Керк отреагировал мгновенно — он подхватил Салли на руки.

— Заканчивайте презентацию, — велел он ее сотрудникам.

Не обращая ни на кого внимания, он быстро вышел из зала и понес Салли в кабинет Орсона.

— Что с Салли? — всполошилась Мэрилин и вскочила на ноги, увидев Керка с Салли на руках.

— Она потеряла сознание.

— У нас есть дежурная медсестра. Я сейчас же ее вызову.

— Да, пожалуйста.

Керк уложил Салли на кушетку. Она начала приходить в себя и спросила, озираясь:

— Что со мной?

— Вы упали в обморок. Мне, по крайней мере, так показалось. Надо отвезти вас в больницу.

Салли с трудом села.

— В больницу? Глупости. Я себя нормально чувствую. Мне нужно вернуться в зал. Я должна закончить то, что начала.

Керк мог ее понять. Он знал, что боязнь Салли публичных выступлений мешала ей продвинуться в должности, поскольку она была не в состоянии представить свою работу. Вот как сейчас. То, что она отлично справилась сегодня, удивило его. А еще больше удивило то, что он гордился ею во время презентации.

Целых пять недель Керк твердил себе, что притяжение между ними ничего не значит — просто они потеряли голову. Но, увидев ее сегодня утром, снова ощутил, как его тянет к ней. Когда она потеряла сознание, он инстинктивно кинулся ей на помощь, но то, что касается его чувств к Салли Харрисон… это совершенно недопустимо.

Вместе с Мэрилин, которая принесла воду, пришла дежурная медсестра.

— Ничего не надо брать в рот, пока не узнаю, в чем дело, — вежливо, но твердо заявила медсестра. — А теперь, мисс Харрисон, расскажите мне, что случилось.

Она деловито достала из медицинской сумки тонометр и приладила манжет Салли на руку, затем измерила ей температуру цифровым ушным термометром. Салли кратко описала, что почувствовала до того, как потеряла сознание.

— Давление немного понижено. Температура нормальная. Вы говорите, что почувствовали тошноту перед тем, как лишились чувств?

Салли стрельнула взглядом на Керка, прежде чем ответить.

— Да, небольшую тошноту. Для меня в этом нет ничего необычного, особенно когда говорю перед аудиторией, а это была важная презентация.

— А подобное бывало во время выступления? — опередив медсестру, спросил Керк. У него зародились определенные подозрения.

— Не совсем. Обычно я просто ощущаю тошноту и озноб. Сегодня было по‑другому. Все шло хорошо, пока у меня не закружилась голова.

— Вы прекрасно держались, — заверил ее Керк. — А ваша команда отлично сработалась и сделает все замечательно в ваше отсутствие. Не беспокойтесь.

— Но… — запротестовала Салли.

— Салли, я все же настаиваю на посещении больницы, чтобы исключить что‑то еще. — И пошутил: — Потери в любом подразделении компании нам ни к чему.

Салли посмотрела на него и сквозь зубы прошипела:

— Хорошо. Поедем в клинику неотложной помощи либо вызову своего врача, и сразу после этого я вернусь на работу.

— Это будет зависеть исключительно от результата обследования, — категорично заявил Керк.

Она выкатила на него глаза, но он был непреклонен. Что, если его подозрения подтвердятся? Нет, она же сказала, что сделала тест. Сказала, что тест отрицательный. Но тест, сделанный дома, не всегда на сто процентов точный.

Было решено, что Керк отвезет Салли в ближайшую клинику неотложной помощи. Там время тянулось бесконечно долго, пока не вернулся врач с результатами первых анализов. Салли неожиданно стало спокойнее от присутствия Керка.

— Ну‑с, мисс Харрисон, у вас незначительная анемия, что неудивительно в вашем положении. В целом вы здоровы, и я вас отпускаю. Но важно, чтобы вы регулярно питались и принимали препараты от анемии, а также не забывали отдыхать, пить воду…

— Подождите, — прервала его Салли. — Неудивительно в моем случае? Почему? У меня никогда не было анемии. Да, я последнее время много работала, и у меня был стресс, но почему это привело к анемии?

— Разве медсестра вам не сказала?

— Она еще не вернулась. Так в чем же дело? — с раздражением спросила Салли.

Керк уже знал, что скажет врач.

— Вы беременны.

«Бах».

Керк стоял и слушал, как Салли спорит с врачом, настаивая на том, что этого не может быть, хотя доказательства налицо — анализы. Керк молча обмозговывал новости. Брак и дети… это далеко, лет через десять. И что теперь?

Он станет отцом… Салли, кажется, с еще большим трудом, чем он, осознает это известие.

— Я не могу быть беременной, — повторяла она. — Я просто не понимаю, как это могло случиться.

— Послушайте, мы вместе это обговорим, — тихо произнес Керк. — Никто этого не планировал. Но мы все обдумаем.

— Придется, — с горечью ответила она.

Да, они все обдумают. Он ни за что не станет отсутствующим отцом в жизни своего ребенка, как происходило у его отца. Нет, его ребенок ни в чем не будет нуждаться — ни эмоционально, ни материально.

— Я могу вернуться на работу? — спросила Салли у врача.

— Конечно. Беременность — не болезнь, но я посоветовал бы вам сократить нагрузки, регулярно и полноценно питаться, принимать пренатальные витамины и делать легкую гимнастику каждый день.

— Но сегодня на работу идти не надо, — вмешался Керк. — У вас был шок. Хотя бы день можно позволить себе отдохнуть.

Салли бросила на него уничтожающий взгляд.

— Вы же слышали, что сказал доктор. Я беременна, а не больна. К тому же мне необходимо вернуться в отдел и узнать результаты вопросов и ответов после презентации.

Керк знал, когда можно поспорить, но сейчас победу ему не одержать. Не быть же виновником сцены перед персоналом клиники.

— Хорошо, мы возвращаемся.

— Спасибо. — Сарказма в ее тоне было хоть отбавляй.

Они взяли такси и поехали в офис. Дорога прошла в молчании. Салли явно осмысливала новости о ребенке, но он уж позаботится, чтобы впредь она не решала эту проблему в одиночку, без него. Конечно, заднее сиденье такси не место для подобных обсуждений, так что разговор он отложит, пока они не останутся наедине.

Керк расплачивался с таксистом, а Салли вошла в здание компании, и он догнал ее у лифта.

— Торопитесь вернуться к работе?

— Представьте себе — мне это важно. Вы, возможно, забыли, что я дочка босса. И люди относятся ко мне по‑разному. Одни подлизываются, рассчитывая, что я помогу им продвинуться по службе, а другие считают меня своим главным врагом, опасаясь, что я побегу к папе и наябедничаю на них за любой промах. Или вам наябедничаю, поскольку сейчас босс — вы. Многие уверены, что мне здесь вообще не место. Поэтому я должна работать вдвое больше и упорнее, чем любой сотрудник, чтобы люди могли воспринимать меня всерьез. Но моя упорная работа, вероятно, закончится крахом после сегодняшней позорной презентации.

— Вы преувеличиваете.

— Нежели? Кроме моих сотрудников и Мэрилин очень мало тех, кто верит в мои способности выполнять ту работу, на которую меня наняли. Да, наняли! Я обратилась за работой, как все остальные, а до этого я работала в компании интерном во время летних каникул и перерывов между семестрами.

— К чему такие трудности? Вы прекрасный специалист, так почему было не устроиться куда‑нибудь еще? У вас острый ум, и вы полны идей. Любая компания с радостью взяла бы вас, — поспешил заверить ее Керк.

Он уже знал многое из того, что она ему рассказала. Знал, какое у нее образование, какой опыт работы, но он понятия не имел, что для очень многих она была парией.

— Зачем? Да потому, что мой отец основал компанию. Это у меня в крови, и я вложила в компанию часть себя. И хотя я, скорее всего, никогда не буду достаточно хороша, чтобы возглавить компанию, когда он решит уйти — об этом я мечтала, когда была помоложе, — компания и мой отец заслуживают получить от меня максимум пользы.

Дверцы лифта раскрылись, и Салли вышла.

— Салли, подождите. Нам надо многое обсудить.

— Спасибо за то, что помогли мне сегодня, — сказала она, удерживая открытой дверь лифта. — Позвоните мне, и мы договоримся о встрече, если вы этого хотите. А сейчас… — она запнулась, — просто все слишком запутано и сложно. — И покраснела.

Она отпустила дверцу, и Керк увидел, как она удалялась по коридору. Он с ней не согласен. Что касается его, то он не видит никаких сложностей. Она беременна его ребенком, а это означает, что у них есть общее будущее, сознает она это или нет.

У них физическая тяга друг к другу — значит, быть вместе не составит труда. Но, судя по всему, ее предстоит в этом убедить. Пусть считает, что ее слово последнее. Он все равно не отступит и попытается сделать так, чтобы она изменила свое мнение.

Салли окружили сотрудники отдела, и на нее обрушился град вопросов о том, как она себя чувствует.

— Со мной все в порядке. Я просто переутомилась и забыла про еду. Вы же знаете, как важен всем нам этот проект. Итак, Ник, как наши дела?

— С презентацией проблем не было. Я бы сказал, что большинство менеджеров очень заинтересовались нашими предложениями и даже согласны их применять.

— Проголосовали за?

Ник замялся, и за него ответил другой сотрудник:

— До начала голосования слово взял мистер Роджерс.

— Понятно. Вижу, он не сторонник предложенных изменений?

Все покачали головами.

— Значит, нам надо работать еще усерднее. Попробуем подойти с другой стороны.

— Этого делать не придется.

Салли обернулась и увидела Керка с магазинными сумками в руках. Ну почему он не может оставить ее в покое?

— С какой стати не придется? — не слишком любезно спросила она.

— Потому что в вашем проекте не нужно ничего менять. — Керк поставил сумки на стол. — Вы, кажется, еще не обедали, так что ланч за мной. И я хотел бы, чтобы ваш проект развивался дальше.

— А Сайлас Роджерс?

— Он не председатель совета директоров и не временный председатель.

— Но он все же исполнительный директор, и его мнение имеет вес, — не согласилась Салли.

— Правильно. — Керк подвинул стул и уселся около нее. Раскрыв сумку, он передал ей готовый ланч с салатом и горячим ростбифом. — Ешьте, дела потом.

Салли рассердилась. Повелитель нашелся! Но от запаха еды потекли слюнки, и голод одержал верх над гордостью. Она неохотно взяла у него еду. Свежий хлеб, вкусное мясо… Она и не предполагала, что настолько голодна.

Рядом с ней Керк замер и потянул спереди брюки, потом бросил на колени салфетку, но она успела заметить, как натянулась тонкая итальянская шерстяная ткань. Это ее поразило. Нет, нет, нет. Она больше не поддастся искушению. Ни за что и никогда.

Но не смогла справиться с жаром, охватившим ее, не смогла победить прилив желания, отчего непроизвольно стянуло мышцы в животе. Оказалось, приятно сознавать, что она в состоянии возбудить привлекательного мужчину, не прилагая к этому никаких усилий. И хотя у нее куча проблем именно с этим мужчиной, нет смысла отрицать, что он потрясающий в постели, к тому же сложен подобно богу и отлично знает, как этим пользоваться… всеми частями своего тела: ртом, языком, руками и в особенности… Хватит! Салли сжалась, и Керк это заметил.

— Ланч пришелся по вкусу? — спросил он.

— Очень даже. — Салли откусила еще кусочек от ростбифа, но уже не с таким явным удовольствием.

В будущем ей надо проследить за собой во время еды, если даже поедание ланча так на него действует. И на нее тоже. Поэтому следует не забывать об этом и держать себя в руках. Это ведь не трудно? Она же не собирается обедать с ним? Да у нее вообще нет в планах проводить с ним время помимо работы.

Глупо, но почему от этой мысли ей грустно? Салли приказала себе вспомнить, что он ей лгал. В ту ночь умышленно не сказал, кто он, — а это уже ложь. Она до сих пор не знает, почему он так поступил. Чего он надеялся этим добиться? «Вот возьми и спроси у него», — подсказал прагматичный голосок в голове.

Возможно, она так и поступит. Но… для этого придется увидеться с ним наедине. К тому же упоминание той ночи напомнило бы, как она повела себя… повела совершенно не характерным для нее образом.

Черт! Она никогда не изображала игривого котенка. Ее немного смущало, когда девушки в колледже, а иногда и в офисе обсуждали секс. Но было что‑то в этом человеке, от чего ее сексуальность вырвалась наружу с такой силой, о чем она и не догадывалась. Ей всегда казалось, что она, вероятно, отличается от своих знакомых женщин. Что она менее страстная, менее чувственная. Возможно, она просто ждала «своего» мужчину.

Дождалась? Но он не тот, кто ей нужен. Он ее начальник. И лжец к тому же. И при всем этом он — потрясающий любовник, и маловероятно, что такой у нее еще появится.

Салли вздохнула. Она настолько задумалась, что даже не сразу заметила, что все дела закончены.

В течение нескольких часов Керк вместе с командой Салли обсуждал, как лучше внедрить их предложения. В конце рабочего дня Салли уж и не знала, радоваться ли конкретным шагам по осуществлению проекта или опасаться, хватит ли сил на это. Но чувство удовлетворения она точно испытала и начала другими глазами смотреть на Керка.

Он обладал редким качеством — умел слушать то, что говорили сотрудники. А когда делился собственными соображениями и идеями, то спокойно принимал критику, если его идеи находили отпор. Наверное, было бы лучше, если бы она не встретила его тем памятным вечером, а познакомилась бы с ним в обычной рабочей обстановке. И тогда, возможно, притяжение, возникшее между ними подобно электрическому заряду, могло бы развиваться постепенно, а не быть похожим на взрыв, что у них и произошло.

Теперь они связаны ребенком. Пусть она хочет как можно реже общаться с Керком, но ни за что не откажет своему ребенку видеться с отцом. Подобная мысль для нее абсолютно невозможна, учитывая то, насколько существенны ее отношения с собственным отцом. Но как они смогут быть родителями их ребенку, когда между ними царит такое напряжение?

Может, она торопится? У нее масса времени, чтобы все обдумать, выработать рисунок поведения и обсудить с Керком ситуацию, в которую они угодили. Разве разумные люди так всегда не поступают?

Но хватит ли у нее сил сопротивляться его магнетизму? Около Керка она ощущала себя совершенно беспомощной. Вот также морской прилив находится под властью полной луны. Сию минуту она не хочет об этом думать. Она отложит решение на потом, но, судя по взглядам, которые бросал на нее мужчина, сидящий рядом, откладывать надолго не получится.