Предположим, вам предложили следующее пари. Бросив монету, вы либо потеряете 100 фунтов, либо заработаете большую сумму. Насколько велика должна быть эта сумма, чтобы вы приняли пари?

Дэниел Канеман из Принстонского университета изучал ответы людей на данный вопрос. (Он – единственный психолог, получивший Нобелевскую премию в области экономики.) Канеман выяснил, что типичный ответ: примерно 200 фунтов[336]. Люди нуждаются в перспективе заработать в 2 раза больше, чем 100 фунтов, чтобы она перевесила равную вероятность потерять 100 фунтов. Это показывает, насколько сильно они не любят терять деньги.

На самом деле, люди вообще не любят ни с чем расставаться. Канеман провел еще один эксперимент[337]. Он случайным образом разделил студентов на две группы. Одной показали определенного вида чашку и спросили, сколько они готовы за нее заплатить. Студенты ответили: в среднем 3,50 доллара. Членам второй группы раздали точно такие же чашки и спросили, за сколько они согласятся отдать чашки обратно. Ответы были примечательные: в среднем 7 долларов. Это полностью расходится со стандартной экономической теорией, которая предсказывает, что обе цифры должны быть одинаковыми.

Однако происходящее понятно. Члены второй группы имели чашку, и расставаться с нею им было больно. Они привязались к статус-кво, как это всегда бывает с нами. Таким образом, расстаться с чашкой (в материальном выражении) в 2 раза больнее, чем получить ее. Проявляется тот же коэффициент, что и в первом упомянутом мною опыте. В этом случае потеря 100 фунтов в 2 раза больнее, чем получение 100 фунтов (т. е. вам нужно 200 фунтов, чтобы уравновесить пари). Коэффициент снова два к одному.

Действительно, во многих исследованиях выявлялся такой факт: потери доставляют примерно вдвое больше неудовольствия, чем равные приобретения – удовольствия[338]. Вот почему люди с таким упорством стремятся избегать потерь и не готовы принять риск потери. Это объяснение боязни потери гораздо убедительнее, чем стандартное экономическое объяснение, которое, как правило, игнорирует элемент риска в проекте, если этот риск достаточно невелик[339].

Именно потому, что люди ненавидят терять, у нас есть социальные гарантии, а в Европе – социальное государство. Людям нужна защита, которую те обеспечивают. Но стремление к защищенности – это именно то, чему бросали вызов Рональд Рейган, Маргарит Тэтчер и Джордж Буш. Они подчеркивали, что защита сама может оказаться опасной. Конечно, может. Но если большинство из нас так отчаянно к ней стремятся, она должна стать одной из основных целей общества. У богатых ее предостаточно, у бедных меньше. В счастливом обществе ее должно быть повсюду много.