Строго говоря, по букве и закону российского права (да и мировой практики] Центральный банк не должен иметь «дочек», так как в этом случае возникает так называемый «конфликт интересов». Центральный банк как банковский регулятор должен строго следить за тем, чтобы коммерческие банки не нарушали «правил игры» (норм и правил банковской деятельности]. А если у Центрального банка появятся «дочки», то он не сможет проявлять должной строгости, будет «баловать» своих «дочек». На каком основании Сбербанк с самого начала стал «дочкой» Банка России, никто толком объяснить не может. Но, главное, что никто ни в государстве, ни в самом Банке России даже не ставит задачи по ликвидации возникшего «конфликта интересов». Возникла если не преступная, то, по крайней мере, ненормальная смычка банковского регулятора и поднадзорного банка. Никто особенно и не скрывает, что в сообществе коммерческих банков Сбербанк находится на особом счету. По закону в банковском сообществе все кредитные организации равны, но, оказывается, «среди равных есть более равные» (крылатая фраза из повести-притчи «Скотный двор» Джорджа Оруэлла). Сбербанк — «более равный». Не буду сейчас описывать, как это происходит, но результатом такого особо привилегированного статуса Сбербанка являются его рекордно высокие прибыли. У нас еще в начале текущего десятилетия было около тысячи действующих коммерческих банков, сегодня их несколько меньше половины тысячи (464 кредитные организации на 1 июля 2019 года), но доля Сбербанка в совокупных чистых прибылях банковского сектора страны не опускалась ниже 50 %. Можно сказать, что в банковском секторе России есть Сбербанк и «все остальные».

Вот, например, чистая прибыль Сбербанка по МСФО выросла в 2017 г. на 38,2 % в годовом выражении до 748,7 млрд. руб. В то же время прибыль всего российского банковского сектора в 2017 году составила 790 млрд. руб. Получается, что доля Сбербанка в чистых прибылях банковского сектора страны составила почти 95 %. Кроме МСФО (международные стандарты финансовой отчетности) могут использоваться иные методики расчета финансового результата. Но разница не будет принципиальной. Так, по российским стандартам чистая прибыль Сбербанка в 2017 году была оценена в 674,1 млрд. руб. Все равно доля Сбербанка оказалась выше 90 %.

В прошлом 2018 году Сбербанк получил рекордную в абсолютном выражении чистую прибыль: -811,1 млрд. руб. — по российским стандартам отчетности; 831,7 млрд. руб. — по МСФО. Правда, доля Сбербанка в совокупных чистых прибылях банковского сектора (1.340 млрд, руб.) в прошлом году составила 60,5 % (меньше рекордного показателя 2017 года). Для справки сообщу, что по показателю чистой прибыли (по российским стандартам) следующими за Сбербанком были ВТБ (256,6 млрд, руб.) и «Альфа банк» (52,2 млрд. руб.). На большую «тройку» пришлось почти 88 процентов чистой прибыли всего банковского сектора страны. Вместе с тем отрыв Сбербанка от ВТБ и «Альфа» колоссален.