оология — наука коллективная. Даже если человек работает один в лесу или в лаборатории, он постоянно должен знать о работах своих коллег, должен знать, что сделано до него. Иначе он будет лишь топтаться на месте или открывать уже открытое.

Наука о животных развивалась в течение тысячелетий. И каждое последующее поколение ученых, принимая или даже отвергая что-то, все равно использовало опыт предшественников.

В предыдущей главе рассказано лишь о некоторых ученых, посвятивших свою жизнь зоологии. А их были тысячи — знаменитых и безымянных, но оставивших след в науке. Возможно, вклад их настолько мал, что совершенно затерялся среди других великих и не очень великих открытий. Однако благодаря этим ученым, благодаря их открытиям появились Геснер и Линней, Ламарк и Кювье, Уоллес и Дарвин. Благодаря этим и тысячам других ученых человечеству стали известны животные нашей планеты.

Сейчас учеными открыто и описано более миллиона видов обитателей нашей планеты. Из них насекомых — около миллиона. Вспомним Аристотеля: он описал всего лишь 60 видов насекомых, Линней знал уже 1929. Ракообразных сейчас известно свыше 20 000 видов. Аристотель знал лишь 15, Линней — 89 видов. Рыб мы знаем сейчас около 10 000 видов. Аристотелю было известно 117 видов, Линнею — 250. То же самое можно сказать о птицах, млекопитающих и других животных.

Общий счет: Аристотелю было известно 454 вида, Линнею — 4200 видов, современным ученым — больше миллиона. Значит, за две тысячи лет — от Аристотеля до Линнея — список животных увеличился всего в девять раз. А за двести лет — от Линнея до наших дней — почти в триста раз.

Причин, конечно, много; но самая главная — расширилась и углубилась сама наука о животных.

Мы не скоро узнали бы животных нашей планеты, не введи Линней свою систему; мы не могли бы изучить животных без сравнительной анатомии, «отцом» которой был Кювье, без Дарвина и его теории естественного отбора. Но чем больше люди узнавали животных, тем труднее становилось изучить их. Ведь даже самый опытный зоолог не может запомнить хотя бы часть известных сейчас животных.

И зоология стала делиться на разделы. Один раздел стал называться арахнологией — он изучает паукообразных (их сейчас известно уже примерно 35 тысяч видов). Другой раздел, который изучает насекомых, называется энтомологией; раздел, посвященный моллюскам, — малакало-гией; наука о рыбах называется ихтиологией; раздел зоологии, изучающий пресмыкающихся, — герпетологией, а земноводных — битра-хиологией; острокология изучает ракообразных, орнитология птиц; маммалиология, или териология, — млекопитающих.

Но и это не все. Наука идет дальше, и требуется новое деление, более узкая специализация ученых.

Например, пока люди знали о паукообразных относительно мало, не возникало необходимости выделять их. Узнали больше — и оформилась специальная наука. Клещи тоже относятся к паукообразным. Но до поры до времени, пока о клещах было известно не так уж много, отдельной науки не существовало. Но вот люди убедились, что животных этих большое количество, что многие из них — разносчики опасных заболеваний. И появилась новая наука — акарология.

Зоологи — специалисты по насекомым называются энтомологами. Но насекомых около миллиона видов. Естественно, что зоологи-энтомологи в свою очередь специализируются: одни занимаются бабочками, другие — жуками, третьи — клопами, и так далее. Люди, которые нанимаются муравьями, тоже, конечно, энтомологи. Но наука о муравьях, а этих насекомых уже известно, как считают одни ученые, 15 тысяч, а другие — около 20 тысяч видов (и открытия продолжаются!), оформилась в самостоятельную — мирмекологию.

Таким образом, допустим, человек, изучающий клещей, — безусловно, зоолог. Но это будет слишком общее определение. Точнее, он — зоолог-арахнолог (поскольку клещи относятся к паукообразным). Но поскольку он специалист именно по клещам, то может именоваться — зоолог-арахнолог-акаролог.

Но что значит изучать тех или иных животных?

Это значит: наблюдать за ними, за тем, где и как они живут, что и как едят, как размножаются и обращаются со своим потомством, наконец, просто определять, что это за животное, известно оно уже науке или нет, насколько распространено, где водится и где нет, как устроено, и так далее. Но и это еще не всё: звери и птицы, насекомые и рыбы живут не сами по себе, их окружают другие животные и растения. Как они влияют друг на друга? И, наконец, почти все животные так или иначе соприкасаются с человеком и современной техникой. И это, в свою очередь, оказывает влияние на животных. Каково оно? К чему приводит?

И еще множество других вопросов приходится решать зоологам.

Изучение животных не может, конечно, обойтись без знания законов строения и формообразования животных. Этим занимается морфология, в которую входит анатомия и сравнительная анатомия. Анатомия — наука о внутреннем строении организма вообще, а сравнительная анатомия — наука, которая занимается сравнением строения различных групп животных. Такое сравнение помогает решить вопрос о сходстве и различии животных. Но нельзя изучать современных животных, не зная о их происхождении, не имея представления об их далеких предках. А этим занимается палеонтология.

Вопросами наследственности занимается генетика, а спланхнология изучает внутренние органы животных.

Есть еще немало наук или их ответвлений, наук, уже имеющих «стаж» и совсем молодых, таких, как, например, экология — изучение жизни животных в связи с окружающей средой, или этология, изучающая поведение животных.

А все вместе — это зоология, потому что зоология — это наука о животных, «взятых со всех сторон».

Благодаря развитию зоологии и всех ее частей список известных животных быстро пополнился. И вот, казалось бы, на Земле не осталось ни одного уголка, не исследованного человеком. И все живое, казалось бы, если и не изучено досконально, то в список занесено. Значит, список можно закрыть и подвести черту? В прошлом веке многие так и считали. Но они очень ошибались, эти люди: XX век показал, что наша планета и, в частности, животный мир нашей планеты но так-то хорошо изучен.

Недаром же биологи говорят: «Сейчас известно столько-то видов».

Это значит, завтра может быть известно гораздо больше. И действительно, люди продолжают находить и открывать новых животных.