Фильмы Диснея Советский Союз никогда не покупал, но два его фильма мы видели. «Бэмби» он подарил нашей стране в 1944 году как союзнику по антигитлеровской коалиции в Великой Отечественной войне (тогда же английский режиссер Александр Корда подарил нам «Маугли» и «Багдадского вора»). А «Белоснежка и семь гномов» шел у нас под грифом: «Этот фильм взят в качестве трофея…» и т. д. Так после войны предваряли показы бесчисленных американских кинокартин. Все годы, что я учился в школе, мы каждый понедельник прогуливали первые уроки, потому что в кинотеатре «Аврора» на Невском проспекте каждую неделю начинался показ нового американского фильма. Мы подражали героям этих лент — ковбоям, гангстерам, Тарзану.

В 1933 году в Москве состоялся первый фестиваль американской мультипликации, и стиль Диснея надолго стал эталоном в СССР. В 1935 «Три поросёнка» показывали на очередном фестивале, и песенку оттуда — «Нам не страшен серый волк…» распевала вся страна. Но монографию об Уолте Диснее поставили в план ленинградского отделения издательства «Искусство» только в 1966 году.

Написал её киновед Эдгар Михайлович Арнольд — очень приличный человек из старой цирковой династии, а оформить — сделать макет и обложку — предложили мне.

Я с энтузиазмом взялся за эту работу. Художественный редактор издательства Яша Окунь, как и я, хотел, чтоб небольшая эта книжечка выглядела как можно лучше и привлекательней. Мы долго пробивали в Москве более продолговатый формат (почти все книжки в стране — и собрания сочинений, и учебники — были одинакового формата), добились суперобложки. Все это являлось в то время проблемой.

Были проблемы и с цветными фотографиями — слайды в типографии получались ужасными, и пришлось раскрашивать черно-белые снимки. Это замечательно делал редакционный фотограф и ретушер Федя, мастер фальсификаций (он виртуозно убирал растрелянного Мейерхольда, например, из групповых фотографий тех лет). Федя прекрасно с этим справился и, увлёкшись, разрисовал несколько ранних, не цветных фильмов, на много лет предвосхитив компьютерную раскраску в Америке.

В общем, работа успешно двигалась. Мы раз в неделю собирались в большой комнате в редакции Дома книги, на 5-м этаже, сидели в углу за столом Яши Окуня, выклеивали гранки, фото, делали макет. Все шло хорошо, пока не началась Вьетнамская война.

Наши отношения с Америкой, и без того не идеальные, испортились окончательно, и это отразилось на всем. Писатель Стейнбек, которого издавали в СССР огромными тиражами, по произведениям которого ставили фильмы (помню картину «Зима тревоги нашей» с замечательным Смоктуновским), мгновенно из друга превратился во врага за свои выступления в поддержку Америки в этой войне. Его книги из планов издательств сразу же вычеркнули, из библиотек их изъяли, с прилавков книжных магазинов они исчезли. И, естественно, тревожная атмосфера возникла вокруг книги Арнольда «Жизнь и сказки Уолта Диснея».

Директор издательства нервно останавливался у нашего стола и шептал: «Вот вы всё клеите, а завтра ваш Дисней что-нибудь ляпнет в поддержку войны, и книгу выбросят из плана. И всё, у всего издательства погорит премия годовая» и т. д.

«Нет, Уолт не ляпнет… — робко возражал милейший Арнольд — Уолт не ляпнет…». Но полной уверенности в его голосе не было.

Книга висела на волоске, но мы продолжали работать. Вся комната, все издательские работники смотрели на макет книги с омерзением, переходящим в ненависть: среди бела дня мы залезли к ним в карман как беззастенчивые воры…

К концу года атмосфера накалилась до предела, ходить в редакцию стало неприятно и небезопасно. И вдруг…

В комнату вбежал директор и срывающимся от восторга голосом заорал: «Слышали, сейчас по радио передали!!! Слышали???!!!»

«Космонавта очередного запустили, что ли?» — спросил кто-то вяло.

«Да какого там космонавта… Передали: Дисней умер!!!»

Трудно представить, что тут началось: все в восторге обнимались и целовались, поздравляли друг друга. Только мы в нашем углу молчали, а старик Арнольд даже прослезился: «Ну вот, я же говорил, что Уолт не ляпнет, теперь уж точно не ляпнет».

К концу 1968 года книжка вышла. Хорошо напечатанная, с лакированным супером, она выглядела очень симпатично, получила несколько премий на полиграфических конкурсах… и на черном рынке продавалась за «десять номиналов», т.е. в десять раз дороже. Я получил несколько авторских экземпляров и дарил на Новый год друзьям.

И навсегда запомнил день, когда обезумевший от радости директор издательства «Искусство» орал: «Дисней умер!!!». Было это 15 декабря 1966 года. Великому Уолтеру Элпасу Диснею исполнилось 65 лет и 10 дней.