Абигейл стояла возле небольшого загородного дома, расположенного в уединенном месте и всего в сорока пяти минутах езды от Лондона.

Ей все еще не верилось, что Леандро был тем самым мужчиной, который всего лишь несколько недель назад цинично заявил, что единственное, чего он хочет от Абигейл, – переспать с ней в последний раз и забыть.

Пережив в первоначальный момент шок от неожиданного известия о сыне, Леандро взял себя в руки и принял вызов, брошенный ему судьбой, с присущей ему рациональностью. По мнению Абигейл, его предложение о браке было продиктовано обостренным чувством долга, поэтому он без лишних споров согласился с ее контрпредложением ограничиться совместным проживанием.

Надо сказать, что прошедшие с тех пор два месяца Леандро вел себя поистине образцово. Был заботливым, внимательным, предупредительным, демонстрируя желание стать Сэму хорошим отцом. Абигейл не особо удивлялась этому, так как знала Леандро как человека, который, взявшись за дело, выкладывается по максимуму.

Конечно, для нее было искушением поверить, что он ведет себя так не только из-за Сэма, но и потому, что испытывает к ней определенные чувства, но она заставила себя не питать иллюзий. Огромной ложкой дегтя в бочке меда для Абигейл была мысль о том, что, поднабравшись опыта отцовства, Леандро в конце концов уйдет в свободное плавание, согласившись на роль «воскресного папы».

Абигейл вела с собой постоянную внутреннюю борьбу, не позволяя себе потерять бдительность. Она не могла не заметить, что их отношения с Леандро со временем изменились, стали глубже, откровеннее, но она понимала также, что надежда способна оказаться как другом, так и врагом, поэтому очень старалась не дать ей обосноваться в душе.

– Когда ты сказал, что приготовил сюрприз для меня, я не ожидала ничего подобного, – очень тихо сказала Абигейл.

Она подошла к белому заборчику вокруг дома и остановилась. Ей захотелось, чтобы Сэм был сейчас с ними, но няня, которую Леандро нанял несколько недель назад, уговорила ее оставить малыша дома. Честно говоря, она не долго колебалась, зная, каким капризным бывает сын, когда устанет или захочет есть.

– Ну как, нравится?

Леандро неторопливо подошел к Абигейл и встал рядом. Лучшего дня для подобного сюрприза и выбрать было нельзя. В воздухе чувствовалась весна, и, хотя солнце клонилось к закату, очарование этого места с плетистыми розами вдоль тщательно ухоженных дорожек, ведущих ко входу в дом, было очевидным.

Леандро вместе с агентом по продаже недвижимости посмотрели немало объектов, и этот дом оказался именно тем, что он искал. Для себя он бы в жизни не купил его, но Леандро все больше убеждался, что, несмотря на нелегкую жизнь, в душе Абигейл оставалась романтиком. Ей не понравилась его безупречная, современная, обставленная в минималистском стиле квартира. А вот этот уютный дом, судя по ее восторженно распахнутым глазам, был действительно домом ее мечты.

– Мне очень нравится. Очень! – Абигейл повернулась к Леандро и улыбнулась. – Но… – Она нахмурилась. – Мы же условились, что каждое решение, принимаемое нами, должно устраивать обоих. А разве подобное место отвечает твоему вкусу? Этот дом – полная противоположность твоей квартире.

– Прежде чем об этом говорить, есть смысл заглянуть внутрь, Эбби. Он пока пустует, и риелтор нам любезно разрешил все осмотреть не спеша, а затем бросить ключи в почтовый ящик.

Абигейл, не отводя взгляда от завораживающей красоты смуглого лица Леандро, едва справлялась с искушением понадеяться на то, что его заботливость означает нечто большее, чем… означает.

– Хорошо, давай зайдем в дом, – охотно согласилась она, и Леандро, отперев калитку, повел Абигейл к входной двери. – Просто я никогда не подумала бы, что подобное место может привлечь тебя…

– Многое видится по-другому с появлением ребенка, – заметил Леандро, и Абигейл подавила вздох, напомнив себе, что все это делается им ради Сэма. – «Грейлинг» явно был бы слишком велик для Сэма, – рассудительно произнес он, – а моя квартира, как ты сказала, слишком белая для ребенка. Это же место показалось мне удачным компромиссом.

Леандро толкнул дверь, и они вошли в дом.

Внутри дом оказался довольно просторным и хорошо спланированным.

Абигейл впечатлило все. Она восторженно отметила и форму потолочного свода, и деревянные панели, которыми была обшита нижняя часть стен; обратила внимание на кухонную плиту и открытые камины в комнатах. Ей понравились все подсобные помещения. Абигейл призналась Леандро, что никогда не смела и мечтать о жизни в таком поистине сказочном доме.

И наконец они оказались в саду, среди множества фруктовых деревьев, ягодных кустарников и буйно цветущих клумб.

– Переезд будет нелегким делом для тебя, – сказал Леандро, усаживаясь рядом с Абигейл на деревянную скамью под одной из яблонь.

– Я пока еще не думала об этом.

Абигейл внезапно словно очнулась. Она продолжала работать у Ванессы, не желая полностью утратить финансовую независимость. Конечно, в глубине души Абигейл лелеяла мечту проводить с сыном как можно больше времени, но она так и не смогла заставить себя снова во всех отношениях положиться на Леандро. Ведь эта попытка номер два когда-нибудь тоже закончится. Леандро вернется к привычной для него жизни, отрегулировав финансовую сторону их отношений. И Абигейл категорически не хотела превратиться в содержанку.

Все опять упиралось в официальный брак, а Абигейл чем дальше, тем сильнее хотелось от него любви, а не исполнения долга.

– Какой смысл жить здесь, но каждое утро выезжать в несусветную рань, чтобы успеть в Лондон на работу? Тебе совсем не обязательно…

– Ты не понимаешь.

– Да, ты права. Я не понимаю. Тебе надо быть вне себя от радости от разрешения финансовых проблем и возможности не работать.

– Я не могу и не хочу жить в полной финансовой зависимости от тебя, Леандро. Ты щедр сейчас из-за Сэма, однако, если бы я случайно не забеременела, нас с тобой ничего не объединяло бы.

– К чему все эти гипотетические допущения? – произнес Леандро со своей неоспоримой логикой. – Ситуация такова, какова она есть. И ты имеешь возможность сделать выбор – либо ты оставляешь работу и мы переезжаем сюда, либо остаемся в лондонской квартире и ты продолжаешь работать. Решай сама. Если тебя здесь все устраивает, скажи мне, и я завершу сделку с покупкой недвижимости уже к концу месяца.

Чем больше времени они с Абигейл проводили вместе, тем понятнее становилось Леандро, что золотоискательницей она никогда не была. Любую покупку для себя она оплачивала собственными деньгами. Ему едва удалось убедить ее не тратить свои деньги на продукты. В довольно редких случаях и только уступая его просьбе, Абигейл соглашалась надеть что-то из ювелирных украшений, которые Леандро дарил ей.

Да, Абигейл была рядом, но держалась отстраненно, и он не мог винить ее за это. Она не доверяла ему после вероломного ухода, хотя и никогда в разговорах не возвращалась к этому моменту.

– А ты, Леандро? Тебе ведь тоже придется выезжать в несусветную рань.

– Думаю, я смог бы работать и отсюда…

Абигейл искоса взглянула на него. Как же он хорош! Если они переберутся сюда и заживут в замкнутом мирке, тем болезненнее будет конец идиллии. Неожиданно в голову Абигейл пришла и другая, еще более мрачная мысль – а не преследует ли Леандро цель удалить ее из Лондона, чтобы она не мешала ему постепенно возобновлять свою прежнюю жизнь?

– По-моему, тебе будет довольно сложно это делать, – беспечно произнесла она, стараясь не смотреть на Леандро, чтобы не увидеть подтверждения своему худшему подозрению.

– Ты о чем?

– Ну, это место слишком удалено от всего, к чему ты привык. – Она заставила себя легкомысленно усмехнуться.

– О чем ты? Я – владелец компании, – спокойно возразил Леандро, – и могу работать в любое, удобное для меня время. У меня есть машина с водителем. Я сам себе хозяин и живу по собственному расписанию.

– В любом случае все это не имеет значения. Просто я хочу, чтобы ты знал…

– Прости, Эбби, но ты заморочила мне голову. Что именно не имеет значения? И что я должен знать?

– Ну… если тебе нужно будет оставаться в Лондоне на ночь…

– Если мне нужно будет оставаться в Лондоне на ночь? – недоуменно переспросил Леандро.

– Да. И я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным приезжать сюда каждый вечер из чувства долга, если мы все-таки решим, что это место наилучшим образом подходит для ребенка.

– Не надо называть обязанностью мои действия, Эбби, когда речь заходит о Сэме, – раздраженно отреагировал Леандро на слова Абигейл, уловив скрытый подтекст.

– Я просто даю тебе понять, что ты ничем не связан и волен…

– Волен что?

Абигейл пожала плечами:

– Пойду-ка я еще раз быстренько осмотрю все вокруг, прежде чем мы уедем. – Она поспешно вскочила со скамейки.

Абигейл заново осмотрела дом, завершив обзор кухней, и с удивлением увидела в дверном проеме Леандро.

– Здесь придется еще поработать.

Абигейл снова огляделась вокруг и бросила на него недоуменный взгляд.

– Я говорю о доме, – терпеливо разъяснил Леандро, направляясь к ней. – Он требует кое-каких доработок.

– Здесь все прекрасно как есть, – возразила Абигейл.

– Я так понял, ты уже решила, что это место тебя вполне устраивает?

– Да, я уже вижу, как мы с Сэмом обживаемся здесь, – призналась она. – И совершенно не нужно приглашать каких-то дизайнеров, которые превратят его в точную копию твоей безликой квартиры.

– Но ты же предпочла ничего не менять в квартире.

– Вряд ли ее можно сделать уютней, Леандро. Тем более это не мой дом.

– Ладно, тебе виднее. Здесь ты можешь делать все так, как захочешь. И, кстати, для сведения – документы оформляются на твое имя, поэтому не переживай, что крыша над твоей головой принадлежит мне.

– А вот этого делать совсем не обязательно. – Абигейл в приступе подозрительности увиделся очередной признак желания Леандро дистанцироваться от нее.

– Я хочу, Эбби, чтобы ты чувствовала себя по-настоящему защищенной, – мягко произнес Леандро. – Понимаю, ты человек гордый, но не считай, ради бога, что ты будешь чем-то обязана мне. Я твердо намерен заботиться и о своем сыне, и о его матери.

Леандро приподнял ее лицо за подбородок и нежно поцеловал.

Секс. Единственный фактор, скрепляющий их отношения, обезоруживающий Абигейл и делающий ее крайне уязвимой.

Она вернула Леандро поцелуй и прошептала:

– Мы не можем делать это здесь.

– Я так соскучился по тебе, что мне все равно где, Абигейл.

– Похоже, секс – единственное, чем заняты сейчас твои мысли, – полушутя заметила она.

– Разве я виноват в том, что ты так действуешь на меня? – Леандро отклонился и провел по волосам не совсем послушными пальцами.

Сегодня на Абигейл были джинсы и красная блузка с длинными рукавами под плащом свободного покроя с поясом и погончиками, и выглядела она потрясающе. Свежий, здоровый цвет прелестного лица не требовал каких-либо косметических ухищрений.

– Признаю, что заниматься любовью здесь было бы не совсем уместно. – В голосе Леандро сквозило явное сожаление.

Он взял Абигейл за руку и вывел из дома, заперев за ними дверь, и решительно пресек ее намерение еще раз осмотреться. Он явно торопился.

– Я не смогу дождаться, пока мы возвратимся в Лондон.

– Леандро, это безрассудство!

– Ты заставляешь меня быть таким, Абигейл. – Он искоса бросил на нее чувственный взгляд, заставивший ее затрепетать.

Вскоре в сгущающихся сумерках они уже кружили по переулкам ближайшей деревушки. При не слишком интенсивном в это время движении на дорогах они могли бы вернуться в Лондон менее чем за два часа, и Абигейл была удивлена, когда Леандро неожиданно затормозил у сельской гостиницы.

– Я же сказал, что не дотерплю до дома, – проворчал он.

Леандро буквально затащил ее в номер, снятый на час, где и занялся с ней любовью, необузданной, страстной, которая опустошила Абигейл, отняв у нее все силы и оставив довольной и почти счастливой.

– Какая неразумная трата денег, – хихикнула она, когда они снова отправились в путь. – И что должен был подумать бедняга администратор гостиницы?

– Что ж, для него наше нетерпение оказалось весьма выгодным, – усмехнулся Леандро. – Он сдал нам самый дорогой номер, а мы пробыли в нем менее часа. Абигейл, завтра я собираюсь завершить покупку дома. – Он протянул руку и коснулся ее руки. – Ты оставишь работу, Эбби?

«Так вот что означал этот страстный порыв», – с неожиданным цинизмом подумала Абигейл. Леандро знал, насколько она податлива и сговорчива после занятий любовью.

– Думаю, я так и поступлю, – после затянувшейся паузы сказала Абигейл, понимая, что ей действительно нужно проводить с Сэмом больше времени. – Но мне будет недоставать работы, общения, Ванессы с ее добрым отношением ко мне. Она очень много сделала для меня, отчаявшейся тогда, в человеческом плане. Я в огромном долгу перед ней.

– Я тоже. – Серьезность тона Леандро удивила Абигейл.

– Как это понимать?

Леандро бросил короткий взгляд в ее сторону:

– Уже само по себе скверно, что по моей вине ты оказалась в одиночестве, без гроша в кармане и без работы, да к тому же будучи беременной. Но еще хуже, почти невыносимо для меня, представлять себе, что могло бы случиться с тобой и Сэмом, если бы Ванесса не поддержала тебя в тот момент. Вот как надо это понимать, Эбби.

К тому времени, как они вернулись в лондонскую квартиру Леандро, Сэм уже спал. Няня, привлекательная молодая женщина, явно обожающая своего подопечного, коротко сообщила, как Сэм провел время в их отсутствие. Как только она ушла, они тут же направились в комнату, которую, не считаясь с затратами, Леандро переоборудовал в детскую, взглянуть на своего сына. Одна из стен была вручную разрисована героями из популярного мультфильма. Рядом с детской кроваткой высилась огромная мягкая игрушка, подаренная сыну отцом пару недель назад.

Леандро смотрел на Сэма, а Абигейл украдкой – на него. Единственным источником света в детской был крошечный ночник. Но даже в таком полумраке можно было заметить, как смягчилось выражение лица Леандро, сбросившего маску непроницаемости. Абигейл сжала его руку, и он ответил ей странным взглядом.

Они отправились в кухню, где для них была оставлена еда, о которой позаботилась домоправительница, следившая за тем, чтобы квартира Леандро Санчеса постоянно выглядела так, как в журнале по интерьеру.

Почему-то мысль о том, что ей придется уехать из Лондона, разволновала Абигейл. Предстояло оставить ставшую привычной работу у Ванессы в ювелирном магазине и комфортную жизнь здесь.

Снова предстояли перемены. Будущее показалось Абигейл крайне шатким, сомнительным, как никогда. Она поняла, что подсознательно пошла на поводу своих иллюзий, убедив себя, что их отношения с Леандро настоящие. Этому способствовали и явные перемены в его поведении. Его внимательность, предупредительность, искреннее стремление стать Сэму настоящим отцом Абигейл сочла проявлением того, чего на самом деле не было.

Он никогда не выражал открыто своих чувств к ней. Леандро знал, как дать Абигейл почувствовать себя сексуальной, был весьма красноречив в отношении ее внешней привлекательности, но этим все и ограничивалось.

И вот теперь она уедет из Лондона, оставит работу, а Леандро заново обустроится в квартире и вернется к привычному образу жизни, навещая их с Сэмом с определенной периодичностью. Когда же Сэм достаточно подрастет, он будет оставаться у Леандро на ночь, на уик-энд, на каникулы… Перед Абигейл снова замаячил призрак другой женщины.

Рассудок твердил, что она должна решать проблемы по мере их возникновения, а не прогнозировать заранее множество гипотетических сценариев, негативных все как один, назойливо роившихся в ее голове тучей сердито жужжащих ос.

Вдруг Абигейл увидела в дверях Леандро, стоявшего со скрещенными на груди руками. Взгляд его прекрасных глаз был устремлен на нее.

– Давай-ка выкладывай все начистоту, – без предисловий заявил он. – В чем дело, Эбби? Что происходит?

– Ни в чем. Ничего не происходит.

– Тогда почему у тебя такой вид, будто ты ждешь, что вот-вот начнет рушиться небесный свод?

Пока Абигейл судорожно придумывала, что ответить, зазвонил мобильный Леандро, и он жестом призвал ее к молчанию. Стоя почти рядом с ним, она услышала в трубке женский голос, и все опасения, неустанно терзающие душу, подпитанные этим звонком, вновь укрепили уверенность в том, что Леандро неспроста так стремится сплавить ее из Лондона в загородный дом.

Мало того что он говорил с женщиной, так еще и вышел из кухни, явно не желая, чтобы Абигейл слышала их разговор. А она, охваченная мрачным, тревожным предчувствием, так и осталась стоять на месте, словно, приклеенная к полу, пока минут пять спустя в кухню не вернулся Леандро. На красивом лице – ни малейшего признака виноватости.

– Кто это был? – Абигейл ужаснулась, услышав свой вопрос, заданный сварливым, обвиняющим тоном.

Леандро резко остановился и взглянул на нее из-под полуприкрытых век.

– К тебе это не имеет никакого отношения, – холодно ответил он.

Но Абигейл уже закусила удила и была настроена стоять на своем.

– Ты разговаривал с женщиной, – ринулась она в атаку.

– И что? По-твоему, это преступление? – Леандро начал злиться, поскольку не привык давать отчет о своих поступках кому бы то ни было.

– Ты скажешь мне, кто она? – требовала ответа Абигейл.

– Нет.

Абигейл всю затрясло.

– И не надо! Не утруждай себя. Мне вовсе не обязательно знать это. Ты вправе поступать так, как хочешь. Твои похождения меня совершенно не трогают.

– Да? – с сомнением многозначительно произнес Леандро и, прищурив глаза, вгляделся в пылающее лицо Абигейл.

– Да. – Она отвернулась, сделала несколько глубоких вдохов, успокаивая нервы, и только потом посмотрела на Леандро. – Извини. Я не должна была спрашивать, а ты не должен отвечать. Это только твое дело.

– Даже несмотря на то, что мы любовники?

– Мы же оба знаем, что в нашем случае это ничего не значит.

– Означает ли это твое заявление, что ты не будешь иметь ничего против, если у меня появится другая женщина?

Боль резко пронизала сердце Абигейл, словно в него вошел осколок разбитого стекла.

– Я очень надеюсь, что ты уведомишь меня заранее и мы закончим наши отношения раньше, чем ты перепрыгнешь в чью-то еще постель.

– Не верю, что слышу это, – мрачно пробормотал Леандро.

Но Абигейл не обратила внимания на его слова, которые вряд ли и слышала. Ее голова была переполнена видениями, кадры которых мелькали с быстротой ускоренной перемотки кинопленки.

– Сколько понадобится времени, чтобы мы с Сэмом смогли перебраться в загородный дом? – спросила она, уже поняв, что это единственный путь разрешения неожиданно возникшего между ними конфликта. На ее глазах вскипели слезы, грозя вот-вот пролиться. – Так как скоро? – повторила она вопрос.

– Завтра я решу оставшиеся финансовые вопросы. Полагаю, в течение двух недель.