Хотя совет и должен был начаться с торжественной встречи всех съехавшихся членов Альянса, к прибытию каждого из представителей тоже приготовились заранее. Ночные эльфы были готовы разместить в столице всех до единого, но большинство прочих рас проголосовало за то, чтобы в Дарнасе остались только посланники с небольшим личным эскортом, а прочие, прибывшие с ними, остались на борту доставивших их кораблей. В полном составе все делегации пройдут по городу торжественным маршем в честь начала встречи, а после большинство вернется на корабли до окончания совета.

В конце концов верховная жрица тоже сочла это решение разумным, хоть и не из тех соображений, на которые ссылались гости. Чем больше представителей каждого народа соберется в столице во время деликатных переговоров, тем выше вероятность ссор, а отвлекшись на мелкие инциденты, собравшимся недолго и забыть об основной цели. Каждое из королевств еще лихорадило после Катаклизма, а посему риск подобного исхода и без того был слишком велик.

Первыми из членов Альянса к Тельдрассилу прибыли тераморцы. Тиранда с Малфурионом встретили главного представителя и его свиту, как только те вышли из портала, ведущего в Дарнас.

– Рада встрече, верховный маг Тервош, – приветствовала его верховная жрица.

Черноволосый маг склонил перед обоими голову.

– От имени леди Джайны Праудмур, правительницы острова Терамор, благодарю вас за гостеприимство во время столь знаменательного мероприятия.

– Твое прибытие вместо нее для нас честь, однако мы надеемся, что с леди Джайной все благополучно.

Тервош оправил черные с пурпуром одеяния. Будучи советником Джайны Праудмур, он также носил довольно затейливый золотой жилет с узорчатыми оплечьями.

– Повсюду вокруг назревают беды, поэтому ей пришлось остаться дома и продолжать координировать силы Альянса. Можешь быть уверена, верховная жрица: она предпочла бы присутствовать сама.

– В столь мрачные времена ее познания в военном деле бесценны, – вставил Малфурион.

– По крайней мере, в этом отношении она пошла в отца.

Более Тервош не сказал ничего: адмирал Дэлин Праудмур был темой слишком уж деликатной. Всепоглощающая ненависть к оркам привела его к безвременной гибели в битве против орка-полукровки Рексара во время штурма Тераморской крепости. Рексар, в чьих жилах текла также кровь огров, смерти адмиралу не желал, но Дэлин не оставил ему выбора. Дочь адмирала Праудмура скорбела по нему до сих пор, пусть даже его поступки вынудили ее принять сторону Орды, пойдя против собственного отца.

– А как поживает Страдалица? – поколебавшись, спросила верховная жрица.

Тервош поджал губы.

– Служит леди Джайне с обычным своим стоицизмом. Огромный шрам, полученный в столкновении с темными магами – ничто по сравнению со шрамами, оставшимися после сих событий в ее душе… – Тервош пожал плечами. – Но никакой помощи она не примет. Упрямство всегда было ее пороком, и в то же время – достоинством, искупающим все недостатки.

– Я продолжу молиться об ее исцелении – и внешнем, и внутреннем, – сказала Тиранда, покачав головой, а затем вновь улыбнувшись. – Однако перейдем к более насущным делам. Вам наверняка хочется освежиться с дороги. – Она подала знак одной из своих помощниц. – Пожалуйста, проводи верховного мага с сопровождающими в их покои.

Тервош вновь поклонился:

– С нетерпением жду начала совета.

Когда эмиссары Терамора ушли, верховная жрица негромко проговорила:

– И это, пожалуй, те, с кем будет проще всего иметь дело. Вот бы и все остальные смотрели на вещи так же однозначно, как Терамор!

– Они поймут, на чьей стороне здравый смысл, Тиранда. Должны понять.

Не успел верховный маг удалиться, как сообщили, что на остров прибыли посланники дворфов – всех трех кланов разом.

– Вряд ли это простое совпадение, – объявила Тиранда, вместе с супругом (а также в сопровождении нескольких жриц) ожидая прибывших у портала. – Неужели они путешествовали вместе?

– Бронзобороды и Громовые Молоты на это согласились, поскольку доки Рут’терана невелики, а вот о клане Черного Железа я не слышал. Если остальные вправду ухитрились доплыть сюда на одном судне с ними, это настоящее чудо! Ну, разве что кланы всю дорогу держались в разных частях корабля и, вполне вероятно, даже на берег сошли по отдельности…

– Не хотелось бы мне участвовать в подобном путешествии, – откликнулась верховная жрица, покачав головой.

Оба ожидали, что из портала появятся трое посланцев, но время шло, а ничего не происходило. Верховный друид с Тирандой озабоченно переглянулись.

– Возможно, мне следует спуститься и…

Но не успел Малфурион закончить фразы, как портал вспыхнул, и первый из дворфов шагнул на дарнасскую землю.

– Привет тебе, Таргас Старая Наковальня! – провозгласила Тиранда, немедля узнавшая седого дворфа, слывшего среди Бронзобородов героем. Таргас представлял свой клан и на прежних переговорах дворфов с Дарнасом.

– И тебе привет, моя госпожа, – пророкотал приземистый, но мускулистый дворф. Намного уступая любому из ночных эльфов в росте, он более чем вдвое превосходил Малфуриона шириной плеч, и все это – сплошь мускулы. – Прощенья просим за задержку! Поспорили малость, кому из нас первым идти…

Раса дворфов переживала череду перемен, и напряженность отношений между их кланами немало тревожила даже Тиранду с мужем. Если не считать Штормграда, именно прибытие на совет дворфов в полном составе и внушало хозяевам больше всего сомнений. Их появлению ночные эльфы были рады… но если оно предвещает лишь свары да драки среди посланников, все старания пропадут впустую.

– Как же вы уладили спор? – спросила Тиранда, всею душой надеясь, что дело обошлось без топоров.

– А! Громовые Молоты предложили в кости разыграть, – хмыкнул Таргас. – Лучше идеи не сыщешь! Так мы и сделали… и выигрыш, конечно, остался за Бронзобородами!

Верховная жрица с Малфурионом позволили себе улыбнуться. Кому, кроме дворфов, пришло бы в голову разрешить спор столь простым способом?

– Мы рады видеть тебя, – добавил верховный друид. – Благодарим за приезд.

– Вы были верными союзниками. Бронзобороды такого не забывают. Вот Темное Железо – эти да, с этих станется…

Тиранда увлекла посланника и его отряд к жрицам.

– Должно быть, вы все проголодались с дороги. Они отведут вас в ваши покои, а там уж и еда на столе.

– А выпивка не забыта?

– И вино ночных эльфов, и дворфский эль.

Таргас улыбнулся шире прежнего. Кивнув, он повел остальных следом за двумя жрицами. Как только дворфы скрылись из виду, Тиранда слегка расслабилась.

– Прекрасно сработано, любовь моя, – шепнул ей верховный друид. – Лучше уж пусть идут и не затевают распрей, особенно если следующими будут…

Портал вспыхнул, и из него не без опаски выступил наружу небольшой отряд угрюмых дворфов, одетых в черное. Все они отличались особой, едва ли не мертвенной бледностью кожи, и, на взгляд верховного друида, были бы почти неотличимы один от другого, если б не волосы – у одних сумрачно-русые, у других тускло-черные или же блекло-рыжие. Лишь дворф, шедший первым, обладал хоть какой-то индивидуальностью, а именно – явным коварством в глазах, пылавших красным огнем.

Оружия дворфы Темного Железа не обнажали, но – на всякий случай – были готовы выхватить его в любую минуту. Однако, увидев перед собой только Малфуриона, Тиранду да жриц, приготовившихся провожать гостей на постой, отряд успокоился… правда, лишь самую малость.

– Привет тебе, посланник клана Темного Железа… – проговорила Тиранда, не знавшая в отряде никого, включая его предводителя.

– Я – Друкан. Я говорю за Мойру Тауриссан, – прохрипел мрачный дворф, шедший первым, не сводя огненно-красных глаз с пары главных фигур перед собою и явно оценивая их потенциальную опасность.

– Рады приветствовать тебя и твой эскорт, Друкан. Для вас приготовлены покои, не говоря уж о еде и выпивке.

– Мы привезли свои! – Друкан указал на несколько тяжелых мешков и бочонков эля на спинах спутников. – Нам ничего не нужно.

– Как пожелаешь. Я велю все убрать. А если передумаешь, пожалуйста, дай мне знать.

Друкан лишь крякнул и вместе со своим воинством последовал за двумя предоставленными Тирандой проводницами.

– Доверчивые души, – пробормотал Малфурион, как только дворфы Темного Железа удалились за пределы слышимости.

– Они прибыли сюда. Это о многом говорит. А, судя по той малости, что ты мне рассказал, они, похоже, жалуют нас не больше, чем Бронзобородов.

– Сейчас дворфы Темного Железа не могут позволить себе изоляции от остальных. Им нужно поддерживать связи – если не с собратьями-дворфами, то хотя бы с Альянсом в целом.

Портал заработал вновь.

– Громовой Молот приветствует хозяев! – оживленно проревел невысокий, но исключительно крепкий дворф в красной с золотом броне, возглавлявший новоприбывших.

Дворфы, следовавшие за ним, громогласно подхватили приветствие, а кое-кто подкрепил его взмахами молотов.

Тиранда выступила вперед, навстречу предводителю.

– Добро пожаловать, Курдран. Рада, что и ты с нами.

Дворф улыбнулся в длинную, пышную огненно-рыжую бороду, едва не затмевавшую яркостью его красные латы.

– Думаю, я достаточно повременил с появлением. Эти, из Темного Железа, беспокойств не доставили?

– Разве что отказались от нашей еды и питья, а в остальном были очень даже вежливы, – ответил верховный друид.

– Похоже, боятся, как бы их кто не отравил – среди их племени подобное водится! Ну, рад слышать, что все вышло, как я задумал.

– «Задумал»?

Эмиссар клана Громовых Молотов подступил ближе.

– Никто из наших не желал, чтоб первыми на остров сошли другие, – заговорщически объяснил он, – и последним оказаться тоже никому не хотелось. Потому мы и сговорились прибыть одновременно, в чем поклялись на молоте. А вот портал… – Курдран фыркнул. – Про портал-то речи и не было. И, как дошло до него, начался спор: у кого-де больше прав идти впереди остальных?

– И вот тут кто-то предложил разыграть это право в кости?

– Ну… я не совсем так сказал, но – да, именно это я всем и предложил.

Верховная жрица понимающе сощурилась.

– Так, значит, предложение было твоим…

– Точно так! И, думаю, неплохо сработало.

– И, значит, порядок вашего появления – чистая случайность? – не унималась Тиранда. – Вижу, ты очень рад оказаться третьим, а клан Темного Железа, думаю, безопаснее всего было пустить именно вторым.

Курдран склонил голову набок и разве что улыбнулся еще шире.

– Ну-у, разве же я – из тех, кто в кости жульничает?

– Должно быть, вы все очень устали с дороги, – с улыбкой сказала Тиранда, будто и не задавала никакого вопроса, и указала Курдрану на пару жриц. – Они отведут вас в ваши покои. Еда и выпивка ждет.

– Благодарю от всех нас!

Дворф от души пожал хозяевам руки и повел свой отряд следом за провожатыми.

Встреча с Курдраном оказалась лишь небольшой передышкой. С прибытием новых представителей оба ночных эльфа вновь вспомнили о том, сколь многое зависит от успеха переговоров – и сколь многое зависит не только от появления Вариана Ринна, но и от его согласия с ними в самых важных вопросах.

Официальных известий касательно прибытия штормградского короля до сих пор не поступало, и оба, пусть вполне доверяли донесению Шандрисы, никак не могли сдержать растущей тревоги. С прибытием каждой новой фракции оба укреплялись в уверенности: что-то произошло.

Когда сделалось ясно, что прихода новых кораблей некоторое время не предвидится, супруги с радостью удалились на отдых. Официальных аудиенций на сегодня не назначали: Тиранде хотелось, чтоб эмиссары для начала отдохнули, ведь спокойствие разума пойдет предстоящим дебатам только на пользу.

– Никто не сказал ни слова о бедах своего королевства, – заметил верховный друид, когда оба приблизились к храму. – Возможно, то же самое ждет нас и на совете?

– Ты вправду так полагаешь?

Малфурион покачал головой:

– Нет. Сказать откровенно, нет.

Заметив экстравагантную пару, ждущую у входа в храм, они прервали беседу. Пышные, яркие одеяния выдавали в обоих Высокорожденных даже издали.

– Верховный маг Мордент, – учтиво приветствовала Тиранда старшего. Глава Высокорожденных слегка уступал спутнику в ширине плеч, лицо его было гуще изборождено морщинами. – Вар’дин. Чем мы обязаны сему неожиданному удовольствию?

Ни один из Высокорожденных и виду не подал, будто усматривает в ее приветствии хотя бы намек на иронию. Оба прекрасно знали: верховная жрица держится с ними неизменно вежливо.

– Да вот, Вар’дин настоял на том, чтобы увидеться с вами. Я понимаю, у вас немало неотложных дел, однако иначе его тревог, и тревог самых нетерпеливых из нашей молодежи, иным путем, похоже, не унять.

– Что-то не в порядке?

– Превосходный вопрос! – вклинился в разговор младший из Высокорожденных. – Вот только тебе следовало бы сказать не «что-то», а «кто-то»!

– Знай свое место! – властно прикрикнул Мордент на своего протеже. – Отсутствию Тера’брина может найтись сотня самых безобидных причин!

Малфурион взял разговор в свои руки.

– Один из ваших пропал, верховный маг? Когда его в последний раз видели?

– Это один из тех, кто был со мной, – ответил Вар’дин. – Он не вернулся из леса, но заметили это лишь много позже.

– Заклинание никого не затронуло?

– Разумеется! Мы знали, что делаем!

Похоже, любые сомнения в сем факте обижали младшего из Высокорожденных до глубины души.

Мордент недовольно покачал головой.

– Веди себя пристойно! И отвечай со всем уважением, какого заслуживают верховный друид и верховная жрица.

Вар’дин неохотно кивнул:

– Прими мои извинения, верховный друид. Прошу тебя, продолжай.

– Помнит ли кто-нибудь, где его видели в последний раз? – как ни в чем не бывало спросил Малфурион.

– Никто не помнит, как он возвращался домой после наших занятий. Я расспросил всех до одного.

Обдумав сообщение Вар’дина, верховный друид повернулся к жене.

– Пожалуй, мне лучше заняться этим немедля.

– Согласна. Прошу тебя, будь осторожен.

Малфурион зловеще улыбнулся.

– Хорошо. Непременно.

Вар’дин проводил Малфуриона на место, где маги творили заклинание. Тем, кто не принадлежал к Высокорожденным, он явно не доверял, но на все вопросы верховного друида ответил.

– И никто не запомнил хотя бы где он стоял?

– В этом не было надобности.

Изъяна в этой логике Малфурион не находил, пусть ему и казалось, что если б Высокорожденные и вправду заботились друг о друге так, как утверждают, хоть кто-нибудь да сумел бы вспомнить хоть что-то, касающееся местонахождения пропавшего заклинателя. Опустившись на колени близ того места, где маги выстраивали круг, верховный друид провел над травой ладонью и заговорил с травинками.

«Ты видела? – спрашивал Малфурион каждую. – Ты видела?»

Трава откликалась охотно – ведь ее-то обычно никто о помощи не просил, но смогла рассказать лишь о том, что по ней проходила группа каких-то созданий. Другого ответа Малфурион и не ожидал, но, несмотря на то, что не узнал ничего нового, поблагодарить траву не забыл.

– Я творил здесь заклинания, но никаких подсказок не обнаружил, – сообщил Вар’дин.

– После моего ухода все пошли в одну сторону?

– А зачем было идти в другую? Думаешь, нам хотелось наткнуться на тех людей, что ты поселил там, дальше? – не скрывая презрения, отвечал Вар’дин.

Малфурион предпочел оставить его тон без внимания.

– И Тера’брин возвращался один?

На лице мага отразилось нетерпение.

– Ты уже спрашивал об этом.

– И спрошу еще раз, если понадобится. А ты удивишься, как внезапно может измениться ответ.

Верховный друид поднялся на ноги, перевел дух и двинулся в том направлении, куда, насколько ему помнилось, направилась большая часть Высокорожденных.

– Собственный путь назад ты помнишь?

– Разумеется.

– Веди.

Пожав плечами, Вар’дин повиновался и пошел вперед сквозь подлесок. Малфурион последовал за ним по пятам.

На ходу верховный друид продолжал обращаться к окрестной растительности, расспрашивать деревья, кусты и траву… но с тем же вполне предсказуемым отсутствием результата. К такому применению своих умений не привык даже Малфурион.

– Мы закончили? – спросил Вар’дин некоторое время спустя.

– Думаю, ты здесь больше ни к чему. А я, пожалуй, еще немного задержусь.

– Как пожелаешь.

Ни слова более не сказав, Высокорожденный удалился. Малфурион со вздохом огляделся вокруг. Сказать по правде, новых мыслей в голову не приходило, но сдаваться на глазах Высокорожденного не хотелось, а кроме этого он подозревал, что Вар’дин указал ему путь Высокорожденных не совсем точно. Однако, даже зная их истинный путь, он вряд ли сумеет узнать от растительной жизни что-либо полезное. Да, заклинание растения запомнили, но, как только оно прервалось, тут же позабыли о творивших его созданиях.

Одно из самых высоких деревьев шевельнуло ветвями, обращаясь к верховному друиду.

Кто-то следил за ним из глубины леса.

Даже не обернувшись, Малфурион велел лесу разделаться с любопытным. Деревья в той стороне склонились книзу, и ветви их окружили невидимого наблюдателя неодолимой стеной. В это же время трава и кусты потянулись вверх, надежно опутывая его ноги, а вмиг распустившиеся цветы выбросили в воздух целые тучи пыльцы.

Верховный друид легким шагом двинулся к соглядатаю. Приблизившись, он услышал не только шум тщетной борьбы, но и кашель.

Растительность расступилась – ровно настолько, чтобы освободить Малфуриону путь. Ночной эльф приготовил посох, хотя на самом деле почти ничего не опасался.

Передние деревья выпрямились, кусты раздвинулись, и верховный друид увидел шпионившего. Тот все еще кашлял и пытался протереть глаза. Проникновение цветочной пыльцы – казалось бы, совершенно безобидной – в глаза и легкие подействовало весьма и весьма эффективно.

Малфурион взмахнул рукой. Вокруг соглядатая закружился вихрь. Направленный туда, куда мог направить его один лишь Малфурион, ветер не только сдул пыльцу, запорошившую глаза противника, но и принес с собой свежий воздух, помогая унять кашель.

Эдрик поднял взгляд на ночного эльфа. Глаза его заметно покраснели.

– Верховный друид! – Человек чихнул. – Хвала богам! Я уж подумал, что угодил в лапы какого-то чудища!

– Всего лишь предосторожность. Когда за мною шпионят, я предпочитаю знать, кто это.

Адъютант Генна был ошеломлен.

– Шпионить за тобой?! Ничего подобного! Я просто охотился. Выгнал из укрытия дичь, но неподалеку отсюда потерял ее. И только подумал, что слышу ее где-то там, – он указал туда, откуда пришел Малфурион, – как на меня словно бы вся земля ополчилась!

Повинуясь жесту Малфуриона, преграда исчезла. На самом деле в жестах не было никакой надобности, однако верховный друид решил лишний раз напомнить Эдрику, кто перед ним и отчего ему лучше говорить правду. Разумеется, вреда человеку Малфурион причинять не желал, но, если не давать Эдрику опомниться, тот может рассказать что-либо ценное.

– Ты далеко от лагеря, Эдрик. Удачная, должно быть, охота завела тебя в такую даль. Ну, а теперь… не пожелаешь ли ты объясниться снова?

Гилнеасец отвел взгляд. Мысли его были ясны, будто раскрытая книга. Эдрик опасался предать своего повелителя хоть в какой-нибудь малости.

– Твоя преданность достойна похвалы, но, если ты не скажешь правды, придется мне потребовать ответа от Генна. Совет близок, и любой имеющийся у меня вопрос касательно просьбы Гилнеаса о возвращении в Альянс может склонить дело в сторону, нежелательную ни для него, ни для меня.

Человек сглотнул и, наконец, кивнул.

– Все это пустяки, верховный друид! Я вовсе не собирался следить за тобой! Просто так уж вышло, что ты появился здесь… появился здесь с одним из этих…

– С одним из… Высокорожденных? Так ты следил за ними?

– Мой повелитель знает кое-что об их истории от тебя и от остальных, – снова сглотнув, продолжал Эдрик. – И любому влиянию, какое только они могут оказывать, не доверяет.

Это Малфурион слышал не в первый раз – правда, все, кто разделял сие мнение прежде, были ночными эльфами.

– А оскорбить тебя я и в мыслях не имел, – поспешно добавил человек. – Мой повелитель глубоко уважает твои таланты и твое слово.

– Тогда он может положиться на мое слово: Высокорожденных Гилнеасу опасаться нечего. Пусть больше не посылает на бессмысленные прогулки ни тебя, ни кого-либо другого.

Эдрик склонил голову.

– Слушаюсь, верховный друид.

Малфурион принял более мягкий тон.

– Знаю, в преддверии совета вы все на грани. Всё будет хорошо.

– Мы понимаем.

– Пожалуйста, передай Генну мои наилучшие пожелания.

Человек коротко поклонился и поспешил в лес. Малфурион же, морща лоб, повернул в сторону Дарнаса. Он был уверен: говоря, что Генн Седогрив не доверяет Высокорожденным, Эдрик ничуть не кривил душой. Кроме этого, верховный друид полагал, что гилнеасцы не имеют к исчезновению мага никакого отношения.

Но, кроме этого, Малфурион Ярость Бури также считал, что это происшествие как-то да связано с предстоящим советом… и, вероятно, с желанием, чтоб он завершился провалом.