Габриель добился своего.

Шоколатье из «Харт чоклит» должен был приготовить образцы новых шоколадных конфет. Габи выбрал его не зря. Мало того что Джефф Гарретт уже работал в компании помощником шоколатье, так еще надеялся продвинуться по служебной лестнице. Кроме того, Габриелю не пришлось похищать рецепт компании. Ему требовалось только арендовать кухню на пару вечеров.

– Я до сих пор не понимаю, почему ты отказался от шоколатье, которого предложила я, – сердито сказала Пэм.

Габи было невдомек, почему она так злится. Она ворчала с тех пор, как он рассказал ей о своем новом плане.

– Потому что я его не знаю.

– Но я его знаю, – настаивала она.

– И замечательно, – сказал Габи. – Но Джефф – шоколатье моей компании. Он учился у лучшего шоколатье в Бельгии. И у него появился шанс проявить себя. – Габи хихикнул. – По-моему, у нас с Джеффом много общего.

Она нахмурилась, глядя на него.

– Это не смешно, Габи.

Он разглядывал ее пару секунд.

– Почему ты сердишься?

Она тряхнула головой.

– Мы делали это вместе, а потом ты неожиданно все изменил. Что мне сказать своему другу?

Она беспокоится о чувствах своего шоколатье?

– Скажи ему правду, – ответил Габи. – Это рецепт моей семьи, и я не могу доверять его кому попало.

– Я для тебя «кто попало»? Как приятно слышать об этом! – Пэм так быстро отвернулась, что ее длинные темные волосы разметались вокруг ее плеч, как накидка. Потом она повернулась и посмотрела на Габи. – Ты не доверяешь моему шоколатье. Ты должен был доверять мне.

Она снова отвернулась и зашагала прочь.

Габи быстро догнал ее, схватил за руку, развернул к себе лицом и посмотрел в ее большие карие глаза.

– Я тебе доверяю.

– Конечно. – Она избегала его взгляда. – Ты очень убедителен.

Он сильнее терялся в догадках. С тех пор как он рассказал ей о привлечении к работе своего шоколатье, она не удосуживалась скрывать свое раздражение.

Они были в его пентхаусе в отеле. И должны были праздновать за ужином с холодным шампанским, заказанным в одном из лучших ресторанов города. Но ужин остался недоеден, а шампанское быстро выдохлось.

Габи планировал этот вечер совсем иначе. Он думал, что они поужинают, а потом займутся сексом. Но все получилось по-другому.

Пэм быстро прошагала по гостиной и вышла на балкон с видом на океан. Габи последовал за ней. Она впервые показывала перед ним характер, и ему это понравилось. Он любил капризных женщин, но просто хотел знать, чем вызвано ее недовольство.

– Я не понимаю, почему ты не придерживался плана, – сказала она.

– Потому что мой план лучше. Я говорил тебе. Семейный рецепт остается в семье. – Он посмотрел на нее. Она не скрывала негодования, стоя к нему в профиль.

– Мне жаль, – внезапно ответила она, и он обрадовался. – Я просто удивлена, Габи. Ты даже не сказал мне, что меняешь план.

– Эй! – Он взял ее за руку и повернул к себе лицом. – Честно говоря, я не думал, что ты так расстроишься. Дело не в доверии, Пэм.

– Неужели? – Она вырвалась из его рук и шагнула назад. Держась одной рукой за перила из кованого железа, она отвела другой рукой волосы от лица.

Габи раздраженно всплеснул руками.

– Мы команда, Пэм. Ничего не изменилось.

Она покачала головой.

– Уже нет.

– Какого черта, Пэм? – Он засунул руки в карманы джинсов. – Откуда вся эта ярость? Я не знаю твоего шоколатье. Почему не привлечь того, кого я знаю? Этот парень безумно талантлив. И он уже работает на меня.

– Ладно. – Она махнула на него рукой. – Но теперь мне надо объяснить моему шоколатье, почему он не может выпускать новую линию шоколада.

– В любом случае он бы ее не выпускал, – настаивал Габи. – Он собирался сделать образцы. Если все пойдет хорошо, то Джефф получит повышение по службе, а я с радостью услышу, как Этан извинится и признается, что ошибся впервые в жизни.

Она не выглядела так, будто ее это волновало.

– В этом нет никакого смысла, – разочарованно сказал Габи. – И я не намерен извиняться за то, что оберегаю секреты своей семьи.

– Эй, – быстро произнесла она, – тебя никто ни к чему не принуждает. Ты сам хотел это сделать, – напомнила она ему. – Я тебя не убеждала. На самом деле я говорила тебе, что ты не обязан это делать.

Он подошел ближе, положил руки ей на плечи и почувствовал, как она дрожит от гнева. Эта женщина сводила его с ума.

– Детка, я все понимаю. Я сам это затеял. Вот почему я поступил по-своему. Ты говорила, что поддерживаешь семейную верность.

– Да.

– Тогда ты должна понимать, почему я так поступаю.

Она подумала, затем вздохнула.

– Я понимаю, Габи. Мне только не понятно, почему ты скрытничал от меня.

– Я сделал это только сегодня, – утверждал он. – Полчаса назад. У меня не было времени, чтобы рассказать тебе.

– Когда ты задумал изменить план?

Причина не только в том, что он изменил план. Ее беспокоило что-то еще. Но он понятия не имел, что это было.

– Что происходит, Пэм?

Океан внизу казался темным, но волны были покрыты пеной, которая ярко выделялась при лунном свете. Пары прогуливались по песку у кромки воды, на пляже горело несколько костров.

– Что ты имеешь в виду?

– Дело не только в другом шоколатье, – сказал он, когда в его голове возникло подозрение. Ему не нравилось это ощущение. Но о чем, черт побери, ему думать, если Пэм ведет себя крайне нелогично?

Она – единственная, на кого он мог рассчитывать. Она была его партнером несколько месяцев и всегда его поддерживала. И была готова выслушать. Если что-то изменилось, он хотел знать, что именно.

– Расскажи, что происходит.

– Нечего рассказывать. – Она вытащила телефон из заднего кармана, чтобы проверить время. – Мне надо идти. Сегодня день рождения моего отца, и вся семья собирается у него дома.

– Ты не говорила об этом.

– Ну, я сказала сейчас, – тихо ответила она.

– Но мы ужинаем. Шампанское…

– Мне не хочется праздновать.

Она выскользнула из его рук, и его обдало холодом.

– Черт побери, Пэм, что с тобой происходит?

– Ничего.

Прежде чем он успел что-то сказать, она вернулась в гостиную и схватила сумочку с дивана.

– Пэм?

Она остановилась, повернулась и посмотрела на него с разочарованием. Она держалась прямо и плотно поджимала губы.

– Что?

Габи было невдомек, что пошло не так, поэтому он не знал, как все исправить. Глядя на нее сейчас, он видел, что Пэм эмоционально отстранилась от него.

– Ты будешь присутствовать при создании образцов конфет?

Она изогнула губы. Ее взгляд был по-прежнему настороженным.

– Конечно, я буду. Я хочу быть в этом с тобой.

– Хорошо, – сказал он. – Я позвоню тебе завтра.

– Конечно, Габи. Завтра. – Она ушла, а он подумал, что его идея с шоколадом испортит его отношения не только с Этаном, но и с Пэм.

– Они хотят больше денег, – произнес Этан через несколько дней, откинувшись на спинку стула, и посмотрел на Сэди.

У нее перехватило дыхание. Она вспомнила, как совсем недавно они занимались сексом на его рабочем столе. Ей было трудно сосредоточиться на работе.

– Сэди? Ты слушаешь?

– Что? – проворчала она в ответ. – Да. Конечно. Они хотят больше денег.

– Я думал, сделка почти завершена. Старик хотел продать свою компанию, но его взрослые дети заставили его передумать. – Этан бросил шариковую ручку на рабочий стол и поднялся на ноги. – Наши юристы пытаются договориться, но…

– Почему ты не идешь на переговоры лично? – спросила Сэди.

Он повернулся и посмотрел на нее.

– Я не веду переговоры сам. Для этого я держу штат юристов.

Она усмехнулась и покачала головой.

– Донателло – особенный случай.

– В каком смысле?

Он отвел края пиджака назад и засунул руки в карманы, выглядя властно и самоуверенно.

– Сэди?

Она с трудом сосредоточилась.

– Компания Донателло – семейный бизнес.

– Да, я знаю. Я только что тебе об этом сказал. Его дети требуют больше денег и одновременно отговаривают отца от продажи компании. – Этан нахмурился. – Я не понимаю, почему они упрямятся. Мы предлагаем хорошую цену.

Забавно, что он не замечает сходства между семьей Харт и Донателло. Взрослые дети Ричарда Донателло, как и Этан, боролись за свое наследие и семейные традиции. Каким бы важным приобретением ни была шоколадная компания Донателло, Этан должен был понимать, что переживают дети Ричарда.

– Верно. – Сэди пожала плечами. – Ну, ты же знаешь сам, что такое семейный бизнес. Ты делаешь все возможное, чтобы компания процветала. Поэтому поставь себя на место Донателло.

Он фыркнул.

– Нас нельзя сравнивать. У Донателло отличная репутация, но их компания небольшая.

– «Харт чоклит» однажды тоже была небольшой компанией.

– Это было давным-давно, – заметил он.

Честно говоря, иногда Сэди казалось, что она бьется головой о кирпичную стену. Это, безусловно, было бы намного выгоднее, чем пытаться убедить Этана, что он во всем ошибается.

– Магазину-кондитерской Донателло почти пятьдесят лет, – сказала она. Он нахмурился. – И он достаточно успешный, поэтому ты хочешь его купить.

– Ну да, – ответил он. – Потому что у него отличные продажи в Интернете, прекрасное расположение в Лагуне, а список клиентов просто феноменален.

– У них все преимущества, – сказала она, удивляясь, почему он до сих пор не понимает ее. – Я говорю о том, что магазин-кондитерская Донателло – это то, с чего начинала семья Харт сто лет назад. Они усердно работают над своей деловой репутацией.

Он снова нахмурился, но она заметила, что он обдумывает ее слова. Сэди решила продолжать.

– Почему бы не предложить ему больше денег? – спросила она. – Разве он их не заслужил? Ричард Донателло создал компанию, которую ты очень хочешь купить. Может быть, если его дети увидят, что ты не скупишься, они тебе уступят?

– Может быть. – Он задумчиво кивнул.

– Подумай об этом, Этан. Ты заплатил мне дополнительные сто пятьдесят тысяч за один месяц.

– Да, – напряженно сказал он, – но это были личные отношения. А с Донателло у меня дела.

– Не совсем, – возразила она, и он выгнул брови. – Семейное наследие Донателло важно для них так же, как наследие Харт для тебя.

Через пару напряженных секунд он кивнул.

– Отлично. Ты высказала свою точку зрения. Я подумаю над этим.

Сэди знала, когда надо оставить его в покое.

– Ладно. Теперь вернемся к личным отношениям…

– Сегодня у меня нет времени на шутки, Сэди.

Она моргнула и запрокинула голову, словно от удара.

– Я не помню, чтобы просила тебя уделить мне время.

– Нет, ты не просила. – Он вздохнул, покачал головой и потер затылок. – Прости. Я неверно выразился.

– Понятно, – сухо сказала она. – Я говорила не о сексе, Этан. Я хотела сказать, что агентство пришлет еще одну домработницу на собеседование сегодня вечером.

– О. – Он нахмурился. – Хорошо.

Очевидно, он собирается притвориться, что ничего не говорил, а она должна притворяться, будто ничего не слышала. Вот и славно.

– Ее зовут Джули Кокран. Она – мать-одиночка, у нее пятилетняя девочка. Она хорошо готовит, умеет ухаживать за ребенком, и ей очень нужна работа.

У него отвисла челюсть, он округлил глаза.

– Ты хочешь привезти еще одного ребенка в мой дом?

Сэди разочарованно вздохнула. Она действительно думала, что они добились прогресса за последние дни.

– Я уверена, у маленькой девочки нет чумы, поэтому ты будешь в безопасности.

– Это не смешно.

– Нет, – согласилась она. – Но Джули – мать-одиночка, и ей срочно нужна работа. Агентство говорит, что она одна из их лучших.

– Тогда почему она без работы?

– Потому что женщина, на которую она работала, недавно умерла.

Он нахмурился.

– Угу.

– Этан, тебе нужна профессиональная няня для Эммы. Поговори с Джули. Комнаты для домработницы хватит и для нее, и для ее дочери. Она умеет готовить. У нее есть все, что тебе необходимо.

– Мне не нужен еще один ребенок в доме, – ответил Этан. – Я не хотел даже того, который есть у меня сейчас!

– Ух ты! – Сэди уставилась на него. По непонятной причине она думала, что Этан изменился. Он помогал ей заботиться об Эмме: кормил и купал. Они вдвоем укладывали девочку спать. В чем же проблема?

– Не смотри на меня так!

– Как? – спросила она. – Испуганно? Разочарованно?

– Никак, – пробормотал он.

– Я не знаю, за кого мне обиднее: за себя или за Эмму.

– Я не старался вас оскорбить.

– Ну, тогда поздравляю! – отрезала она. – Ты сыплешь оскорблениями, сам об этом не подозревая.

– Черт побери, Сэди!

– Дело не во мне, Этан. Это касается Эммы. Она у тебя чуть больше недели, – напомнила она ему. Вероятно, ему надо больше времени, чтобы смириться с присутствием Эммы в его доме. – Постарайся к ней привыкнуть.

– Разве я не стараюсь?

– Честно говоря, я так думала. Ты вроде бы поладил с Эммой. Но, услышав тебя сейчас, я сомневаюсь, что ты правильно поступаешь, став ее опекуном.

Он удивленно уставился на нее.

– Что еще я могу сделать? Я обещал ее отцу присмотреть за ней.

– Опекунство – это не просто место для проживания ребенка и домработница, которая следит за тем, чтобы накормить его и убрать за ним. – Сэди пристально смотрела на него. – Обещание, данное тобой десять лет назад, не основание для опекунства, Этан. Эмме нужно больше, чем твое чувство долга. Она заслуживает того, чтобы ее любили. Если ты не можешь этого сделать, то, возможно, тебе стоит отдать ее в другую семью.

Он казался ошеломленным.

– По-твоему, я сделаю это?

– Твои жалобы натолкнули меня на эту мысль, – призналась она.

– Замечательно. Спасибо. – Он сел за стол, и она подумала, что он похож на тигра в крохотной клетке. – Приятно знать, что ты на моей стороне.

Она помолчала немного, потом тихо спросила:

– Что с тобой происходит, Этан?

– Ничего особенного.

– Ага. – Она скрестила руки на груди. – Ты почти не разговаривал со мной с тех пор, как мы были вместе. Ты уезжаешь из дома каждое утро, ничего не говоря, а на работе ведешь себя со мной холодно и отстраненно. А сегодня ты меня даже оскорбил.

– Я уже извинился.

– Ну, тогда другое дело. – Она положила руки на бедра. – Почему ты избегаешь меня?

– Я был занят.

– Я тоже. – Она подошла к нему. – Я отвожу Эмму в ясли. Я заезжаю к ней во время обеда.

И, судя по всему, я буду возить ее домой по вечерам. Ты игнорируешь нас обеих, Этан. Почему?

Он посмотрел на нее и отвернулся.

– Потому что все изменилось после того, как мы занимались сексом.

Удивленная, она спросила:

– Что изменилось?

Он мельком взглянул на нее.

– Все. Я поразмышлял и понял, что мы совершили ошибку.

Сэди покраснела и почувствовала ярость и смущение. Странно, она совсем не смущалась во время близости с Этаном. Но ей было обидно слушать, как он ее отвергает.

– Ты в этом уверен?

– Да, – рявкнул он и пристально посмотрел на нее. – Сейчас слишком много всего происходит, и я не думаю, что мы должны допустить, чтобы это повторилось.

– Как долго ты придумывал свою речь? – спросила она.

– Что-что?

Сэди была в ярости. Теперь понятно, почему Этан ее игнорирует. Он сожалеет о том, что они сделали, и хочет, чтобы его жизнь вернулась в привычное русло. Иногда мужчины ведут себя как идиоты. Он решил, что, оскорбляя и игнорируя ее, он оттолкнет Сэди от себя. Очевидно, он совсем ее не знает.

– Ты не размышлял, – спокойно произнесла она, – а решал. Спасибо, Этан. Как мило с твоей стороны, что ты принял решение без моего участия.

Он немного поморщился.

– Если бы ты лучше меня слушала…

– То есть я должна была тихонько сидеть и слушать твои планы?

– Я этого не говорил…

– Хочется спросить: у меня есть право голоса в этом вопросе?

– Конечно, у тебя оно есть, – почти прорычал он и встал за столом, словно желая отгородиться им от Сэди.

– Ну, ты очень демократичен, Этан.

Он нахмурился и настороженно оглядел ее.

– Мне не нравится твой тон.

– Мне все равно, – сказала она. – Я хочу знать, почему ты не поговорил со мной об этом до того, как озвучил новые правила?

Он потер рукой подбородок.

– Это сложный вопрос.

– Нет, не сложный. – Сэди была расстроена, и ее ярость только усиливалась. – Ради всего святого, Этан! Ты сам все усложняешь. Перестань накручивать себя.

Он хохотнул.

– Ладно, я не буду себя накручивать.

– Ты слишком много думаешь, Этан. Вот в чем проблема. – Покачав головой, Сэди шагнула вперед и уперлась руками в край стола. – Мы были близки прямо здесь.

Его глаза вспыхнули.

– Что было, то было, смирись с этим, – сказала она. – Два взрослых человека наслаждались друг другом.

– Ты уже говорила об этом.

– И скажу завтра, если понадобится. – Сэди снова скрестила руки на груди и сердито уставилась на него. – И скорее всего, я скажу об этом, потому что ты, кажется, меня не слушаешь. Я ничего не просила у тебя, Этан, помнишь? И не защищай меня от себя.

Он запустил пальцы обеих рук в волосы.

– Я не хочу, чтобы то, что было здесь между нами, стало грязным.

– Оно станет грязным.

Он резко поднял голову, его глаза сверкнули.

Она вздохнула.

– Жизнь нередко становится грязной, Этан. Расслабься. Я не буду ползать у твоих ног и просить у тебя чуточку внимания.

– Я не говорил, что ты будешь это делать. – Он принялся оправдываться.

– И я не стану просить тебя жениться на мне, – заверила его Сэди. – Ты мне не пара.

Он выглядел обиженным.

– Что это значит?

– Это значит, – ответила она, – что я составила список требований к своему будущему парню. Ты соответствуешь только двум требованиям.

– А сколько пунктов в этом сомнительном списке? – Он нахмурился.

– Пять, – сказала она. – И два пункта из пяти – недостаточно. Поэтому ты в полной безопасности.

– Великолепно. – Он продолжал хмуриться и стал выглядеть еще обиженнее. Сэди обрадовалась тому, что поставила его на место.

– Если мы все обсудили, я возвращаюсь к работе. – Она повернулась к двери и остановилась. – Ты будешь сегодня вечером дома, чтобы провести собеседование с Джули?

– Обязательно.

– Хорошо. И как только ты полностью оправишься от этого разговора, мы сможем заняться сексом в кровати.

Не дожидаясь его ответа, она вышла и закрыла за собой дверь.

В офисе было шумно: звонили телефоны, щелкали клавиши компьютера. Но она не обращала внимания ни на что.

Она думала о мужчине, от которого скоро уйдет. Навсегда.