, больное лицо светилось такой надеждой и счастьем, что у Кэсси мучительно сжалось сердце и она поклялась сделать все, что Джордан сочтет необходимым.

- Кассандра! - дрогнувшим голосом произнес Хэролд Рис. - Дот говорит, вы обручились с этим шалопаем. Дорогая моя, если это правда, то я самый счастливый человек на свете!

- Это правда, - сказала Кэсси, чувствуя глубокую, искреннюю жалость к этому истерзанному недугом человеку, и порывисто обняла его, чего раньше никогда не делала.

- Я тоже самый счастливый человек на свете, - с ударением произнес Джордан, глядя на радостно улыбающегося отца.

- Ах ты, разбойник! - обнимая сына, воскликнул Хэролд Рис. - Как же это тебе удалось?

- Она просто не выдержала осады, верно, милая? - подмигнул ей Джордан, к которому снова вернулось хорошее настроение.

- Пожалуй, - дрожащим голосом пробормотала Кэсси. Господи, да что же это такое?! Она плачет, а они смотрят на нее и весело улыбаются.

- У нее уйма чисто женских слабостей и недостатков, - мягко сказал Джордан и привлек ее к себе. - Ты не знал, что она может расплакаться по самому пустяковому поводу?

- Твой отец никогда не доводил меня до слез, - всхлипнула Кэсси. Хэролд Рис был на седьмом небе.

- Вот так-то! Съел? Пока что пальма первенства за мной, - громко провозгласил он. - Надеюсь, ты слышала. Дот?

- Еще бы!

Мать Джордана впорхнула в комнату с заставленным закусками подносом, и Кэсси с головой окунулась в атмосферу тепла и любви, царящую в этой семье. Не выпуская Кэсси из объятий, Джордан подвел ее к небольшому дивану и усадил у пылающего камина.

- Отпусти ее хоть на минутку, сынок! Дай ей спокойно выпить чаю, скомандовал Хэролд, усаживаясь напротив с твердым намерением получить от визита Кэсси и сына максимум удовольствия. Джордан убрал руку с такой явной неохотой, что глаза матери затуманились сентиментальной грустью. Ты привез газеты за эту неделю? - строго спросил Хэролд, а когда сын ответил, что они в машине, сразу же потерял к ним интерес и внимательно посмотрел Джордану в лицо. - Значит, ты решил наконец остепениться, - с большим удовлетворением отметил он. - Женишься и перестанешь лезть под пули.

- Вроде бы так, - медленно проговорил Джордан, и от Кэсси не укрылась нотка сожаления в его словах. Она почувствовала, как он вдруг весь напрягся, и погрустнела, словно от необъяснимой утраты. Джордан никогда не откажется от привычной, полной опасностей жизни. Он не может без риска. И нежелание распространяться о своих планах - достаточное тому доказательство. На такого рода обман даже он неспособен. Его родители, однако, как будто ничего не заметили. Они были слишком взволнованы помолвкой сына и слишком счастливы сейчас, в эту минуту, чтобы задаваться вопросом о будущем. Кэсси вдруг охватила злость на Джордана за этот его обман, который в конце концов больно ранит его отца.

- Вы не собираетесь устроить меня на ночь в гостинице? - спросила она через некоторое время, улучив минуту, когда они остались наедине.

- Господи, конечно, нет! - воскликнул он, с изумлением глядя на нее. - Отец устроил бы мне хорошую трепку! Для него само собой разумеется, что вы останетесь в доме, и так оно и будет.

- Лучше бы вы сказали им о... о помолвке заранее, по телефону, - с досадой буркнула Кэсси. - Многовато новостей для одного раза, вы не находите? Ваш отец выглядит таким нездоровым.

- А как еще он должен выглядеть? - раздраженно бросил Джордан. - Мы ведь потому все и затеяли, разве нет? А теперь выходит, я виноват? Если уж хотите знать, то я не стал заранее говорить ему о помолвке, так как был совершенно не уверен, что вы пойдете до конца, - холодно добавил он. - Вы все время колебались и готовы были в любую минуту пуститься наутек.

- Я... Простите меня. - Кэсси опустила голову, сознавая, как ему с ней тяжело. - Я совсем вас замучила.

- Ну, я на другое и не рассчитывал, - сердито сказал он. - И все-таки надеялся на ваше мужество. Постарайтесь, чтобы его хватило до завтра, до нашего отъезда!

Она сама напросилась на эту отповедь, но все же в душе закипела обида, и лишь появление Хэролда Риса предотвратило готовую вспыхнуть ссору.

Ей было нетрудно разговаривать с родителями Джордана, если только речь не заходила о помолвке и предстоящей свадьбе. В этом смысле здешняя ситуация разительно отличалась от той, с которой она столкнулась в доме своей матери. Там нужно было приложить все силы, чтобы убедить их в помолвке; здесь же, как и предвидел Джордан, убеждать никого не требовалось. Его родители с такой радостью говорили о будущем, что Кэсси готова была сквозь землю провалиться.