– Что ты там нашел, Бо? – крикнула Вайолет, услышав лай собаки, убежавшей вперед.

Она направилась за ним, надеясь, что Бо, наконец, взял след отца. Каждый день, прежде чем начать поиски тайника, Вайолет давала Бо понюхать куртку Чарлза.

Подойдя к псу, она увидела, что он вспугнул семью кроликов, но не может понять, за кем из них ему гнаться. Убедившись, что собака просто настроена поиграть со своей добычей и не намерена есть ее, Вайолет продолжила путь. Четырехдневные поиски тайника не дали никаких результатов, что сильно разочаровывало Вайолет. Вчера она исследовала западный склон и обнаружила, что за деревьями простираются бесконечные золотисто-зеленые луга. Она обошла каждую сосну на пути, но, к своей досаде, не обнаружила ни нор, ни выпирающих из земли корней, ни дупел.

Вайолет бросало в дрожь от мысли, что ей нужно просить у Моргана денег в долг. Она боялась даже заводить об этом разговор. Но как еще она могла спасти свою семью? Пока ее братья не погасят кредит, они не смогут приехать на запад, чтобы начать работу в руднике отца. В противном случае они рискуют остаться без дома. Даже если Вайолет найдет деньги для следующего платежа и отправит их им, мистер Перри наверняка отберет дом, когда узнает, что оба брата уехали из города, не выплатив весь кредит.

Вайолет нужно было заключить соглашение с Морганом от имени братьев, не имея возможности посоветоваться с ними. А что, если они откажутся работать в руднике, ведь это очень тяжелый труд? Возможно, они захотят найти другой способ вернуть Моргану деньги, когда дом будет в безопасности. И это, в свою очередь, может разозлить его. А вдруг он посадит их в тюрьму из-за того, что они не погасили долг или не начали работать с этой целью в руднике?

Вайолет одолевали тяжелые мысли. За последние три дня она ни на шаг не приблизилась к своей цели и продолжала злиться на Моргана и спорить с ним. Ей нужно было серьезно поговорить с ним, и от этого ее нервозность только усиливалась, ведь его категорический отказ разрушил бы все ее надежды.

И хотя Морган, судя по всему, неплохо относился к ней, у нее было предчувствие, что он не захочет пойти ей навстречу и не согласится погасить кредит. В последнее время Морган стал молчаливым и задумчивым. Он машинально накрывал на стол, ставя со стуком тарелки и горшки, а поев, уходил на работу. Его настроение заметно ухудшилось после того, как три дня назад он спросил ее, кто такой Элиот. Возможно, Вайолет не следовало петь Элиоту дифирамбы и жаловаться на то, что из-за необходимости ехать в Америку она пропустила массу интересных событий в Лондоне. Она нарушила одно из правил тети Элизабет, которая утверждала, что женщина не должна слишком много говорить о себе.

А вчера вечером Вайолет так разозлила Моргана, что он выскочил из дома как ошпаренный и лег спать на веранде. Хотя в этом инциденте не было ее вины! Из-за многочасовой ходьбы по пересеченной местности у нее сильно болели ноги, икры сводило судорогой. Она надела ночную рубашку, в которой было удобнее спать и растирать ноги, но все равно долго не могла уснуть.

Услышав ее тихие стоны, Морган спросил:

– Что случилось?

Едва Вайолет пожаловалась на боль, он сразу приподнял полог ширмы, за которой она лежала, и бросил ей на кровать баночку с мазью. При этом она сразу заметила, что он снова был обнажен по пояс, и ахнула, увидев, что подол ее ночной рубашки задрался, когда она растирала нывшие ноги. Морган нахмурился, опустил полог и вернулся в постель.

Огонь в печи все еще горел, отбрасывая немного света, но в ее закутке было слишком темно, и она не могла прочитать этикетку на баночке.

– Для чего эта мазь? – спросила она.

– Ее применяют во многих случаях, в том числе и при болях в мышцах.

Вайолет рассердилась.

– Так почему же вы не дали ее мне в день приезда, когда я не могла ходить?!

– Она лежала среди вещей, которые оставили здесь мои друзья из Нэшарта, я совсем забыл о ней. Только вчера я наткнулся на баночку, когда искал соль.

Успокоившись, Вайолет начала растирать мазью икры и через некоторое время, облегченно вздохнув, пробормотала:

– О боже, она действует… Попробую растереть бедра.

Через несколько минут Вайолет снова вздохнула с облегчением, а затем вздрогнула, услышав, как Морган выбежал из дома и хлопнул дверью.

Вайолет не хотела вспоминать этот инцидент, который, по ее мнению, доказывал, что Морган еще не был готов к серьезному разговору. Как же это неприятно! Чарлз Митчелл нашел то, ради чего приехал на Запад, он заработал крупную сумму денег, зарегистрировал прибыльный рудник. И теперь Вайолет должна была отстоять наследство ради спасения семьи.

Вернувшись в лагерь позже обычного, около шести часов вечера, она обнаружила в доме Текса, который только что приготовил себе чашку кофе. Моргана нигде не было видно.

– Морган до сих пор торчит в штреке, – сказал он. – В последнее время он вкалывает, как зверь.

У Вайолет тоже было дел по горло, она сбилась с ног в поисках отцовского тайника и к вечеру сильно устала.

– Мне до сих пор не удалось найти деньги отца. Кроме того, я переживаю, что Морган постоянно злится на меня, – пожаловалась она.

– Похоже, вам обоим не помешало бы сделать перерыв. Мне кажется, Морган лучше относился бы к вам, если бы вы поиграли с ним в покер. Он обожает эту игру. – Текс рассмеялся. – Морган не слишком хорошо играет, хотя утверждает обратное. Вы могли бы выиграть у него кучу денег!

Вайолет поблагодарила Текса за совет, и вскоре он ушел. Вайолет охватило радостное волнение, у нее, похоже, появился новый способ сблизиться с Морганом. Вечером, дождавшись окончания ужина, она решила это обсудить.

– Может быть, вы научите меня играть в покер? Или вы слишком устали?

Морган молча взял с одной из полок маленькую коробочку и положил ее на стол.

– Разделите эти самородки, пока я буду убирать со стола, – сказал он.

Вайолет открыла коробочку, достала из нее колоду карт и с изумлением уставилась на золото, лежавшее на дне. Осторожно высыпав маленькие самородки на стол, она разделила их на две части по тридцать штук, а один лишний положила обратно в коробочку.

Через какое-то время в дом вернулся Морган с чистой посудой.

– Это, наверное, то золото, которое вы намыли в ручьях, когда только появились здесь? – предположила она.

– Да, это все, что от него осталось.

– Сколько оно примерно стоит?

Морган пожал плечами и уселся за стол напротив нее.

– Что-то около тысячи двухсот долларов, я думаю.

Вайолет ахнула.

– Но почему вы не продали самородки?

– Я сказал родным, что еду сюда за золотом, и поэтому заберу самородки домой, чтобы доказать, что не обманул их. Когда мы с Тексом хотим сыграть в покер, я даю ему пару самородков в обмен на сорок баксов, поскольку не держу здесь наличных, а у Текса они есть. В городе он любит играть на самородки. И вообще Текс обожает кутить, обычно он снимает понравившуюся ему девицу на ночь… Вас назвали Вайолет из-за цвета глаз?

Неожиданный вопрос застал Вайолет врасплох. Впрочем, она была благодарна Моргану за то, что он задал его: иначе его слова о девице, которую снимают на ночь, вогнали бы ее в краску.

– Нет, когда я родилась, у меня были голубые глаза. Но тогда как раз цвели фиалки, и отец принес букетик моей матери. Когда она увидела их, ей в голову пришло имя, которое мне и дали. По словам отца, мои глаза приобрели фиолетовый оттенок, только когда мне исполнилось шесть месяцев. Родители радовались и смеялись, когда это произошло, они поняли, что очень удачно подобрали мне имя. Но у мамы тоже были фиалковые глаза, поэтому она могла предполагать, что я унаследую ее цвет глаз. Я не знаю… Она умерла, когда эти вопросы еще не приходили мне в голову.

– Прошу прощения. Мне жаль…

– Мне тоже. Когда мамы не стало, я взяла ее роль на себя и стала опекать братьев.

– И сколько же вам тогда было лет?

– Пять.

Морган рассмеялся.

– Этого не может быть.

– Тем не менее это правда. Братья потешались надо мной, и все же мне удавалось держать их в узде ради их же блага. Они были такими буйными в подростковом возрасте! Но вернемся к покеру.

Морган объяснил ей правила игры, рассказал о способах победить и о покерных комбинациях – от старшей карты до флэш-рояля. Затем он перетасовал колоду и раздал себе и Вайолет по пять карт.

– А теперь расскажите, что такое блеф.

– Допустим, у вас на руках три туза. Скорее всего, это будет выигрышная комбинация. Но вы не хотите, чтобы кто-то знал об этом, поэтому не повышаете ставку, надеясь, что ваши соперники подумают, что вы выйдете из игры, если они ее повысят. В результате ставки повышаются, а вы в конце концов выигрываете много денег.

– У меня три туза, – заявила Вайолет.

– У вас их нет, это во-первых, а во-вторых, – это не блеф. Блефовать нужно, делая ставки, – высокие или низкие. А говорить, какие карты у вас на руках, или изображать что-то на лице вовсе не нужно. Кстати, блефовать – необязательно, но блеф делает игру более интересной.

Вайолет мило улыбнулась.

– Но говорить, какие карты у тебя на руках, – это же не нарушение правил? – уточнила она.

– Нет, однако так поступать глупо, и это не считается блефом.

– Но почему? Это же вам решать, говорю я правду или лгу. Значит, по правилам покера, мое поведение можно тоже отнести к разряду блефа. У меня действительно три туза на руках, и вам нужно сделать ставку, чтобы увидеть их, верно?

Он поднял бровь, но все же сделал ставку, выложив два самородка. Она поставила на кон три и спросила:

– А я могу поставить все свои самородки?

Морган закатил глаза.

– Да, но это тренировочная игра, и если у вас закончатся самородки, значит, вам не на что будет играть. Кроме того, я открываю карты, это означает, что игра окончена.

Самодовольно усмехнувшись, Вайолет выложила свои карты. Морган расхохотался, увидев три туза вместе с парой девяток. Она была в восторге – не от победы, а от того, что ей удалось его развлечь.

Они играли еще в течение часа, и Вайолет проиграла все свои самородки. Казалось, Морган находился в хорошем настроении, но было уже поздно, и он несколько раз зевнул, поэтому Вайолет решила перенести разговор о кредите и соглашении о партнерстве на завтра.