Жили-были когда-то три охотника: двое бородачей, а третий безбородый. Отправились охотники за дичью. Весь день ходили, и всё впустую. Наконец к вечеру подстрелили куропатку. Разожгли они костёр, согрели воду, ошпарили птицу, общипали её и сварили в котелке. Тогда-то и наступил самый трудный момент: как её разделить? Охотников было трое, а куропатка — одна.

Подумали бородачи и предложили:

— Давайте дадим куропатку тому из нас, кто дольше всех не произнесёт ни слова.

— Хорошо, — согласился безбородый.

Сели они у костра и умолкли. Прошёл час, два, три — никто даже рта не открыл. Сидят себе и смотрят друг на друга. Наконец безбородый встал, вынул куропатку из котелка, посолил её, разорвал на куски и стал есть. Он ест, а бородачи молчат. Когда он съёл всю куропатку, бородачи вскочили и закричали:

— Ты что наделал?

— Вы проиграли пари, друзья, потому что заговорили первыми. И нечего вам сердиться. Куропатка досталась мне по уговору.

Бородачи перестали браниться и понурили головы.

На другой день они опять вскинули ружья за плечи и пошли в поле. На небольшой полянке подкараулили они двух голубей и подстрелили их, а потом ошпарили, общипали, сварили в котелке и стали делить.

Но как тут быть? Голубей — два, а охотников — трое. Наконец после долгих споров один из бородачей сказал:

— Давайте оставим на ночь голубей в котелке и ляжем спать. Кому из троих приснится самый интересный сон, тот и возьмёт обоих голубей. Согласны?

— Согласны, — ответили остальные, и все улеглись возле костра.

Настала ночь. Костёр постепенно стал угасать. Безбородый сразу же захрапел по-богатырски, а бородачи, боясь уснуть, ломали голову над тем, как бы придумать сон позанимательнее. На рассвете, совсем обессиленные, они задремали.

На другой день, когда все встали, безбородый сказал:

— Ну, друзья, рассказывайте свои сны!

Тогда первый охотник с длинной бородой начал рассказывать:

— Мне приснился дивный сон. Приснилось мне, что я превратился в крылатого коня. За плечами у меня выросли крылья, на ногах образовались серебряные копыта, а на шее — золотая грива. Как топнул я ногой, как встряхнул гривой и — поднялся на крыльях в небо — за миг перелетел всю равнину. На следующий день мне повстречался чудо-богатырь. Он ловко вскочил мне на спину, и я снова полетел в небо и поднялся так высоко, что у меня закружилась голова. Тут я и проснулся...

Настал черед второго бородача.

— Хороший сон тебе приснился, только мой ещё лучше. Мне снилось, что я тот самый чудо-богатырь. Когда ты поравнялся со мной, я вскочил тебе на спину и схватился за твою золотую гриву. «А теперь, мой конёк, в небо, — приказал я» . И мы полетели к месяцу. Вдруг вижу, что около месяца кружат два голубя. Погнался я за ними, они то сюда метнутся, то туда. Всю ночь перескакивали мы со звезды на звезду, но я так и не поймал их. Тут меня такая злость разобрала, что я тут же проснулся.

Настал черёд безбородого:

— Ах, братцы, какие чудесные сны вам приснились! Где уж мне тягаться с вами! Снилось мне, что мы втроём сидим у костра. Один из вас превратился в крылатого коня и стал бить копытом. А другой превратился в чудо-богатыря, вскочил на спину крылатого коня, и оба они полетели в небо. Стал я с земли смотреть на небо, смотрел, смотрел, задрав голову, пока у меня шея не заболела. И когда вы пропали из виду, мне стало без вас так горько, что я заплакал, а потом подумал: «Они больше никогда не вернутся». И съел голубей. Съел их во сне. Честное слово!

Вскочили бородатые охотники:

— Не может этого быть! Что ты говоришь?

Заглянули они в котелок, и увидели там одни только косточки.