Сон заставил ее резко проснуться. Рядом стояла нетронутая миска дымящейся похлебки. Пока она спала, кто-то накинул на нее одеяло. Наверняка Оскар.

Кейт встала и накинула на плечи старую шерстяную шаль. Она решила прогуляться до уступа, до того самого места, где увидела протягивающего ей руку Оскара.

Холодный и резкий ветерок помог развеять усталость, но лишь немного. Что-то должно измениться, подумала Кейт, и быстро, иначе она превратится в ходячий труп, бесполезный для всех, и тем более для детей, которых она пришла сюда спасать. Хотя, если на то пошло, им не так уж и требуется спасение. Похоже, близнецы оказались очень способными, раз смогли продержаться какое-то время даже без Оскара.

Она села на уступ над бушующим горным потоком, ощущая, как на ней оседает водная пыль. Потом ей захотелось встать под теплый душ. И отведать что-нибудь кроме ухи Оскара.

Высоко над ней показался рваный участок чистого неба. Полумесяц в окружении звезд. Там парили щелкоклювы, расправив крылья и охотясь на кого-то в ночи. Или просто высматривая более подходящие места для гнездовий.

Тяжело вздохнув, Кейт вытащила амулет из-под брони. Вытянула и наклонила его, забыв на мгновение все, что он означает, и просто позволяя себе любоваться чарующим блеском его золотистой кромки под светом луны. Вещица была, несомненно, старой. Поношенной и поцарапанной. Интересно, откуда он взялся у Рейны? Неужели она передала его Кейт, только потому что когда-то его ей передала ей собственная мать – также в момент смерти?

Она грустно усмехнулась. Ничего себе семейная традиция.

– Значит, она, все же, не оставила тебя совсем с пустыми руками, малышка?

Кейт вздрогнула. Она не успела бы спрятать подвеску, даже если захотела бы. Она настолько погрузилась в мысли, что не заметила, как к ней подошел Оскар. К тому же шаги приглушал гул потока метрах в пятнадцати под ней.

Оскар сел рядом. Повязку он уже снял и сейчас разминал плечо и сгибал руку в локте. Другой рукой он держал старый «Гнашер», деревянный приклад которого был обмотан грязной тканью, а обрезанный ствол весь покрыт царапинами. Он уселся на камень рядом с ней и потер ладони, глубоко вдыхая ночной воздух. Кейт ощутила запах вина, но решила на этот раз не придираться к нему.

– Что, тоже не спится? – спросила она.

– Не спится? Нет, я уже отоспался раньше. Теперь моя смена.

«Неужели я сижу здесь так долго?» – удивилась она, поглядывая на него.

– И ты очень занят.

Оскар усмехнулся.

– Поверь, теперь, когда сломаны обе платформы, здесь не так уж и много происходит. Тем более, что Макензи позаботилась об оповещении в случае чего. О приближении врага мы узнаем заранее.

Кейт захотела спросить, как они потом поднимутся обратно на обрыв, но промолчала. Какое-то время они просто сидели и смотрели, как с другой стороны пропасти, хлопая крыльями, взлетают щелкоклювы, разворачиваются, ныряют и возвращаются в свои скрытые в тени дома. Наконец Кейт набралась смелости, чтобы задать вопрос, и повернула подвеску так, чтобы лунный свет осветил символ Саранчи с обратной стороны.

– Ты знал про это? Откуда он у нее?

Оскар мгновение разглядывал амулет, затем протянул руку. Кейт неохотно передала штуковину дяде.

– Получила от своей матери.

– Кажется, я что-то вспоминаю, – сказала Кейт.

Оскар долго разглядывал амулет, поворачивая его то в одну, то в другую сторону.

– Я знаю только, что он был важен для нее – и для твоей бабушки тоже. Рейна носила его постоянно. Носила тогда, когда мой брат познакомил меня с ней.

Он задержал взгляд на обратной стороне, а затем неожиданно быстро передал амулет ей.

Кейт подумала, что теперь, когда этих женщин нет в живых, ответы, возможно, ушли вместе с ними. Кейт долго держала амулет в руках. Сейчас, сидя на краю обрыва, она мысленно балансировала на другом краю. Бросить эту чертову штуковину в бурный поток и забыть о ней, или засунуть обратно под рубашку и перестать бояться этого безжизненного куска металла.

Хотя на самом деле выбора не было.

Кейт спрятала амулет обратно. Отчаянно желая сменить тему разговора, она вернулась к настоящему.

– Так как мы отсюда выберемся?

– Близнецы сказали, у них есть идея, но они хотят проверить ее, прежде чем покажут мне.

– Надеюсь, она состоит не в том, чтобы прорыть взрывами другую часть горы.

– Вполне возможно, что и так, – усмехнулся Оскар, затем в свою очередь напустил на себя сомневающийся вид. – А если выберемся, то что тогда?

Кейт ответила, не задумываясь, и тут же пожалела.

– Проводим их в безопасное место. В Новую Эфиру.

– Безопасное? В город КОГ, управляемый этой мегерой?

– Я была там, дядя. Это…

– И сколько? Неужели целый день? Ты видела то, что тебе хотели показать.

Он повернулся и посмотрел ей в глаза.

– Я видел, как разрушались города, подобные этому, Кейт. Прямо перед моими чертовыми глазами.

– Тогда что? – спросила она, чувствуя, как в ней закипает гнев. – Останемся здесь? Будем прятаться в этой пещере, пока у нас не закончится рыба – или выпивка? Таков твой план? Думаешь, эта… дыра в земле безопаснее, чем укрепленный город?

Оскар широко распахнул глаза. Ее слова ранили его, и Кейт пожалела об этом, но уж слишком разгневалась, чтобы забирать их обратно.

– Все из нашей деревни мертвы, Кейт, – сказал он. – Все… за исключением нас и этих детей. Я буду скрываться здесь столько, сколько потребуется, а потом… потом постараюсь вытащить их из этого дерьма.

– Прятаться и убегать. Совсем не похоже на тебя, дядя.

– Дело не во мне!

Он ткнул в нее толстым пальцем и, случайно или намеренно, нажал на амулет у нее под рубашкой.

– Дело в близнецах. Именно в них.

– Возможно, долго прятаться не получится.

Кейт обернулась на голос. У входа в туннель стоял Маркус.

– Это беседа между родственниками, – сказал Оскар.

– Ладно вам! – отмахнулся Маркус. – Все равно мне неинтересно… но вы оба должны кое-что увидеть.

– Увидеть что? – спросила Кейт.

– Проблему.