«…Аэропорт, если только он не провинциальный аэродромчик и не взлётно-посадочная полоска в далёкой глуши, а международный перекрёсток воздушных путей, никогда не засыпает. Круглогодичный режим «24/7». Постоянно существующий, многофункциональный, комплексный конгломерат услуг, действий, коммуникаций.

Пограничная служба в условиях совокупно расположенных, искусственно сооружённых зданий и объектов сильно отличается по форме от оберега границ в природных условиях. Даже вполне умеренных, не говоря уж об отклонении усреднённых значений в ту или иную сторону.

Но и здесь тягот и сложностей хватает, «выше крыши» и постоянно.

Гламурные девицы допечь и достать могут до печёнок, вытрепать не меньше нервов, чем погони за нелегалами. Образчики, не совсем психически здоровые, им под стать. Фрики разномастные – отдельная «песня». А уж что способны вытворить дети…

Ну и так далее, по списку.

Однако все неадекваты, пусть досадные, неприятные и времязатратные, лишь довески к основной работе.

Существуют реальные угрозы. Смертельно опасные. Разрушительные. Вредоносные. Экономически подрывающие. Вот ради чего необходимо границу держать и в воздушных портах, а не только вдоль контрольно-следовых и демаркационных в лесу, горах, море или арктических снегах.

Террористические акты. Контрабанда, индивидуальная и организованная. Маньяки-стрелки, одиночки или дуэтные. Преступники, желавшие улететь, но почти схваченные, и в пароксизме отчаяния на что только не способные, от захвата заложников до беспорядочной стрельбы. Суицидники… эти куда только не лезут, чтобы закончить жизненную дорогу эффектно. «Зайцы» им под стать, хотя лезут по другим причинам, они хотят дорогу начать…

Часть проблем берут на себя службы безопасности и полицейские силы, но пограничные функции ни на кого не переложить, ни с кем не поделиться.

В аэропорту граница визуально выражена не столь эффектно, здесь в основном не мощные преграды, а визуальные обозначения линии, которую нельзя пересекать бесконтрольно. В сооружениях, предваряющих полёты, кромки разделения обозначаются не заборами и столбами, а преимущественно надписями и нарисованными стрелами, знаками и символами разных форм и цветов. Но и без столбов незримая грань пролегает между территориями и пространствами. И это куда тяжелее, чем когда граница проведена чётко обозначенными бороздами, распаханными плугом, прицепленным к трактору. Когда всё как следует: столбы с гербами и флагами, проволочные заграждения, глухие заборы и тому подобные заграждения. Даже минные поля случались. Страны определяют свои пределы, отделяясь «колючкой» и другими предупредительными средствами, хоть рвами с плавающими крокодилами.

Граница везде, где появляются люди, желающие передвигаться по миру. С тех пор, как это стало возможно делать и воздушными путями, в точках массовых взлётов и посадок – контроль особенно актуален…

Я прибываю обычным рейсовым лайнером.

Габариты у меня в этом появлении далеко не изначальные. Я «усох» до мужчинки невысокого роста, щуплого и жилистого, с неприметным, незапоминающимся лицом. Идеальная внешность для шпиона или тайного инспектора. Больших людей запоминают куда чаще, как заметное отклонение от среднего.

Багажа у меня нет, ручная кладь только, поэтому забирать чемоданы с транспортировочной ленты не нужно, но я всё же не отделяюсь от пассажиров прибывшего эйрбаса, с которыми несколько часов рассекал воздушный океан в эконом-классе. Понятное дело, мог бы и в бизнес-салоне с комфортом пристроиться, но «мочь» и «хотеть» не обязательно синонимы. Я же не коррупционер, бессовестно использующий средства, предоставленные для исполнения служебных обязанностей.

У меня непосредственного начальника вроде нету, и некому следить за использованием командировочных и суточных. Пользуюсь доверием – видать, нет сомнений, что для меня служба является сутью и смыслом, делом всей жизни. Не просто «работой» по случаю.

Конечно, я могу летать чартерами, организовывать себе любой транспорт. Знаю, когда понадобится для исполнения, обязательно буду. Но удобно переместиться между точками выхода – не самоцель.

Куда надо, я и колобком докачусь – уж точно не сложней, чем ягуаром пробираться в хаосе джунглей, или по Карибской акватории плыть, где довелось-таки обратиться в мурену, и птичкой долечу, и змеёй доползу. Но «аниминированием» стараюсь не злоупотреблять. Опыт поучительный, однако забирает неоправданно много энергии, раз. Вызывает своего рода «отходняки» при обратной трансформации, два.

Слишком мучительно перестраивать восприятие и ментальность, три. Всё же человек не совсем животное, и сохранять «обратный билет», существуя в иных состояниях, – обходится дорогой ценой. Остаться муреной навсегда – всё-таки не моя мечта.

Но главное, мне хочется заниматься своей миссией, а не коллекционировать впечатления. Доживу до пенсии, тогда уж займусь праздным туризмом. Правда, скорее всего, не дожить: и не из-за того, что помру раньше, а потому, что не уйду со службы добровольно. О том же, что меня способно убить, я меньше всего волнуюсь. Чему быть, того не миновать. А начну оглядываться и бояться, далеко не пройду…

Шагаю дальше. Очередной этап. Прохождение паспортного контроля. Наблюдаю, как справляются коллеги местного разлива. В общем-то претензий нет. Учитывая, что они сверхчувствами не обладают, а рентгеновские аппараты и прочие искусственные «костыли» не всесильны. Но у талантливого погранца должен выработаться особый нюх. Плюс опыт. Потенциальные нарушители распознаются по мимике, жестам, поведению, даже по запахам и издаваемым звукам…

Так и происходит. Уводят тихоню-бабульку на досмотр. Я её сразу засёк в салоне, и если бы обычные коллеги сами не выцепили ее из толпы, то подсказал бы деликатно. Среди пассажиров ещё один нарушитель. Подожду, вдруг не уловят, шепну контролёрше. Вон той, симпатичной девочке, молоденькой, но перспективной. О как быстро глазёнками щупает протекающих через досмотровой канал пассажиров… Шептать не пришлось, она уловила. Интересно, как бы у неё в восприятии интерпретировался мой сигнал? В качестве глюка, голоса, раздавшегося в голове, или бессловесного интуитивного озарения…

В этот миг я едва не вздрагиваю от внезапного удара! Меня словно в затылок долбануло мячом. Крутанувшись на пятке, разворачиваюсь лицом к… Ага-а-а, вот, наконец!

Через зал неспешно продвигаются трое. С виду совершенно обычные, внимание ничем не привлекают. По внешним признакам ни к одному из подозрительных нацменьшинств или религиозных течений не относятся.

Террористы.

На посадку идут.

Смертники. Хотят разнести самолёт на куски.

Взрывчатка «вплавлена» в одежду и не определяется. Оружие пластиковое, три-дэ-принтерное. Элементы рассредоточены, собраны будут уже на борту. Надо брать раньше, чем пройдут регистрацию и утянутся в раздвижной «шланг», ведущий ко входу в лайнер.

Но моим телом ещё не пройден паспортный контроль! Его от зала отделяет ни много ни мало, а госграница. Я по эту сторону. Они идут с другой стороны. Следуя правилам, просто не успею пересечь. Нарушение правил оправдано в экстренной ситуации… К счастью, тело не единственный мой инструмент, я всё-таки пограничник эксклюзивной «модели». В разумы троих одновременно ещё не пробовал проникать, но деваться некуда, счёт ведётся на минуты.

И в первую из них происходит небывалое для меня. Я не смог войти в контакт ни с кем из троих! Не рассчитал силы, попробую хоть одного взять под контроль… Повторяю попытку, отчаянно атакую и натыкаюсь на броню.

Он непроницаем! Пробую пробиться в другого… Второй тоже, и третий. И они не просто особи из числа неуправляемых, а личности психотипа, которым нельзя манипулировать.

Задействовано внешнее прикрытие. С подобной защитой я ещё не сталкивался. Самое странное, что когда они просто шли по залу, её не было. Иначе я бы их не почуял даже. Стоило мне совершить первую попытку овладения разумами, появилась тотчас…

От растерянности перестаю напрягать разум и всматриваюсь просто глазами, визуально, словно они в нормальном состоянии могут увидеть большее, чем видимый мир. И неожиданно понимаю, что видят!

Как будто тёмное облако накрыло троих наёмников смерти, спокойно вышагивающих сквозь толпу ничего не подозревающих пассажиров и провожающих. Взвесь, похожая на… Вдруг понимаю, что же мне напомнил сгусток тьмы, возникшей из ниоткуда, чтобы перекрыть доступ.

Туман, в который я ушёл с блокпоста.

Теперь уже не только разум, но и тело моё цепенеет. Торчу без движения, в трансе, и беспомощно провожаю отдаляющихся террористов взглядом.

Воочию вижу след силы того же порядка, благодаря которой я очутился здесь и сейчас и вообще обрёл призвание и могу заниматься тем, для чего был предназначен в этой жизни.

Вывод крайне неутешительный.

Прикрывшая их извне антисила имеет обратный вектор направленности.

Помогает нарушать и преодолевать границы…»