Грейси только что закончила переодеваться, когда они появились на пороге, и она посмотрела на них с немым удивлением. Они обе были очень ярко одеты. Она почувствовала себя как ласточка в клетке с попугаями, что она им и сказала, и, смеясь, отвергла их предложение переодеться во что-нибудь более броское.

Когда они прибыли, в клубе было уже много народа. В зале царил уютный полумрак, но беглого взгляда было достаточно, чтобы убедиться в том, что внутреннее убранство было дорогое и хорошо отобранное, как и большинство находившихся там гостей.

Вдоль стен стояли два бара, один из которых специализировался только на коктейлях, а столы располагались полукругом вокруг центральной части, служившей местом для танцев. Зал украшала вереница крупных растений в горшках, и Грейси подумала, что если закрыть глаза, то можно вообразить, что они были собраны где-то в буйные двадцатые годы.

Где-то на заднем фоне слышался мерный ритм музыки. Грейси выпила один за другим два коктейля и, решив, что больше пить не будет, позволила себе расслабиться.

Она была намерена хорошо отдохнуть в этот вечер. В последнее время она стала чувствовать, что скатывается в опасную зону, потому что испытывала настоящее удовлетворение только тогда, когда была в компании с Морганом. Когда же его не было рядом, она чувствовала себя полуживой, как будто часть ее отвалилась.

Она оживленно болтала с подругами, много смеялась и твердо сказала себе, что Морган для нее не все, не конец света и что можно и без него отдыхать и веселиться.

Она уже почти поверила в это, когда при мягком оранжевом освещении на танцевальном полу она различила две фигуры, танцующие недалеко от места, где она сидела. Она вся напряглась. Все отошло на задний план - музыка, болтовня подвыпивших Джеки и Каролины, стакан минеральной воды, который она держала в руке, окружающие люди. Все исчезло из ее поля зрения, кроме танцующей пары. Это были Морган и Алике.

На ней было надето изящное блестящее платье с огромным вырезом на спине, сшитое из мягкой материи, которая прилегала к ней, как пленка. Руки ее обвились вокруг шеи Моргана и держали его мертвой хваткой.

Грейси хотела оторвать глаза от слившихся тел, но по необъяснимым причинам не могла. Она очарованно смотрела на них с каким-то мазохистским наслаждением, чувствуя, что сердце ее вот-вот остановится. В этот момент Морган увидел ее и вздрогнул от неожиданности.

Она быстро отвела глаза. Рука ее дрожала, когда она ставила стакан на стол. Ее мозг сверлила одна мысль: негодяй, обманщик, вероломный подлец.

Он никогда не клялся ей в вечной любви, но она не ожидала, что он, находясь с ней в таких отношениях, пусть даже временных, может встречаться с другими женщинами. Мысль о том, что Алике продолжает маячить где-то на заднем плане, потрясла ее как удар ниже пояса.

Ей захотелось немедленно уйти. Она посмотрела на своих подруг, а ее мозг подыскивал какое-нибудь правдоподобное объяснение, которое она могла бы им дать для того, чтобы встать и уйти, хотя они пробыли здесь чуть меньше двух часов.

- Мне надо в туалет, - сказала она, и ей послышалась нетвердость в ее голосе, а потом, когда она встала из-за стола, она почувствовала ее и в ногах.

Мысли и образы, причинявшие ей нестерпимую боль, проносились в ее голове, как будто сорванные ураганом страшной силы. Она почувствовала физическое облегчение, когда в спокойной тиши роскошного женского туалета она уселась в глубокое кресло.

Она откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и погрузилась в полусумеречное состояние. Не есть ли это тот самый, страшный момент истины, о котором она так долго не хотела думать? Разве не знала она, что они с Морганом являются непрочной парой, идущей в никуда? Так вот, подумала она в отчаянии, ты и пришла в никуда. Ее медленно и неотвратимо засасывало в страшный и отвратительный омут.

Она вдруг почувствовала чье-то присутствие и, открыв глаза, увидела перед собой Алике. Брови у нее были пренебрежительно изогнуты, глаза жестко сверкали.

- Кажется, я узнала вас, - холодно сказала Алике. Губы ее изогнулись в некое подобие улыбки.

Грейси ничего не ответила, но выпрямилась и протянула руку к сумке, лежавшей рядом. Менее всего ей хотелось вступать с ней в словесную дуэль, а по напряженному выражению ее лица было видно, что она именно в таком настроении.

- Я надеюсь, вы не спешите, - сказала Алике, грациозно усаживаясь в ближайшее от Грейси кресло. - Я хотела немного поговорить с вами. Мы давно не виделись, а я собиралась сказать вам кое-что.

- Правда? - спросила Грейси, не изменяя выражения лица. За минувшие месяцы Алике нисколько не изменилась. Мало того, вид у нее был еще более безупречный, чем раньше. Она почувствовала острый приступ ревности и должна была сделать усилие, чтобы сдержать дрожь в голосе, когда наступила ее очередь говорить:

- Я считала, что вы уже предупреждали меня насчет Моргана, или вы хотите сказать что-то новое?

- Ходят слухи, что вы с ним постоянная пара. - В голосе Алике слышались вопросительные нотки. Грейси промолчала, страстно желая, чтобы Алике была где-нибудь подальше. Алике, должно быть, видела, как она встала из-за стола, и последовала за ней. Вот что стало с женщиной, связавшейся с Морганом Дрейком. Прошло уже несколько месяцев, как их отношения разорваны, а она все еще испытывает горечь и негодование. Разве это не видно по лицу Алике? Такие же чувства будут обуревать и ее через шесть месяцев? Через восемь? Или всю жизнь?

От такой перспективы она пришла в отчаяние и ужас.

- Не надо доверять слухам, - вяло ответила она.

- Пусть у меня с Морганом все кончено, - продолжала Алике, скривив губы в презрительную усмешку, - но это не значит, что вы заменили меня на всю его оставшуюся жизнь. Морган ничего не понимает в любви и не хочет понимать. О да, он сладкоголосый и обаятельный, он умеет обращаться с женщинами, но любовь в это уравнение не входит. - Звуки ее голоса отдавались в ее ушах как мерные удары, как стук града по оцинкованной крыше. - Верьте мне, когда я говорю вам, что вы ничем не отличаетесь от всех остальных. Неужели вы действительно думаете, что у вас есть то, что удержит его? - Она холодно скользнула глазами по Грейси, давая понять, что если уж у нее не оказалось необходимой силы притяжения, то ее нет ни у кого, не говоря уже о какой-то секретарше без особых физических данных.

Каждое ее слово вонзалось, как игла, в сердце Грейси, но она ничем не выдавала своих чувств. Она смотрела на Алике с чувством жалости и испытывала некоторое удовлетворение, видя, какой гнев она вызывает у другой женщины.

- Он вам когда-нибудь говорил, что любит вас? - спросила Алике чуть более пронзительным голосом и рассмеялась. - Он вам что-нибудь обещал? Задайте себе эти вопросы, а потом спросите себя почему. Потому что вы ему не пара. Он будет пользоваться вами, пока ему не надоест, а потом бросит вас без всяких угрызений совести. - Она встала и оправила свое прилипшее к телу платье. - Но, конечно, если эти слухи всего лишь слухи, то вам нечего беспокоиться. - Она снова рассмеялась и удалилась, а у Грейси в ушах все еще звенел этот смех, когда она поднялась и направилась обратно к своему столику. И ее смех, и каждое слово, произнесенное из чувства зависти и злобы, заставляли ее теперь по-новому взглянуть на те вопросы, которых она старалась избегать.

Я должна убираться отсюда, подумала она, доведенная до отчаяния мучительной болью. Когда она вернулась на свое место, музыка прекратилась, и она уже собиралась извиниться перед подругами, схватить сумку и бежать, как вдруг почувствовала, что кто-то тронул ее за плечо.

Она повернулась и, увидев у себя за спиной Моргана, едва удержалась от искушения плеснуть ему в лицо остатками минеральной воды. Вместо этого она холодно улыбнулась. Ощущая, как ее охватывает паника и растет гнев, она изо всей силы сжала руки, лежавшие на коленях.

Джеки и Каролина уставились во все глаза на Моргана, затем нервно посмотрели друг на друга. Грейси стало жаль их. Как и все сотрудники компании, они жили в вечном страхе перед ним. Смущаясь и скованно улыбаясь, они начали натянуто о чем-то говорить с ним, он также сказал несколько ничего не значащих слов, которые Грейси пропустила мимо ушей.

Она ничего не соображала, перед ее глазами все еще стояли Алике и Морган в объятиях друг друга с переплетенными, как будто склеившимися телами. Она была оглушена злонамеренными высказываниями, слетевшими с языка Алике.

Она почувствовала, как он слегка наклоняется к ней, и все существо ее восстало, желая избавиться от него.

Когда он наклонился и сказал ровным и четким голосом, что хочет потанцевать с ней, Грейси сжала зубы, чтобы не ответить ему грубостью.

- Я уже собралась уходить, - сказала она сухо, гневно взглянув на Джеки и Каролину, когда те с удивлением посмотрели на нее.

- После того, как мы потанцуем, - жестко сказал Морган.

- Это приказ? - холодно спросила Грейси, повернув лицо в его сторону и говоря так, чтобы не быть услышанной подругами.

- Да.

- Мы сейчас не в кабинете, сами понимаете, - процедила Грейси сквозь зубы. Она встала и гневно посмотрела на него, нетерпеливым движением отбросив волосы с лица.

Ее тело было холодно как лед, и каждое движение стоило ей больших усилий воли. Ей хотелось разрыдаться и бить его изо всей силы кулаками по груди, разбив при этом что-нибудь в придачу - вот что он с ней сделал. Он поигрался с ней, и сейчас она чувствовала себя брошенной и вдребезги разбитой.

- Мы не на работе, - продолжала она все тем же ледяным голосом, - а чем я занимаюсь в свое свободное время - это не ваше дело. Я не хочу танцевать с вами, я не хочу разговаривать с вами, я вообще не желаю быть где-либо рядом с вами.

Краешком глаза она видела, как Джеки и Каролина нерешительно разговаривают друг с другом вполголоса, время от времени бросая на нее боязливые взгляды.

Морган нахмурил брови и сердито сжал губы.

- Речь окончена? - спросил он сухо, взял ее за руку и потянул к месту для танцев.

- Отпустите меня! - Грейси стала вырываться, но он тут же сжал ее руку еще сильнее. - Мне нечего вам сказать! - Ей претила мысль устраивать сцену на публике, хотя она чувствовала, что у нее внутри кипит ярость, готовая вот-вот взорваться.

Морган обхватил ее за талию, а Грейси стояла перед ним, не двигаясь с места.

- Послушайте, Грейси, - прорычал он, склонившись над ней и говоря прямо ей в волосы. - Я здесь с клиентами. Я встретился с Алике случайно, и она вытащила меня потанцевать. Что, вы думаете, я должен был делать?

- Меня это не волнует, - прошептала Грейси. - Я не хочу об этом говорить. - Она пыталась избавиться от острой боли, пронизавшей ее тело, сосредоточиться на чем-нибудь таком, что успокоило бы тяжелое, кошмарное биение сердца, но это было невозможно. Все ее нервные окончания оголялись, когда она представляла себе, как Морган и Алике в объятиях друг друга мерно покачиваются в такт музыке.

- Я забираю вас отсюда, - коротко сказал Морган. - Здесь не место обсуждать что-либо.

- Да, я уезжаю, но не с вами.

- Посмотрим. - Не давая ей опомниться, он потащил ее к большому круглому столу, за которым сидели четыре человека, один из них был членом совета директоров в компании Моргана.

Она слышала из какого-то далека, как он представил ее им своей секретаршей и извиняющимся голосом сказал, что она плохо себя почувствовала, и он считает себя обязанным отвезти ее домой и что свяжется с ними в следующий понедельник, чтобы завершить сделку. Все они сочувственно закивали головами, и Грейси с несвойственным ей отсутствием великодушия недоумевала, откуда у них взялась такая симпатия к ней, когда ни один из них, кроме знакомого ей директора компании, не знал о ней ровным счетом ничего.

Он был прав в одном. Она действительно чувствовала себя больной. Голова у нее шла кругом, а притемненная интимная атмосфера клуба стала вдруг страшно ее пугать. Музыка, что ли, стала такой громкой? Раньше она казалась ей приглушенной, а сейчас от музыки у нее стучало в висках.

- А как же Алике? - с сарказмом поинтересовалась Грейси. - Не будет ли она несколько разочарована тем, что ее Тарзан не завершит вечер в постели с ней?

- Возьмите сумку, - проговорил Морган сквозь сжатые зубы, не обращая внимания на ее замечание и больно впиваясь пальцами в мякоть ее руки. - И улыбайтесь, когда будете прощаться со своими подругами.

Улыбка была больше похожа на гримасу, и, когда Джеки спросила, не случилось ли чего, она слабым голосом ответила, что у нее разболелась голова.

Ее не волновало, какие подозрения может вызвать ее поведение, ей было все равно - пусть хоть вся контора, весь Нью-Йорк перемывают ей косточки в понедельник, когда она явится на работу. Из того, что сказала Алике, было ясно, что сплетни уже идут. Сейчас ей хотелось одного - бежать отсюда со всех ног.

Морган все еще не отпускал ее руку, когда она забирала свое пальто в раздевалке. На улице было холодно. Морозный ветер покалывал ей щеки и путал волосы на лице.

- А теперь, - сказал он со зловещим спокойствием, - мы обсудим это наедине. Машина моя запаркована на той стороне улицы. - Он не разжимал руку, открывая дверцу машины, и ждал, когда она усядется.

- Куда мы едем? - тупо спросила Грейси. Как только она это сказала, то поняла, что задала глупый вопрос, так как знала, что они едут на ее квартиру. Она узнала неоновые вывески, когда они приближались к Линкольновскому центру.

Морган ничего не ответит. Мало того, он не проронил ни слова в течение всей короткой поездки и все время сидел угрюмый с плотно сжатыми губами. Когда машина остановилась перед домом, он выключил зажигание и повернулся к ней.

- Итак, вы видели меня вместе с Алике, - сказал он коротко, - и со своим необыкновенным даром логического мышления решили, что дважды два - это четыре.